Партнёры

«Яндекс» был гордостью российского хайтека. Теперь он – инструмент войны

Самые известные российские высокотехнологичные компании создавались в то время, когда Россия была, или казалась, динамичным современным государством, идущим в ногу со временем. Поисковая система «Яндекс» превратилась в корпорацию, чьи акции продавались на международной технологической бирже Nasdaq. Компания «Касперский» стала одним из важных мировых брендов в области кибербезопасности. «ВКонтакте», начинавшийся как копия Facebook, обрел свое лицо.


Но эти компании больше, чем кто бы то ни было, могли бы рассказать о том, что современный бизнес в условиях авторитаризма рано или поздно обращается и против своих создателей, и против своих пользователей. 

Может быть, самая показательная в этом смысле – история «Яндекса», которую проанализировала газета The Washington Post

Американка Эстер Дайсон, первый инвестор «Яндекса», покинула совет директоров компании вскоре после того, как Россия вторглась в Украину. О российском правительстве она сказала: «Еще до того, как они начали войну против Украины, они вели войну против правды».

Большинство акций компании принадлежит западным или международным организациям, а ее штаб-квартира находится в Нидерландах, но ни один из этих фактов не помог компании уклониться от требований Кремля блокировать в результатах поиска ссылки на лидера оппозиции Алексея Навального или цензурировать новости о войне в Украине.

«Даже если акции компании находятся в другом месте, даже если у них иностранный совет директоров, это ничего не дает, – говорит Илья Пономарев, российский предприниматель и инвестор в сфере технологий, который бежал в Украину в 2014 году после того, как подал единственный голос в нижней палате российского парламента против аннексии Крымского полуострова. – Они не могут сбежать, потому что они бесповоротно связаны с российской аудиторией».

Когда компания начала продавать акции на Nasdaq в 2011 году, руководители «Яндекса» знали, что российское правительство будет чувствительно относиться к тому, что контроль переходит за границы страны. Поэтому основатели сохранили акции с большинством голосов, а «Яндекс» выпустил одну специальную акцию, которая хранилась в Сбербанке и могла наложить запрет на приобретение одним акционером более 25% обычных акций.

Но и после этого руководителям «Яндекса» пришлось обосновывать регуляторам и надзорным органам свое решение стать публично торгуемой компанией. Они доказывали, что это ключ к удержанию талантливых сотрудников, которые в противном случае уехали бы за границу, и что чрезмерные ограничения приведут к уходу пользователей к западным конкурентам.

Казалось, что чиновники приняли эту логику, и «Яндекс» получил свободу действий. Но российское законодательство накладывало все новые ограничения. В 2017 году был принят закон, в соответствии с которым любые СМИ, размещенные на крупных сайтах-агрегаторах, включая «Яндекс», должны быть лицензированы российским правительством. Со временем таких СМИ становилось все меньше и меньше.

В 2019 году был предложен законопроект, запрещающий компаниям, которые Кремль определял как «стратегический информационный ресурс», иметь больше половины иностранных инвесторов. Для «Яндекса» это означало бы эффективное поглощение компании государством. Специальный комитет совета директоров пытался придумать альтернативные варианты, которые могли бы этому помешать, проводя новые и новые встречи с кремлевскими чиновниками.  

В конце концов, лучшее, что смог сделать «Яндекс», – это наделить специальную акцию, принадлежащую Сбербанку, большей властью и передать ее новому фонду, в котором большинство директоров составляют представители университетов и бизнес-групп, связанных с правительством. По сути, это лишило руководство компании возможности самостоятельно принимать важные решения. После этого предложенный закон так и не был принят.

Лев Гершензон, бывший руководитель новостного отдела «Яндекса», который сейчас живет в Германии, через шесть дней после вторжения публично заявил, что его бывшая компания теперь является частью проблемы.

«На главной странице “Яндекса” минимум 30 млн российских пользователей видят, что никакой войны нет, тысяч погибших российских солдат нет, десятков погибших под российскими бомбежками мирных жителей нет, нет десятков пленных, нет огромных разрушений в разных украинских городах», – написал он в посте в Facebook

«То, что значительная часть населения России может считать, что войны нет, является основой и движущей силой этой войны. “Яндекс” сегодня – ключевой элемент в сокрытии информации о войне. Каждый день и час таких “новостей” – это человеческие жизни. И вы, мои бывшие коллеги, за это тоже отвечаете».

Справедливость его слов стала очевидна, когда мир узнал об убийстве сотен мирных жителей в Буче. Поисковая выдача в Google показывала фото разрушенных домов и сгоревшей техники. Выдача «Яндекса» – фотографии города, еще не пострадавшего от войны. 

Сейчас «Яндекс» сам пытается выйти из новостного бизнеса. В прошлом месяце он публично объявил, что ищет покупателей его платформы для блогов Zen и новостного агрегатора. 

За последние пять месяцев акции «Яндекса» на Nasdaq потеряли две трети своей стоимости. Сегодня, 21 апреля, «Яндекс» отозвал прогноз по своим финансовым показателям на 2022 год и заявил о сокращении или приостановке запланированных инвестиций в бизнес как в России, так и за рубежом.

Александра Аппельберг, «Детали». На фото: руководители «Яндекса» Аркадий Волож и Илья Сегалович празднуют первичное размещение акций компании на площадке Nasdaq MarketSite в 2011 году, AP Photo/Mark Lennihan⊥

 

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
МНЕНИЯ