Четверг 29.10.2020|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    ארכיון

    Как сберечь военные тайны Государства Израиль

    «Зал славы» — это понятие и место из мира спорта или музыки. Признание заслуг выдающихся людей прошлого. На прошлой неделе был опубликован отчет, который рекомендует создать «залы славы» или «объекты наследия» израильских спецслужб. По всей видимости, эти объекты должны быть закрыты для широкой публики, их смогут посещать только пенсионеры спецслужб с допуском секретности. Чтобы секреты не просочились в СМИ и не попали в книги. Цель такого «зала славы» – тешить эго этих пенсионеров, чтобы они не чувствовали себя забытыми и брошенными, чтобы у них не появилось ощущения, что их подвиги потеряли смысл из-за обязательства хранить тайну.

    Отчет был написан межведомственной комиссией во главе с Диной Зильбер, заместителем генппрокурора по общественному и административному праву. Зильбер выполнила просьбу начальника, согласившись на продление своего срока еще на три месяца.

    Официальная цель комиссии тоже о многом говорит: «Улучшение хранения государственных тайн». Суть ее работы заключалась в изучении проблем «передачи информации от высокопоставленных представителей спецслужб журналистам, книгоиздателям или публицистам».

    Цель выводов комиссии – не допустить ситуации, когда все эти «бывшие», особенно занимавшие в прошлом высокопоставленные должности, начнут выбалтывать военные секреты и государственные тайны, которые стали им известны только по роду службы в этих ведомствах. Причем никто не давал им разрешения предавать эту информацию огласке.

    С полным отчетом комиссии можно ознакомиться здесь

    По вопросу о полномочиях публиковать конфиденциальную информацию авторы отчета процитировали решение бывшего юридического советника правительства Йехуды Вайнштейна по апелляции против бывшего начальника генштаба Габи Ашкенази по "делу Харпаза" и поддельного документа. «Полномочия начальника генштаба раскрывать секретную информацию, касающуюся только ЦАХАЛа, весьма ограничены, – написал Вайнштейн, – и безусловно есть информация, которую нельзя разглашать по своему усмотрению третьей стороне, не обладающей допуском секретности… И уж тем более, я не могу согласиться с утверждением, что начальник генштаба имеет неограниченные полномочия по разглашению конфиденциальной информации, связанной с деятельностью спецслужб».

    В предисловии к отчету говорится, что цель комиссии – «сформулировать практические рекомендации по улучшению положения дел и повышению уровня защиты секретной информации». И далее: «Хотя изначально мы уделяли основное внимание ситуациям, когда бывшие высокопоставленные государственные должностные лица разглашали секретную информацию  журналистам, мы считаем, что к хранению государственных тайн следует подходить более широко - поэтому мы выработали рекомендации более широкого контекста».

    В состав комиссии вошли представители министерства юстиции, юрисконсульты «Моссада», Службы общей безопасности (ШАБАК), ЦАХАЛа (в лице военной разведки), начальник службы безопасности министерства обороны, военные цензоры и многие другие.

    Перед комиссией выступали бывший вице-председатель Верховного суда Эльяким Рубинштейн, высокопоставленные государственные чиновники, пресс-секретарь ЦАХАЛа и начальник Управления личного состава ЦАХАЛа Моти Алмоз, юристы, включая Эльада Манна из НКО «Ацлаха», и восемь журналистов, специализирующихся на вопросах безопасности, включая автора этих строк.

    Понимая, что речь идет о весьма широкой теме, комиссия обсуждала также многие вопросы, связанные с цензурой, госархивом и высокопоставленными чиновниками, которые «берут домой» (правильное слово – крадут) документы для своих личных архивов. Конечно, они обязаны были вернуть все документы, допуск к которым они получили лишь в рамках своей работы. Даже если случайно какой-то документ у них затерялся, они должны немедленно вернуть его в соответствующий офис или в архив.

    Комиссия была назначена Йехудой Вайнштейном в декабре 2015 года после так называемых «записей Эхуда Барака». Это - интервью, взятые журналистами Дани Дором и Иланом Кфиром у бывшего премьер-министра и министра обороны с целью написания биографической книги «Барак: войны моей жизни». В книге Барак, среди прочего, рассказывает о секретных обсуждениях вопроса иранской ядерной проблемы, в том числе возможной атаки на иранские ядерные объекты.

    Помимо Барака и Ашкенази, в отчете упоминаются и другие бывшие высокопоставленные должностные лица, которые разглашали секретную информацию в интервью или в биографических книгах. В том числе бывший премьер-министр Эхуд Ольмерт, который написал автобиографию в тюрьме. Служба безопасности минобороны конфисковала рукопись, когда Ольмерт еще отбывал тюремный срок, под предлогом того, что он передал ее  контрабандой через его адвоката. Но потом эти обвинения были сняты, а дело закрыто.

    Другое имя, упомянутое в отчете — это бригадный генерал Яаков (Ица) Ицхак, написавший книгу, где раскрываются подробности ядерной программы Израиля. Рукопись в нескольких экземплярах была конфискована службой безопасности министерства обороны. Ица, скончавшийся в 2013 году в возрасте 87 лет, был одним из основателей отдела исследований и разработок министерства обороны и его начальником с 1972 по 1973 год. Его арестовали в марте 2001 года, подвергли судебному преследованию и приговорили к двум годам лишения свободы условно.

    Другой высокопоставленный чиновник, чье имя упоминается в отчете –  легендарный первый директор ШАБАКа и второй директор «Моссада» Иссер Харэль, который после выхода на пенсию в 1963 году написал книгу об операции «Финал» по похищению Адольфа Эйхмана в Аргентине. Харэль, который сразу после выхода в отставку хотел первым рассказать об этом миру, собирался написать еще одну книгу, но государство ему запретило. Он подал апелляцию в Верховный суд, но и там ему было отказано.

    Ранее, летом 1968 года, незадолго до подачи апелляции, тогдашний юридический советник правительства Моше Бен-Зеэв писал Харэлю: «Оказывается, у вас находятся материалы, - в оригинале, в копиях или фотографиях, письменная или устная информация - касающиеся разведывательного учреждения, где вы работали, занимаемых вами должностей и различных вопросов безопасности, связанных с этим учреждением. Вас не уполномочили по закону хранить эту информацию, особенно после ухода из этих организаций, когда вы перестали быть госслужащим. Хочу обратить ваше внимание на положения статей 27 и 23 закона 1957 года об уголовной ответственности за преступления против государственной безопасности и разглашение внешнеполитических или военных тайн». Тем не менее, впоследствии Харэль опубликовал несколько книг по вопросам безопасности.

    Память и безопасность

    Под солнцем по-прежнему нет ничего нового. «Уйти на пенсию и потом все рассказать внукам» – это известное явление, которое по-человечески можно понять. Довольно много людей, которые работали в системе безопасности и обещали хранить секреты, нарушают присягу, ощущая, что их героическое прошлое не имеет никакого смысла, если о нем не рассказать.

    В отчете говорится, что «государственные тайны и секретность необходимы для способности любого государства обеспечивать безопасность своих жителей, защищать их от угроз и поддерживать доверительные и деликатные отношения с иностранными государствами». Однако в нем также уточняется, что в условиях демократии должен соблюдаться правильный баланс между хранением гостайн и правом общественности знать.

    «Мы не упустили из виду негативные аспекты, которые могут сопровождать секретность, – говорится в отчете. – Секретность может порождать сложности для демократического процесса: граждане не получают полного представления о политической ситуации, и поэтому не могут занимать ответственную, а в определенных случаях – критическую позицию по отношению к действиям правительства. Законное засекречивание военной информации не должно превратиться в тотальное засекречивание любого государственного документа. Чрезмерная секретность защищает корпоративные интересы и не имеет под собой законного оправдания».

    В отчете комиссия пытается найти бюрократическое решение проблемы, которую, вероятно, вообще невозможно решить. Она рекомендует ряд организационных, правовых и разъяснительных мер, а также создание секретных «залов славы».

    Среди прочего, комиссия рекомендует освежить среди госчиновников положения закона об обязательствах хранить секреты после выхода на пенсию. Предлагается ввести ряд новых положений, законов и постановлений и усилить уголовное преследование за нарушения. Комиссия рекомендует проводить работу по возвращению в архивы всевозможных документов, которые находятся дома или в частных архивах у бывших должностных лиц. Следует усилить сотрудничество между цензурой и судами, а также подразделениями, отвечающими за информационную безопасность в разных спецслужбах. В отчете также упоминается, что в прошлом у минобороны было издательство, в котором публиковались мемуары «бывших».

    «Признавая важность исторической документации, сохранения израильского наследия в целом и корпоративного наследия органов безопасности в частности, и признавая понятное желание бывших должностных лиц задокументировать свои воспоминания и оставить след в истории Израиля, в ходе обсуждений было предложено создать «объекты наследия» или «залы славы», либо сформировать их на основе уже существующих структур в спецслужбах. Это позволит, среди прочего, пенсионерам секретных организаций рассказать свою историю, задокументировать свою работу и достижения. Это - важные материалы, например, для обучения и подготовки новых поколений сотрудников спецслужб.

    С точки зрения конфиденциальности, эти внутренние объекты наследия могут стать безопасной платформой для создания различных мемуаров, которые впоследствии можно будет публиковать для широкой публики под контролем соответствующих органов, сохраняя конфиденциальность той информации, которая по-прежнему остается секретной».

    В заключение, при всей важности отчета, работа над которым велась лениво и медленно в течение почти пяти лет, у меня есть три комментария.

    1. Сомнительно, что рекомендации отчета или хотя бы их часть будут приняты ввиду сложности этого вопроса.

    2. Феномен разглашения государственной тайны высокопоставленными должностными лицами может быть использован в качестве платформы для более широкого философско-интеллектуального и юридического обсуждения секретности в демократическом обществе XXI века. Такое обсуждение могло бы привести к выводу, что было бы лучше сократить надзор за сохранением секретности. Понятно, что для спецслужб секретно абсолютно все, и так же ясно, что избыточная секретность ведет в тупик.

    3. Хотя это и не было целью комиссии, но если рекомендации будут выполнены, пострадает работа журналистов и их роль «сторожевых псов демократии».

    Йоси Мельман, «ХаАрец» Ц.З.˜ Фото: Томер Аппельбаум

     

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    Размер шрифта
    Send this to a friend