Sunday 23.01.2022|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    AP Photo/Denis Kaminev
    AP Photo/Denis Kaminev

    Еще Русь или уже Беларусь?

    Прошедшие 23 января по всей России протесты побили рекорды по количеству арестов, но рекорд продержался недолго: 31 января он был обновлен. Только за один день задержали более 5 тысяч человек. За неделю между двумя протестами обыски прошли не только у сотрудников "Фонда борьбы с коррупцией" и соратников Алексея Навального, чей арест послужил спусковым крючком массового недовольства, но также у журналистов, учителей, музыкантов – и даже их живущих отдельно родителей.


    Главного редактора оппозиционного издания «Медиазона» Сергея Смирнова задержали днем 30 января во время прогулки с сыном. Обыски прошли у главы «Альянса учителей» Даниила Кена. С «предупреждениями о недопустимости участия в протестах» пришли к репортеру телеканала «Дождь», журналистам The Insider, корреспонденту Znak.com и многим другим. По итогам акций 23 и 31 января в 18 регионах России возбудили 40 уголовных дел, заявил глава международной правозащитной группы «Агора» Павел Чиков. 

    Зарубежные СМИ пишут о «полномасштабном политическом кризисе» в России и все чаще сравнивают реакцию путинского режима на протесты с событиями в Беларуси, где массовые демонстрации продолжаются с августа 2020 и встречают беспрецедентную жестокость властей, включая пытки. Насколько правомерно такое сравнение?

    Александр Габуев из московского центра Карнеги в статье в Foreign Policy писал после событий 23 января, что если и стоит проводить параллели с Беларусью, то в том смысле, что власти России учли опыт своих «коллег». 


    «Российские службы безопасности ясно усвоили урок соседней Беларуси – чрезмерное насилие вызывает только больше проблем. Они пытаются поддерживать хрупкое равновесие, когда борются с новой волной протестов, вдохновленных Навальным. Этим объясняется несколько сдержанное поведение полиции – хотя, разумеется, ее можно назвать «сдержанной» только в соответствии с обычно жестокими стандартами российских правоохранительных органов при Путине».

    Габуев отмечает, что последнее десятилетие в России было поистине протестным: только в 2019 году здесь прошло около 1500 уличных акций. Но в большинстве случаев Кремль предпочитал игнорировать протестующих и ждать, пока их энтузиазм пройдет сам собой.

    Отчасти именно это произошло в Хабаровске, где после ареста популярного местного губернатора Сергея Фургала протесты продолжались более 100 дней и на улицы вышло до 60 тысяч человек. Казалось, что эти массовые демонстрации могут стать серьезным вызовом режиму Путина. Но вместо того, чтобы пытаться решить проблему или подавить массовое движение, Кремль решил, что лучше позволить протестующим выпустить пар. 

    «Эффективность этой тактики была доказана в минувшую субботу на митинге в поддержку Навального [23 января]. Хабаровск, который всего несколько месяцев назад был назван новой надеждой российского продемократического движения, собрал лишь скромную толпу в 1500 человек», – отмечает Габуев. 

    Однако после 31 января ни о какой «умеренности» российских силовиков речи идти не может. СМИ сообщают о многочисленных случаях полицейского насилия: людей волокли к автозакам лицом по грязному снегу, разгоняли щитами и дубинками, заставляли стоять на коленях, сцепив руки на затылке, как будто это военнопленные. 

    «Некоторых задержанных в Петербурге полиция избивала буквально до бесчувствия и в таком виде грузила в автозаки. Одному из протестующих, лежавшему на снегу без сознания, омоновцы отказались вызвать скорую, уверяя, что он притворяется. Во время задержаний на Сенной площади молодому человеку разбили голову дубинкой, а активиста движения «Марксистская тенденция» при задержании душили», – передает издание «Медуза»


    Силовики применяли к протестующим не только дубинки, но также электрошокеры и другие спецсредства. Московские полицейские носили с собой огнетушители — такая экипировка на протестах замечена впервые. В Петербурге полицейский достал табельный пистолет и направил его на людей на Сенной площади. Также сообщается, что полиция применила слезоточивый газ, когда толпа решила отбить задержанных.

    Как пишет The Economist, парадоксально, но такая реакция могла быть спровоцирована попыткой Кремля предотвратить восстание в белорусском стиле. Масштабы и внезапность восстания против Лукашенко заставили его переосмыслить угрозу, исходящую от Навального. Его заключение в тюрьму, а затем выпуск двухчасового фильма о «секретном дворце» Путина быстро радикализировали политику страны, превзойдя все, что Россия видела более десяти лет.

    Поможет ли жесткое подавление свести протест на нет? Руководитель штаба Навального Леонид Волков, который координирует деятельность сторонников оппозиционера, находясь за границей (в России его объявили в розыск), считает, что чувство несправедливости, порожденное репрессиями Кремля, еще больше подорвет законность Путина и подольет масла в огонь. 2 февраля Навальный должен предстать перед судом, который, вероятно, отменит условный приговор сроком в три с половиной года, вынесенный в 2014 году по сфабрикованному делу, и приговорит его к реальному сроку в тюрьме. Команда Навального призывает людей к митингам у здания суда.


    Но стоить помнить, что массовые протесты, в том числе в поддержку Навального, случались в России и раньше, и все они заканчивались одинаково: давление со стороны властей и усталость протестующих в конечном итоге приводили к тому, что все меньше людей выходили на улицы. А ожидать от режима, который был готов отравить своего главного оппонента ядом «Новичок», что теперь его выпустят из тюрьмы из-за нескольких десятков тысяч протестующих – и вовсе кажется нереальным.

    Александра Аппельберг, по материалам зарубежных СМИ. AP Photo/Denis Kaminev

     

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

    DW на русском: главные мировые новости

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend