Saturday 31.07.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    AP Photo/Alex Brandon
    AP Photo/Alex Brandon

    Правительство Нетаниягу было правым? Это смешно

    Новое правительство, как и ожидалось, вызывает бурю противоположных эмоций: «государство Иерусалим» оплакивает потерю, а «государство Тель-Авив» ликует.

    Основное обвинение против Нафтали Беннета – это «предательство своих избирателей» и своих предвыборных обещаний не позволить Яиру Лапиду занимать пост премьер-министра и не сидеть в правительстве с РААМ.

    Но такое утверждение трудно воспринимать всерьез. Если бы Биньямин Нетаниягу сумел сформировать правительство, ему тоже пришлось бы нарушить то же предвыборное обещание, ибо без партии РААМ он не смог бы сформировать правительство. Точно так же он обещал не соглашаться на ротацию, но в своих отчаянных попытках сформировать правительство  обещал ее почти каждому.

    Яир Шелег в «Макор ришон» отмечает, что пылкое эмоциональное сопротивление правительству Беннета-Лапида вызвано не нарушением обещаний как таковым, а результатом этого нарушения. Оппоненты Беннета очень боятся правительства, в котором РААМ присоединяется к двум еврейским левым партиям, так что в новой коалиции они составят почти треть.

    Но те же оппоненты были готовы – по крайней мере, некоторые, – чтобы та же исламская фракция вошла в правительство с правыми партиями. Это вполне законная позиция, и ее нельзя даже назвать лицемерной, но ее следует провозглашать открыто, не прикрываясь словами «нарушение предвыборных обещаний».

    Ложь в отношении истинной причины оппозиции правительству является лишь символом ложных политических рассуждений, которых мы склонны придерживаться и в другом контексте.

    Вот, например, более явная ложь: противостояние, которое проходило красной нитью на протяжении четырех избирательных кампаний последних двух лет: между священной целью создать «правое правительство» и ужасной опасностью «левого правительства».

    Но почему правительство во главе с Нетаниягу заслуживает звания «правое правительство» больше, чем правительство во главе с Бени Ганцем или Яиром Лапидом, которые конкурировали с ним? Просто Нетаниягу, который хорошо понимает популярность «правого» бренда в нынешнем политическом раскладе, старательно называл свои правительства «правыми», в то время как Ганц и Лапид, если бы они сформировали правительство, вероятно, назвали бы его «центристским».

    Но именно в этом заключается суть вопроса: должен ли характер правительства определяться удобными определениями или его политикой?  И если правилен второй ответ, то были ли правительства Нетаниягу в последнее десятилетие действительно правыми?

    Какое правительство освободило более 1 000 террористов в обмен на одного израильского пленного? Какое правительство фактически сформировало альянс интересов с ХАМАСом и приложило большие усилия для сохранения правления ХАМАСа в Газе, чтобы сохранить раскол между палестинским руководством в Газе с одной стороны, и в Иудее и Самарии – с другой?

    Какое правительство позволило арабскому и бедуинскому сектору накопить арсеналы оружия, чтобы они действовали, как хотят, почти во всех сферах, и де-факто отменить израильскую власть в Негеве, и, с другой стороны, позволить и ультраортодоксам продолжать вести себя так, как они хотят?

    Заслуживают ли такие правительства названия «правых» – или, возможно, Биньямин Нетаниягу, проявляя политическую гениальность, довольствовался воинственной правой риторикой, даже если его политика была совершенно не правой?

    Поэтому настало время прекратить риторические игры и изучать правительства в соответствии с их действиями и реальной политикой. Поскольку в нашей стране, вопреки тому, что принято в мире, различие между правыми и левыми, в основном, касается области обороны и безопасности государства, следует сказать: правительство, чьи основные действия – а не его декларации – в области обороны и безопасности государства будут соответствовать «ястребиным» позициям, получит название «правое правительство».

    Тогда как правительство, деятельность которого в этих сферах в основном носит «голубиный» характер, получит право называться «левым правительством». И это не имеет ничего общего с его риторикой. Скорее, риторика часто является лучшим способом для лидеров попытаться скрыть свою истинную политику, особенно если у них есть риторический талант.

    Кстати, вполне вероятно, что если это проверять по реальным критериям, большинство израильских правительств будут называться «центристскими».

    Потому что в большинстве из них можно обнаружить как ястребиные, так и «голубиные» методы. И это вполне логично: поскольку реальность обычно не обращает внимания на нашу идеологическую повестку дня, она иногда рождает проблемы, с которыми нужно справляться с помощью «ястребиной» политики, а в других случаях – проблемы, с которыми правильным способом справиться будет «голубиная» политика.

    Таким образом, например, угроза безопасности, особенно непосредственная, должна встречать «ястребиную» политику, в то время как долгосрочная потребность в регулировании наших отношений с арабским миром, включая палестинцев, требует принятия шагов, по крайней мере, некоторые из которых – из области «голубиной» политики.

    Например – оборонно-политические уступки, сделанные Нетаниягу ради заключения «соглашений Авраама» со странами Персидского залива, которые также получили поддержку со стороны «Ликуда» и некоторых других правых партий.

    В этом суть «центристского» мировоззрения, которое так склонны презирать идеологи с обеих сторон. Это – политика, идеологическая цель которой сознательно определяется обобщенно, что-то вроде «процветания Государства Израиль», и она не делает самоцелью средства (например, суверенитет Израиля в Иудее и Самарии для правых или мирное соглашение с арабским миром для левых). Выбор политики всегда будет зависеть от характера стоящих перед нами задач.

    Даже тем, кто в принципе не испытывает энтузиазма по поводу такой политики, следует отметить, что не случайно почти все израильские лидеры, поколение за поколением, действовали в соответствии с этим подходом – с того момента, как занимали место за штурвалом.

    Они понимали, что когда испытанием является сама жизнь, а не риторика избирательной кампании, нужно реагировать сообразно сложности вызовов. Именно так это и определил Рабин, вызвав большой гнев: то, что видно отсюда, не видно оттуда.

    Правда, для всех нас было бы лучше, если бы еще до выборов политики признали, что не всегда будут действовать в соответствии с заявленной догматической идеологией. Но даже если они этого не признают, важно, по крайней мере, чтобы мы знали, что это – железное правило, по которому они будут действовать.

    «Детали», по материалам израильских СМИ, И.Н. На снимке:  Биньямин Нетаниягу в Вашингтоне с  министрами иностранных дел ОАЭ и Бахрейна. AP Photo/Alex Brandon˜

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend