Фото: Ali Hashisho, Reuters

Пока «Хизбалла» грозит войной, Израиль и Ливан договариваются

В этом месяце Израиль и Ливан сделали важный шаг навстречу друг другу, который поможет предотвратить еще один военный конфликт на севере нашей страны. После десятилетия предпринимаемых американцами усилий спецпосланник США Дэвид Саттерфильд убедил обе стороны прибегнуть к такой форме общения, как трехсторонний форум (с непременным участием Соединенных Штатов), чтобы установить морские границы между ними.

Как предполагается, предметом обсуждения станет возможность для ливанцев приступить к разведке природного газа в Средиземном море. Бейрут надеется модернизировать свою энергетическую отрасль, как это сделал Израиль несколько лет назад.

Переговоры должны начаться в конце июня на базе UNIFIL в Накуре, к северу от израильской границы. В основном речь пойдет о газовом месторождении, в определении границ которого у двух стран есть серьезные расхождения. Обсуждение, скорее всего, не коснется сухопутных границ, по которым до сих пор оспаривается тринадцать пунктов.

Готовность Бейрута вести прямые переговоры о морской границе после многих лет нежелания это делать, по всей видимости, базируется на сугубо практических соображениях: сотни тысяч беженцев из Сирии создали непомерное бремя для ливанской экономики, которое в какой-то мере может ослабить разработка газового месторождения. Подобные переговоры вряд ли состоялись бы без того, что «Хизбалла» дала им зеленый свет - по тем же соображениям.

По данным израильской разведки, из-за введения американских санкций иранская финансовая помощь «Хизбалле» сократилась с 1 млрд. долларов в год до 600 млн. Недавно эта организация начала кампанию по сбору средств, используя рекламные щиты, в попытке преодолеть бюджетный кризис. Не исключено, что «Хизбалла», как ключевой игрок ливанского парламента, надеется получить свою долю в будущей газовой сделке.

Решение о проведении трехстороннего форума резко контрастирует с привычной публичной риторикой, как ЦАХАЛа, так и «Хизбаллы», которые, как правило, обмениваются взаимными угрозами. В своей речи в начале нынешнего месяца лидер «Хизбаллы» Хасан Насралла утверждал, что если разразится война между США и Ираном,  это запалит пожар во всем регионе, и Израиль также заплатит высокую цену.

На этой неделе состоялась ежегодная церемония поминовения израильских солдат, погибших во второй ливанской войне. Выступая на церемонии, новый командующий Северного военного округа, генерал Амир Барам упомянул недавние заявления Насраллы - «подстрекательские и истеричные», добавив, что это свидетельствует о переживаемом им «колоссальном стрессе».

Как подчеркнул несколькими днями ранее начальник военной разведки Тамир Хейман на выставке вооружений, «нам не нужен Насралла, чтобы рассказать, как обстоят дела с проектом «Хизбаллы» по производству высокоточных ракет. Мы знаем, на какой стадии находится этот проект, намного лучше, чем он сам». Только Бог знает, зачем израильским генералам, которые ходили в детсад во время войны Судного дня в 1973 году,  пикироваться с Насраллой, хвастаясь своими возможностями и угрожая ему.

С другой стороны, безусловно, война 2006 года загнала «Хизбаллу» в тупик, поскольку террористы вовсе не ожидали, что Израиль отреагирует столь мощно на похищение резервистов Эхуда Гольдвассера и Эльдада Регева. Не меньше был шокирован и Иран, с которым это похищение не было заранее согласовано. Если предположить, что именно в Тегеране может быть принято решение об очередном витке конфронтации, а отнюдь не «Хизбаллой» в Бейруте, то, скорее всего, сохраняющееся спокойствие на северных границах отражает, прежде всего, соответствующий настрой иранского правящего режима.

После окончания войны, вплоть до 2012 года ракетный арсенал «Хизбаллы» пополнялся, главным образом, для того, чтобы стать опорой для иранского нанесения удара по Израилю в случае, если Израиль нанесет удар по ядерным объектам Ирана. Когда опасность нанесения такого удара стала маловероятной, Тегеран сосредоточился на спасении режима Асада: в результате «Хизбалла», подчиняясь приказам из Тегерана, направила на фронты гражданской войны в Сирии около трети личного состава. Она понесла большие потери - около двух тысяч погибших. Понятно, что при подобных обстоятельствах Иран и «Хизбалла» ни в коей мере не были заинтересованы в военном конфликте с Израилем.

Однако все изменилось в течение последнего года. Значительная часть воинского контингента «Хизбаллы» вернулась после того, как правящий сирийский режим одержал победу в гражданской войне (которая сейчас, в основном, продолжается в районе Идлиба, на севере Сирии). Тем не менее, переговоры по морской границе и несомненный потенциал газовых месторождений стали важным фактором, явно перевешивающим возможность нового военного противостояния, в котором ливанской экономике может быть нанесен невосполнимый ущерб. Опасность конфликта все еще существует, но, по сути, он может рассматриваться, как производная от других очагов напряженности между Ираном и США в Персидском заливе, а также военной кампании, которую ведет Израиль против укрепления иранского присутствия в Сирии.

Последний раз потенциальная эскалация напряженности могла возникнуть в декабре минувшего года, когда ЦАХАЛ  обнаружил шесть туннелей «Хизбаллы», прорытых на территорию Израиля. В конце мая израильская армия продемонстрировала СМИ шестой туннель, который был проложен из ливанской деревни Рамье в направлении Зарита в Западной Галилее: как выяснилось, речь идет о самом глубоком тоннеле, чья глубина достигала около восьмидесяти метров. Кадры, сделанные в самом тоннеле, наглядно продемонстрировали, что «Хизбалла» могла его использовать для отправки на израильскую территорию сотен боевиков – в течение нескольких часов.

Решение о ликвидации туннелей в ходе армейской операции было принято по инициативе предыдущего начальника генштаба Гади Айзенкота. Между ним и Авигдором Либерманом, занимавшим в то время пост министра обороны, существовали весьма серьезные разногласия, выражавшиеся в следующем – уничтожение туннелей на севере или перманентный конфликт с ХАМАСом, достигавший порой точки кипения из-за «маршей возвращения», проходивших вдоль границы с Газой, а также из-за постоянных ракетных обстрелов израильских приграничных населенных пунктов.

Приоритет военной операции на севере страны был представлен, как результат совместного решения Нетаниягу и Айзенкота, а сама операция проведена примерно через три недели после того, как Либерман подал в отставку.

Однако, по всей видимости, Айзенкот все же подтолкнул Нетаниягу к принятию решения. Айзенкот представил кабинету министров свое предложение, уверяя, что следует оперативно разобраться с туннелями «Хизбаллы», не согласовывая свои действия с Либерманом. И Нетаниягу решил пойти на поводу у Айзенкота, по видимому, из-за напряженности, возникшей в отношениях с Либерманом и его коллегой по правительству Нафтали Беннетом, а также из-за опасения проявить излишнюю пассивность на обоих направлениях.

Несмотря на то, что соотношение сил явно благоприятствует ЦАХАЛу, согласно существующим сценариям, предполагается, что в ходе возможного столкновения «Хизбалла» в течение нескольких часов или дней сможет держать под своим контролем близлежащие израильские населенные пункты или занять позиции ЦАХАЛа вдоль границы. Столь ошеломительный, - пусть и кратковременный успех, - мог бы самым серьезным образом травмировать общественное сознание, и очень трудно было бы придти в себя после такой травмы, даже если Израиль и нанес бы потом сокрушительный удар «Хизбалле» на юге Ливана.

Израиль нередко упоминает о производстве высокоточных ракет для «Хизбаллы» в Ливане, но выбор канала публичного воздействия, - к примеру, речь премьер-министра Биньямина Нетаниягу на Генассамблее ООН в сентябре – демонстрирует тот факт, что Израиль предпочитает устранять угрозу с помощью дипломатического давления. Кстати, ту же проблему поднял в прошлом месяце госсекретарь США Майк Помпео, посетивший Ливан после визита в Израиль.

Амос Харэль, «ХаАрец» М.К. К.В. 

На фото: силы  UNIFIL на базе в г. Накура. Фото: Ali Hashisho, Reuters


Реклама

Анонс

Реклама

Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend