Saturday 16.10.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...

    Здравствуй, Оруэлл: в Израиле мы все «под колпаком»

    Когда-нибудь эпидемия коронавируса закончится. Может, через месяц. Может, через полгода. Будем надеяться, что она закончится без того, чтобы оставить за собой много жертв, но, в любом случае, жизнь вернется в обычное русло, и нынешняя действительность – карантин, ограничения и опасения – станет уходящей и тающей коллективной памятью. Но кое-что из нее тут останется.


    Точно так же, как сегодня мы помним войну в Персидском заливе. Ту самую безумную действительность, которая царила у нас с 15 января по 28 февраля 1991 года, когда граждане Израиля загерметизировались от «скадов» с помощью виниловой пленки, нейлона и противогазов, розданных населению. Тогда мы тоже очень быстро вернулись к обычной рутине.

    Но война в Персидском заливе кое-что изменила. Это был первый случай в Израиле, когда его атаковали, а он не ответил. Этот опыт, который сработал совсем неплохо в феврале 1991 года, превратился в ведущую стратегию безопасности в последующие тридцать лет. В каждой квартире было построено домашнее бомбоубежище, оборонная промышленность разработала противоракетные системы «Хец» («Стрела») и «Железный купол». Сила выносливости израильского тыла превратилась в предпочтительную стратегическую замену военной атаки. То, что случилось в 1991 году и далее, может случиться и в войне с «короной».

    Рутина нарушена кризисом. Весь наш мир зашатался, и общество открыто для вторжения новой практики, которая раньше считалась совершенно неприемлемой. Теперь бомбоубежище заменил монитор, на котором все время появляются уточненные данные эпидемиологических расследований, за которыми многие израильтяне следят с нескрываемой страстью.


    Как проводится это расследование? Путем опроса, но не только. Как рассказывает доктор Офра Хавкин, окружной врач Центрального округа, в расследовании также пользуются аппаратурой для слежки, которая беспрерывно фиксирует наше передвижение без того, чтобы мы обратили на это внимание. Мобильный телефон помнит, где мы были. Проездной – куда ездили. Кредитная карточка – где ели и что покупали. А бесчисленное количество видеокамер, установленных по всей стране, знают, что мы делали.

    Результаты расследования обрабатываются с большой скоростью и публикуются в СМИ. Проведенная слежка, а с ней и вторжение в повседневную, личную жизнь больных, не подозреваемых ни в каком преступлении, превратилась в основную практику, которой пользуется министерство здравоохранения в войне с вирусом. По всей видимости, это – оправданный и эффективный шаг, ограничивающий распространение болезни и спасающий жизнь.


    Читайте также:


    Тем не менее, очень важно понять, что именно здесь происходит: под прикрытием эпидемии, внесенного ей хаоса и готовности общественности согласиться на то, что в обычное время никогда не прошло бы, собирается частная информация о гражданах. Опасение состоит в том, что эта деятельность, которая до сих пор была привилегией полиции в борьбе с преступностью и спецслужб в борьбе с террором, приобрела сугубо гражданский характер. В ту минуту, когда эти методы и инструменты превращаются из теоретических в практические, появляются новые возможности. То, что раньше считалось совершенно нетерпимым, становится возможным. Приобретается опыт.

    Главный вопрос состоит в том, сохранится ли эта возможность государства следить за нами, а потом предавать гласности, где и когда мы были, и после эпидемии тоже? В следующий раз предлогом будет война с уклонением от уплаты налогов, предотвращение вандализма  или следование правилам сортировки мусора. Инструменты, которыми сегодня пользуются преданные делу медсестры эпидемиологических отделений, завтра могут оказаться на вооружении раввинов религиозных советов или инспекторов министерства экологии.

    Коронавирус – первая эпидемия в дигитальную эпоху. Вполне может быть, что эпидемиологическое расследование – лишь первый этап самых разных методов, которые появятся у нас, если дело дойдет до появления тысяч больных. Вдруг оказалось, что самые дикие идеи, которые до сих пор бытовали только в голливудских фильмах, могут превратиться в реальную возможность. Солдаты в защитных костюмах, которые контролируют изоляцию на городских улицах, опознание подозреваемых бациллоносителей с помощью термокамер и пр. Технология уже есть – оправдание найдется. Если механизмы общественной защиты заглушены, наступает час, когда можно опробовать все, что в обычное время даже не придет в голову.


    (Через 24 часа после публикации этой статьи стало известно, что юридический советник правительства санкционировал слежку за больными для определения маршрута их перемещения по стране с помощью фиксации их мобильных телефонов, сказав, что правительство и кнессет утвердят это решение «пост фактум». А после того, как глава правительства сообщил в субботнем выступлении, что для слежки за больными будут применяться новейшие технологические средства борьбы с террором, Служба общей безопасности (ШАБАК) подтвердила свою готовность помочь правительству, но заявила, что не будет следить за людьми в домашнем карантине - прим. «Детали»).

    Омер Коэн,«Давар ха-овдим б’Эрец-Исраэль», Р.Р.˜

    На фото: Джордж Оруэлл. Фото: Wikipedia public domain


     

     

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend