Что можно и чего нельзя говорить в МВД, чтобы привезти в Израиль одинокого родителя

Что можно и чего нельзя говорить в МВД, чтобы привезти в Израиль одинокого родителя

Процедура воссоединения семьи позволяет перевезти в Израиль на ПМЖ близкого родственника, даже если он не имеет права на репатриацию по закону о возвращении. Но зачастую добиваться такого решения приходится долгие годы, или, что еще хуже, дело заканчивается депортацией. Как и что доказывать чиновникам МВД – знают в адвокатском офисе Алекса Зернопольского.

История Людмилы

Когда сын-израильтянин умер от рака, Людмиле аннулировали визу, и постановили депортировать ее: женщина не успела закончить процедуру воссоединения с семьей и получить постоянный вид на жительство. Поэтому МВД решило выслать ее обратно, в Украину, хотя у Людмилы не осталось там ни собственности (киевскую квартиру она продала, чтобы оплатить лечение сыну), ни единого родственника. А в Израиле – внучка Соня, самый близкий и родной человек.

Чтобы помочь женщине, Зернопольский обратился в МВД с запросом о передаче дела в гуманитарную комиссию.  Это особый межведомственный орган, в состав которого входят представители министерства социального обеспечения, минздрава, «Натива» и полиции. Там рассматриваются как раз такие сложные случаи. Но в министерстве отказалось передавать дело в комиссию несмотря на то, что по инструкции они обязаны были это сделать по собственной инициативе.

Тогда Зернопольский подал апелляцию в иммиграционный трибунал, с целью вернуть Людмиле ВНЖ, которое обеспечивало право на медицинскую страховку. Тут он добился пусть частичного, но все же успеха: трибунал решил визу не продлевать, но и не депортировать Людмилу, оставив в стране под залог.

Поскольку решение было половинчатым, адвокат пошел выше — в окружной суд. Как результат, Людмиле была возвращена виза А5, за которую еще предстоит сражаться далее каждый год.

Это еще не окончательная победа – дело будет рассмотрено на гуманитарной комиссии. Но созданный судебный прецедент наверняка поможет в будущем тем, кто окажется в похожей ситуации.

Людмила снова может проходить необходимое восстановительное лечение и работать (70-летняя бывшая научная сотрудница ухаживает за еще более пожилыми людьми), так как прожить на пособие в 2350 шекелей в месяц от Битуах леуми не представляется возможным.

— Я 4,5 года боролась за жизнь сына. И очень рада, что нашелся человек, готовый побороться за меня, — говорит Людмила.

Большинство процессов по воссоединению израильтян с одинокими папами и мамами проходят гораздо легче. Не все такие процедуры требуют участия адвоката.

— Если у вас и родственника, которого вы ввозите, нет никакой неприятной истории общения с иммиграционными органами; если вы сами можете четко изложить дело напористо, но вежливо, то есть шанс справиться самому, — говорит Алекс Зернопольский. — Но я все-таки рекомендую посоветоваться со специалистом перед началом процедуры. Часто к нам приходят люди, которые не смогли наладить взаимодействие с МВД потому, что вовремя не обратились за юридической помощью.

Как по инструкции

Воссоединение с одинокими пожилыми родителями регулируется инструкцией МВД, где четко прописано, насколько он должен быть пожилым и в каком смысле считаться одиноким: маме должно быть не менее 62 лет, а папе исполниться 64 года. Родитель не должен состоять в браке, у него не должно быть других детей, кроме проживающих в Израиле. Родителя можно вызвать из страны исхода, тогда его первое общение с израильским консулом пройдет там. А можно пригласить в гости как туриста, чтобы уже здесь подать заявление о смене статуса.

Список документов можно посмотреть на официальном сайте организации «Натив». Общий смысл в том, чтобы доказать, что человек действительно одинок (за пределами Израиля) и благонадежный. Потребуются свидетельство о разводе или смерти супруга, справки о семейном положении, об отсутствии судимости и прочие. А принимающую сторону попросят написать письмо в свободной форме. В нем важнее всего зафиксировать, что центр жизни детей находится в Израиле, и что они поддерживают непрерывную связь с родителем. Важно показать, что вы, приглашающие, готовы обеспечивать проживание родителя в стране.

Адвокат Зернопольский советует писать максимально лаконично, без лишних подробностей:

— Я такой-то, номер удостоверения личности, обязуюсь взять содержание на себя. Если родитель серьезно болен, надо это указать, это не отпугнет чиновников, скорее может ускорить процесс, ведь воссоединение семей, это – гуманитарная норма.

Уровень доходов не является принципиальным условием, есть прецеденты, когда даже люди, живущие на пособие, ввозили в страну своих мам и пап-неевреев.

Надо еще доказать, что родителю будет, где жить – предоставить свидетельство о наличии собственной квартиры или договор аренды.

Родителя тоже могут попросить написать письмо, хотя это и не обязательно. Писать надо будет на родном языке, а потом сделать перевод на иврит. Заверять его не нужно.

Далее последует собеседование. Там папу или маму могут спросить, какое имущество осталось на родине. Лучше, если имущества не очень много. Но специально избавляться от квартиры перед переездом не стоит.

Сроки и этапы прохождения процесса прописаны в инструкции и зависят от возраста и пола. Женщины в 62–64 лет сначала получают туристическую визу на 27 месяцев. Но, начиная с 65 лет, будет оформлена уже двухлетняя рабочая виза B1, далее — А5 (временный вид на жительство) на 2 года, после которой можно будет оформить «тошав кева» – постоянный вид на жительство.

Чем старше родитель, тем быстрее процедура. Мамы в возрасте 65–69 лет, и 67–69-летние папы сразу получают на 2 года рабочую визу, а после нее А5, с которой человек уже может получать пособие от Битуах Леуми и медицинскую страховку. А потом еще два года — и на руках постоянный вид на жительства.

С 70 лет мамы и папы уже — в одинаковом положении. Сначала им полагается виза В1 на год, потом А5 на два года, и наконец – «тошав кева». С этим статусом родитель имеет право получить теудат маавар (проездной документ для жителей страны, по которому можно осуществлять выезды заграницу).

После получения статуса постоянного жителя можно подать просьбу о гражданстве, при условии отказа от гражданства страны исхода.

Но это теория. На практике все может пойти иначе.

— Сроки соблюдаются чуть более точно, чем при ступенчатой процедуре, но все равно могут сильно растягиваться, — уточняет Алекс Зернопольский. – Например, первую визу человек должен получить в течение полугода. Но иногда, особенно в условиях «паспортного марафона», людям приходилось ждать втрое дольше. При взаимодействии с МВД много решает человеческий фактор – какой чиновник вам попадется, и какое впечатление вы на него произведете.

Общение с МВД: не верь, не требуй, не проси

— Гарантированный способ «подставиться» – начать что-то требовать. Даже если требования вполне законны, — предупреждает адвокат. – Далее все зависит от сотрудника, с которым вы будете общаться в МВД. Некоторые из них, например, считают себя стражами, призванными защищать Израиль от «лишнего» нееврейского населения. Особенно их раздражают пожилые мамы-папы, чей ребенок сам получил гражданство по ступенчатой процедуре. Или же человек может прийти на прием в неподходящей, на их взгляд, одежде. Или у родителя будет крестик или другая христианская символика.

Зернопольский
Адвокат Алекс Зернопольский

На то, чтобы произвести позитивное впечатление, у просителя будет совсем не много времени. Адвокат сравнивает это с elevator talk (буквально с английского – «разговор в лифте») когда за 1 минуту стартапер должен объяснить инвестору, почему надо вложиться в его проект:

— Здесь то же самое. У вас будет буквально минута, чтобы понравиться. У сотрудника МВД очень ограниченный ресурс внимания, через него проходит множество людей, и он уже привык не принимать их чаяния близко к сердцу.

Хорошо показать чиновнику заслуги семьи перед страной. Что его ребенок или внуки служили или служат в армии. Однако, например, ребенок – врач, или профессор, большого впечатления, скорее всего, не произведет. Если в семье кто-то имеет проблемы со здоровьем, это может подействовать, потому что родственника вызывают не просто жить в Израиле, а облегчить для государства бремя заботы о больном.

Недавняя история: маму из Украины хотели депортировать. Иммиграционный трибунал постановил – «нет доказательств, что при возвращении в Украину ей грозит опасность», при том, что все нормальные люди понимают, что там сейчас война, — приводит пример Алекс Зернопольский.

Еще соискатели думают, что поскольку все настолько зависит от чиновника, возникает соблазн довериться и спросить его совета, но это – ошибка! Часто такие советы «выходят боком».

Недавний пример из нашей практики: женщина спросила у сотрудника МВД, как ей лучше перевезти маму — оформить все дистанционно или ввезти ее сначала как туристку. Чиновник посоветовал сначала въехать в Израиль. И даже вызов не оформлять, ведь «у наших стран безвизовый режим». В результате маму не хотели пускать на границе, дочери пришлось оформить залог и подписать декларацию, что мама вернется домой. Естественно, потом при попытке оставить маму в Израиле как одинокого родителя им показали эту декларацию. Женщина удивлялась: «вы же сами мне это посоветовали» — но никто из сотрудников МВД того совета уже не вспомнил. Депортацию мы отменили, залог удалось сохранить, но впереди еще весь процесс легализации.

Потерянные дети, развалившиеся браки

— У нас был кейс, когда другой ребенок пожилого родителя страдал от алкоголизма и попал в психиатрическую больницу, — вспоминает Зарнопольский. – Через суд мы добились, что ситуация должна быть приравнена к тому, как если бы второго ребенка уже не было в живых. Другой кейс, где так же удалось добиться справедливого решения – сын, живущий за пределами Израиля, был осужден и отбывал наказание по тяжкой статье.

Гораздо сложнее с историями, где ребенок есть, но связь с ним давно потеряна. Доказать ее отсутствие всегда тяжело. А тут еще надо этого ребенка найти! Причем слова ребенка-израильтянина и самого родителя суд доказательством не считает. Для судьи они заинтересованная сторона. Бывали случаи, когда мы собирали свидетельства соседей и справки о том, что пожилой человек прописан один… Несколько раз даже приходилось нанимать детектива, чтобы он нашел потерянного родственника, связь с которым последний раз была лет 20 назад, и предоставил отчет, что тот с родителем не общается.

Еще один непростой вариант, если другой ребенок живет в какой-нибудь из западных стран. Жить он там может хоть в лагере для беженцев – для судьи это не доказательство неспособности заботиться о родителе.

— Сейчас у нас в работе такая история: врач-израильтянка из Хайфы хочет привезти маму. У израильтянки есть сестра, живущая в Канаде, которая болеет раком. Однако наличие диагноза у второго ребенка не убеждает судью. Мы уже три года ведем этот процесс, и сейчас он находится на рассмотрении в комиссии по гуманитарным случаям, —говорит Зернопольский.

Некоторые заявители пытаются просто скрыть от МВД наличие других детей. Но это большая ошибка. Чиновники будут тщательно перепроверять все данные. В том числе и те документы, по которым сам заявитель получал статус.

Справка о несудимости и соответствующая декларация нужны даже для людей старше 75 лет. Не стоит скрывать и судимость, если она была.

— Если судимость погашена, то в справке ее нет. Но заявление человека, что судимости не было может быть воспринята, как попытка обмануть министерство. Даже если судили за то, что не является преступлением в Израиле – за «фарцовку» в СССР, например, — поясняет Зернопольский.

Что потом?

Когда дело открыто, самое сложное позади, но расслабляться рано. Несколько лет жизнь семьи будет подчиняться определенным правилам.

Например, родителю уезжать из страны можно, но не дольше, чем на пару месяцев в год. Хорошо, если уехали всей семьей — тогда стоит сделать фотографии. Раз в год родителю и ребенку придется ходить в МВД и, среди прочего, показывать фото, доказывающие тесную родственную связь.

Ребенку тоже лучше не уезжать надолго. В 2006 году случилась дикая история, когда пытались прекратить дело о легализации супруга-иностранца, потому что супруг-израильтянин отсутствовал в стране. Ирония в том, что отсутствовал он, потому что находился на службе в одном из израильских ведомств заграницей. Т. е. нет разницы, легализация супруга или родителя – центр жизни приглашающего должен быть в Израиле. Пришлось тогда брать справку у министра, — вспоминает адвокат Зернопольский.

Еще чиновники будут проверять, действительно ли вы живете рядом. В одной квартире или в разных квартирах одного дома – идеально. В одном городе — допустимо. Но если населенные пункты разные, — пусть даже, как это бывает в Израиле, они находятся через дорогу друг от друга, — это может стать проблемой.

Как проходят такие проверки, рассказывает Светлана из Тель-Авива, чьей маме открыли дело о воссоединении в прошлом году. Ее история, в отличие от многих, простая. Ни других детей, ни судимостей, ни угрозы депортации. В марте 2022 года маме без проблем дали рабочую визу B1. Год спустя пригласили на пригласили на плановое собеседование, для которого дочь подготовила комплект доказательств – принесла чеки за воду, Арнону, электричество.

«Им важно было увидеть не сумму, которую я оплатила, а сколько в квитанциях прописано человек, — объясняет Светлана. — Еще нам надо было распечатать переписку с мамой в WhatsApp. Когда вы живете в одной квартире, то нечасто переписываетесь, но я нашла какие-то сообщения типа «мама, разогрей суп». Этого оказалось достаточно. Наконец, нужны были совместные фотографии, особенно с праздников».

Маме ее уже больше 70 лет, поэтому после собеседования ей выдали визу А5 и вместе с ней временное удостоверение личности. Пожилая женщина живет теперь с дочерью, зятем и двумя внучками-подростками. Каждый день она проходит 10 километров пешком, чтобы искупаться в море. И очень радуется, что вся семья теперь вместе.

Все инстанции можно проходить самостоятельно. Но чем сложнее история, тем большего адвокатского участия она может потребовать. Если чиновники начнут затягивать дело, воздействовать на МВД без адвоката не получится, а если потребуется судебное разбирательство, и подавно.

 

Фото: Томер Аппельбаум


*Публикуется на правах рекламы. Записал Никита Аронов. Фото предоставлено заказчиком 

Напоминаем: Публикации не являются рекомендацией к действию. Все опубликованные на сайте «Детали» тексты, информационные и/или консультационные, а также фотографии, видеоматериалы и графические элементы не являются рекомендацией по совершению финансовых сделок, медицинских процедур или совершению пользователем любых иных действий. Сайт «Детали» не несет ответственности за действия пользователя вне зависимости от их мотивов.

Будьте всегда в курсе главных событий:

Подписывайтесь на ТГ-канал "Детали: Новости Израиля"
Глава ШАБАКа нарушил молчание: "Уничтожим верхушку ХАМАСа" хоть в Катаре, хоть в Турции
Срок действия программы помощи отправленным в неоплачиваемый отпуск продлен
Кнессет утвердил в первом чтении обновленный бюджет на 2023 год
Популярное

Израильский аэропорт: пассажиров с каждым днем все больше. Куда летим?

За первые полтора месяца с начала войны, с 7 октября, аэропорт обслужил почти полмиллиона пассажиров....

1.5 миллиона за сгоревший дом, 90 тысяч за уничтоженную мебель: за кулисами Компенсационного фонда

Амир Дахан, директор Фонда компенсаций ущерба, нанесенного имуществу, разъясняет механизм выплат. Он...

МНЕНИЯ