Почему арабам надоело ходить на выборы

Три причины низкой явки арабских избирателей назвал «Деталям» Вадия Абу Насар, политолог и руководитель международного консультационного центра, действующего в Назарете.

— Первая причина — самоощущение. Нам кажется, что система управления страной становится все более расистской и антиарабской. Поэтому многие из нас не хотят видеть себя партнерами такой системы.

Вторая причина – недовольство людей тем, что арабские депутаты раскололи собственный «Объединенный список», который работал в прошлом составе кнессета. Израильские арабы сочли, что их представители предпочли отстаивать личные интересы, поступившись интересами общины.

И, наконец, апатия. Многие решили: «Что бы ни произошло, мы все равно останемся на обочине, так для чего же напрягаться?» Из-за этих трех причин процент голосовавших в арабском секторе оказался низок, как, пожалуй, никогда прежде — менее пятидесяти процентов. Подтвердив опросы, опубликованные незадолго до выборов, по которым более половины респондентов-арабов говорили, что утратили всякий интерес к политике и не собираются идти голосовать, — сказал Вадия Абу Насар.

Источники на местах сообщали «Деталям» во время голосования, что немало арабских избирателей в этот раз отдали предпочтение «Кахоль-лаван». Но за их голоса боролись и правые партии: например, «Кахоль-лаван» получил в Абу-Гоше 18.1 процента голосов, а «Ликуд» – почти 11 процентов. В Шфараме 13.5 процентов голосовали на НДИ (возможно, друзы или местные христиане), тогда как за «Кахоль-лаван» — только 9 процентов.

Другим значительным эффектом стал общий спад поддержки традиционных арабских парламентских партий (и не только из-за низкой явки). Это замечено во многих населенных пунктах. Например, в Абу-Гоше партии бывшего «Объединенного списка» получили 45 процентов голосов, тогда как в 2015 году – 84 процента. В Умм-эль-Фахме партии «Объединенного списка» получили 90 процентов — но даже это на 7 процентов меньше, чем на прошлых выборах. Спад в Назарете (73 процента против 92 процентов в 2015 году), Шфараме (61 процент против 73 процентов), и других населенных пунктах. Многие арабские избиратели разочарованы своими кандидатами — но пока не нашли им альтернативы.

— Как, с учетом этого, может складываться в дальнейшем политическая обстановка в арабском секторе?

— Есть два разных подхода к этому вопросу. Первый указывает, что израильским арабам необходимо сильное и эффективное присутствие в кнессете не только через свои списки, но и через другие партии — такие, как МЕРЕЦ или даже «Кахоль-лаван». Другой подход — развивать непарламентскую активность: демонстрации, протестные акции, создание новых политических движений. Кто-то считает, что это надо делать в сотрудничестве с евреями, разделяющими наши взгляды, а другие утверждают, что ориентироваться следует исключительно на арабский сектор. Есть и те, кто предлагает сочетать два подхода, чтобы кнессет не был единственной ареной для активных действий, и чтобы в общественной деятельности мы не огранивались страной, а выходили на международный уровень, искали справедливости за рубежом.

— Какие проблемы израильским арабам кажутся сегодня  наиболее важными?

— Опасение потерять статус, то есть гражданство. Люди не исключают, что правые, которые сейчас снова будут управлять страной, захотят дать арабам лишь статус постоянного жителя.

Принятие закона о национальном характере государства во многом подорвало у израильских арабов чувство принадлежности к этой стране, ухудшило их отношение к правительству. А еще — трудное экономическое положение арабского сектора, где очень велик процент живущих ниже уровня бедности.

— Вы тоже считаете, что ситуация будет ухудшаться?

— Лично я полагаю, что особенных перемен не произойдет, вряд ли нас ждет некое резкое ухудшение. Понятно, что Нетаниягу сформирует правое правительство. Не исключено, что в его состав войдут партии, чье отношение к израильским арабам, мягко говоря, оставляет желать лучшего: НДИ и «Альянс правых партий».

— Вы не думаете, что все эти публичные нападки на арабов — всего лишь часть политической игры?

— Лично я всю политику считаю игрой, но я говорю о тех опасениях, которые распространены в арабском секторе. Я верю, что договориться можно с каждым, не только с Либерманом, но даже с Бен-Гвиром. Я – гражданин Израиля, могу свободно общаться со всеми, даже если с кем-то не соглашаюсь.

Сгладить противоречия между евреями и арабами непросто. Несколько лет назад президент Израиля Реувен Ривлин в своей речи сказал: былые времена миновали, мы вышли на новый этап существования, где существует четыре основных, равных по величине «колена» израильского общества: светское, еврейско-религиозное, ультраортодоксальное и арабское.

«Мы не подготовились к таким изменениям», — сказал тогда Ривлин.

И в самом деле, состав израильского общества сегодня крайне пестрый: арабы, поселенцы, ультраортодоксы, выходцы из бывшего СССР — а мы не прилагаем никаких усилий, чтобы побольше узнать друг о друге. Не обязательно добиваться какого-то унифицированного мышления или принимать полностью позицию твоего оппонента, но услышать, о чем он говорит, научиться у него, попытаться спорить с ним можно, — сказал Вадия Абу Насар.

Марк Котлярский, «Детали». Фото: Рами Шалюш