«Обыкновенный рашизм»: идеология, которая движет Путиным

Разведки всего мира, главы государств и дипломаты, журналисты и комментаторы – все пытаются сегодня понять намерения Путина. Но чтобы понять, на чем основывается геополитическое виденье президента России, что составляет основу его политических и военных действий в последние годы, нужно прислушаться к другому человеку – Александру Дугину.


Западные СМИ называют Дугина «путинским Распутиным». Сегодня он – наиболее влиятельный в России философ. Его считают двигателем постсоветской идеологии России в 21 веке, его идеи во многом сформировали мировоззрение ныне правящей в Москве политической элиты. Россияне видят в нем предтечу «Русской весны», а Запад приписывает ему буквально магическое влияние на Кремль, и сделал его единственным интеллектуалом, которому после 2014 года запретили въезд на территорию США и Канады, за его содействие кризису в Украине.

Дугин родился в Москве, его отец был полковником советской разведки. С молодого возраста увлекся мистическими учениями, спиритизмом, политическим радикализмом, даже состоял в подпольных группах, причудливо сочетавших в своих идеологиях мистические теории с антисоветскими и фашистскими идеями. В тот же период он перевел на русский язык письма Юлиуса Эволы, итальянского философа-эзотерика, чьи работы в 20-е и 30-е годы прошлого века оказали большое влияние на идеологов фашизма и нацизма. Критицизм Эболы, а особенно его яростное отрицание либеральных порядков, ценностей свободы и равенства, со временем составят основу мировоззрения Дугина. В те же годы он открыто восхищался СС-овцами, и даже придумал себе альтер-эго по имени Ганц Зиверс – под впечатлением от военного преступника Вольфрама Зиверса, генерального секретаря «Аненербе» — «Общества по изучению истории предков», созданного Генрихом Гиммлером для исследования традиций и наследия нордической расы, которые должны были лечь в основу оккультных ритуалов и идеологии Третьего Рейха.

В 1990-е годы Дугин участвовал в разных политических начинаниях: был и специальным советником в Кремле, и одним из основателей Национал-большевистской партии России – ультраправого политического движения, сочетающего идеи большевизма и фашизма и призывающего к созданию Российской Империи от Владивостока до Гибралтара. В 1997 году он опубликовал свой труд «Основы геополитики», который был принят Академией генерального штаба российской армии и считался в ней «Манифестом судьбы России». В 2001 году он основал Евразийскую партию, выступающую против глобализации и призывающую сформировать антиамериканский блок, на основе стратегического союза между Россией, государствами Балкан и мусульманскими странами, особенно – с Ираном.

Дугин обладает серьезными и глубокими связями с представителями военной, политической и экономической элиты России. Он работал советником Сергея Нарышкина, в прошлом – руководителя администрации президента РФ, а ныне главы СВР. Он также очень близок к Сергею Глазьеву, который в недавнем прошлом был советником Путина по экономическим вопросам. Немал вклад Дугина и в развитие веб-СМИ Константина Малофеева, считающегося приближенным Путина и связанным с российскими разведслужбами.

На протяжении многих лет Дугин также развивал отношения с чиновниками в правительствах стран Европы и Азии. Эти связи принесли ему статус неофициального посредника в переговорах с Кремлем. В 2014 году, когда в Украине был свергнут пророссийский президент Виктор Янукович, Дугин активно помогал пророссийским сепаратистам и открыто критиковал Путина за то, что тот воздерживается от вторжения в Украину. «Русский ренессанс, — заявил он тогда, — может завершить свое шествие только в Киеве». Реагируя на кровавую стычку в Одессе между прозападно настроенными и пророссийскими украинцами, Дугин призвал: «Убить их! Убить их! Убить их!». Его слова были истолкованы, как призыв к геноциду, и вызванный ими общественный протест привел к его отставке с престижного поста и.о. заведующего кафедрой социологии международных отношений в МГУ.

Радикальные идеи Дугина не сводятся к одним лишь имперским устремлениям и декларациям о необходимости «возрождения великой России». Их цель – создать культурную, духовную, ценностную альтернативу современному западному либерализму. Он высказывает не только политические идеи, но выдвигает философские и историософские, антропологические и геополитические аргументы. Они опубликованы в десятках написанных им книг. Его политические тезисы изложены языком литургий и апокалиптических предвидений, заимствованным из любимых им мистических и христианских изложений. В своих трудах он представляет борьбу с Западом столкновением двух цивилизаций, которые олицетворяют разные взгляды на истину, привержены различным гуманистическим идеям, и ценности которых противоположны.

По его мнению, противодействие Западу должно быть не политической борьбой в привычном понимании этого слова, но борьбой духовной, экзистенциальной, борьбу за русскую душу. Тот, кто знаком с трудами теоретиков фашизма и национал-социализма первой четверти 20-го века, легко определит источники вдохновения, питающие мысли Дугина, и тогда сможет понять, почему некоторые считают его самым опасным философом в мире на сегодняшний день.

Так какова же доктрина человека, уже 20 лет призывающего Россию оккупировать Украину? Дугин считает себя антиглобалистским плюралистом и предлагает термин «плюверсализм» на смену концепции «универсализма». Нации, объясняет Дугин, являются органическими образованиями, чье мировоззрение, уникальные традиции и ценности формируются на протяжении их истории. И нельзя судить о культуре одной нации по лекалам другой культуры. А также нельзя навязывать ценности одной страны – другой. Отсюда – его противодействие глобализации, возглавляемой США, в том числе и «вестернизации» Украины.

Глобализация, по Дугину, служит прикрытием американскому империализму, причем «империализму духовному», который стремится подчинить весь мир либеральным ценностям и через них создать жизнь в нем по американскому образу и подобию. День, когда Дональд Трамп был избран президентом США, Дугин назвал счастливейшим в своей жизни: наконец-то в Белый Дом вошел изоляционист, недовольный соглашениям о международной торговле и стремящийся разрушить НАТО! Но, как уже говорилось, идеология Дугина не ограничивается политикой. По его мнению, западная цивилизация находится на стадии упадка и разложения. Причина – в том, что в ее основе лежит лживая идеология. И симптомов этого распада на Западе он видит множество: от развития морального релятивизма и политкорректности – до усиления хищнического индивидуализма и ослабления социальной солидарности, отказа от традиций и религий.

По Дугину, после распада СССР и победы капитализма, либерализм перестал существовать в рамках политической теории и стал единственной практикой, при которой политика растворяется в экономике, а границы перекраиваются в зависимости от глобальных рыночных потребностей. А этом Дугин видит, ни много и ни мало, покушение либерального мира на не западные цивилизации, попытку стереть их идентичность и культурную самобытность, подчинить их идее однополярного мира, возглавляемого Соединенными Штатами Америки.

Индивидуальные свободы, права человека и гражданина, которые представляются универсальными истинами, Дугин считает лишь искусственными абстракциями, созданными элитами, чтобы морочить ими голову толпе ради сохранения своей экономической и политической власти. Неизбежным итогом «либерального догматизма», как он его называет, становится культура отмены, то есть война всех со всеми, в которой ценности либеральной свободы доводятся до абсурда и которая разоблачает диктаторскую сущность либеральной идеологии.

Взамен он в 2009 году опубликовал свою собственную «Четвертую политическую теорию», которую пытается представить альтернативой трем великим современным концепциям: коммунизму, фашизму и либерализму. По его словам, коммунизм потерпел неудачу из-за материализма, одержимости классовым подходом и беспорядочного отношения к религиям; фашизм обречен на провал из-за поклонения расовому превосходству и государственному диктату; а либерализм, делающий индивидуума центром политической и экономической жизни, тем самым делает его слабым и незащищенным и провоцирует распад общества. Четвертая государственная идея делает ставку не на государство или класс, расу или индивидуума, но на такое понятие, как «бытие в миру» — от термина dasein, предложенного одним из величайших и, возможно, самых противоречивых немецких философов 20-го века: Мартина Хайдеггера.

Дугин написал 14 томов о Хайдеггере, который был связан с германской нацистской партией. Он видит в его философии ключ к преодолению материалистического мировоззрения – и, соответственно, к изменению картины материалистического мира. Для Духина это – способ раскрыть глубокую сущность русской души, исток ее аутентичности, которая является в его глазах альтернативой Западу. Дугин говорит: «поглотить теорию Хайдеггера — вот стратегическая цель русского народа и русского общества в ближайшем будущем… Хайдеггер служит ключом к русскому завтра», — и стремится интегрировать положения Хайдеггера в русскую мысль и русский язык.

По Дугину, главная идея Запада – в том, что нет ничего святого; все материально. А война в Украине отражает столкновение цивилизаций: «современность против традиции, материализм против справедливости». Предлагаемая Дугиным философская модель напоминает готическое течение, возникшее в Германии между двумя мировыми войнами. Различия между правыми и левыми стираются и затушевываются. «Рождение русского субъекта, — пишет он, — и освобождение русского Бытия – это таинство, которого еще не было в нашей истории. Осознать это – значит, осознать все».

Через две недели после российского вторжения на Украину Дугин заявил, что война (или «операция», как он быстро поправился в духе продиктованной Кремлем терминологии) знаменует собой конец идеи однополярного мира, управляемого одной цивилизацией.  Это не битва религий, рас или наций – это геополитическая битва: «Без Украины Россия никогда не будет империей. С Украиной – будет». Он говорит, что после развала СССР Россия пыталась интегрироваться в глобальную повестку, но потерпела неудачу в этом, потому что такое виденье противоречит ее глубинной, подлинной сути. Военная кампания в Украине, таким образом, знаменует новую эру, определяющей, останется ли мир однополярным под американской гегемонией – или полигамным и плюралистичным.

Дугин – глубокий, острый, яркий философ. Многие его критические замечания отточены, аргументированы и бьют под дых, целясь в самое подбрюшье либерализма. Поэтому его слова вызывают сочувствие во многих странах незападного мира, а также воспринимаются и крайне правыми на Западе, и радикально левыми. Этому помогает и отвращение, которые многие на Западе испытывают к корпоративной тирании, к экономическому неравенству, к гедонизму и необузданному потребительству.

Каждый, кому важны ценности свободы и демократии, должен предельно внимательно относиться к словам Дугина. Если свободное общество хочет жить, оно обязано со всей серьезностью относиться к словам своих критиков, а не отвергать их с презрением, пусть даже еще недавно попытка противодействовать либерализму вызывало чрезвычайно мощное отторжение.

Германский философ немецкого происхождения Эрнст Кассирер писал: «Чтобы бороться с врагом, нужно признать его. Признать не только его недостатки, но и сильные стороны. Это – один из фундаментальных принципов построения любой серьезной стратегии. Нам предстоит изучить структуру, происхождение, методы и технику [чужих] политических мифов, какими бы нелепыми и нереализуемыми они не казались нам вначале. Мы должны знать врага в лицо, чтобы сражаться с ним».

Историк, доктор Амит Варшицкий. «ХаАрец«.  На фото: Александр Дугин. Фото: AP Photo/Francesca Ebel