«Если доживем до весны, пешком пойдем в Эрец-Исраэль»

20 декабря 1921 года газета «Доар ха-йом» опубликовала письмо, которое получил некий житель Эрец-Исраэль от своего брата из Киева. Чтобы не подвергать риску его жизнь, имена отправителя и получателя письма не разглашались.

«Наш отец умер в этом году от сыпного тифа, – сообщал житель Киева. – А наша сестра Ципора осталась вдовой с двумя детьми. Я бросил учебу и пошел работать, чтобы прокормить мать и сестру. Не плачь, брат. Мертвым сейчас лучше, чем живым. Попробуй вызволить нас отсюда, потому что скоро уже может быть поздно. Если это невозможно, так и напиши. Тогда, если мы доживем до Песаха, по весне попробуем пешком отправиться в Эрец-Исраэль. Нам терять нечего».

«Все твои друзья и знакомые были очень рады известиям о тебе, – сообщал далее автор письма. – Они все хотят знать, как идет жизнь в Эрец-Исраэль. Спасибо тебе огромное за то, что послал нам какао. Хоть коробочка была и маленькая, но ценность ее оказалась велика. Я месяц болел, пока не пришла твоя посылка. И вот, выпил какао и выздоровел. Детям мы тоже дали какао, скоро коробочка заканчивается. Если соберешься отправить еще одну посылку, сахаром нас не балуй, а вот какао, пожалуйста, пришли. Это будет для нас как лекарство. И, если получится, пришли какую-нибудь старую одежду. А то нам совсем тут нечего носить».

Языковая война в Париже

20 декабря 1931 года газета «ХаАрец» опубликовала заметку поэта Натана Альтермана о собрании еврейских студентов в Париже. Альтерман тогда сам начал учиться на сельскохозяйственном факультете Сорбонны, окончив гимназию «Герцлия» в Тель-Авиве.

«Еврейские студенческие собрания проводят, как правило, в кафе, – писал он. – Во французских университетах запрещены объединения по религиозному принципу, и любые еврейские организации подпадают под это определение. Слова «еврейское собрание» вызывают ассоциацию с шумом и гвалтом. Это, конечно, верно. Но и французские собрания проходят точно в такой же атмосфере».

«Источником напряжения в среде еврейских студентов является отношение к национальным проблемам, – отмечал далее Альтерман. – Равнодушных здесь нет. Любая дискуссия по поводу сионизма, использования в качестве разговорного языка идиша или иврита приводит к жарким спорам и конфликтам. Собрание, на котором мне довелось присутствовать, не стало исключением. Как только все его участники уселись за столом, с чашками кофе и кружками пива, председательствующий начал говорить на иврите. Его тут же перебили выкриком с места: «Говори на идише!» Снова проклятый вопрос о языке… Не прошло и минуты, как за столом кипел жаркий спор. И это было только первое действие драмы, разыгравшейся в дальнейшем. Каждый вопрос, связанный с бюджетом студенческого объединения и выборами в его руководящие органы, вызывал ожесточенные споры, перераставшие в перебранки».

Пленные офицеры югославской армии хотят учить иврит

20 декабря 1942 года газета «Давар» сообщила, что еврейские офицеры югославской армии, содержащиеся в лагере для военнопленных в Германии, обратились к лагерной администрации с просьбой позволить им изучать иврит. «В своем письме пленные жалуются на скуку, – говорилось в газетном сообщении. – Они пишут, что не участвуют ни в каких работах и день за днем проводят в полном бездействии».

«Тем не менее информация, прибывающая из нейтральных стран, говорит о том, что пленные военнослужащие югославской армии находятся в бедственном положении, – отмечала «Давар». – Ни в Белграде, ни в Загребе никто не занимается их судьбой. Только югославский Красный Крест, действующий за рубежом, отправляет находящимся в плену военным продуктовые посылки. В лагере их кормят по разработанной немцами «научной системе». Она не позволяет пленникам сразу умереть от голода, однако приводит к их полному истощению».

«Во время воздушного налета на Нюрнберг пленные, содержащиеся в лагере в окрестностях города, выразили радость при виде британских бомбардировщиков, – сообщала также «Давар». – В наказание за это их не кормили в течение двух суток».

Борис Ентин, «Детали».
На фото: Иерусалим начала 1920-х годов.  Фото: Wikipedia √