Лапид и Габай не лучше Рабина

До какой степени лидерам позволительно и даже желательно не говорить всю правду, чтобы не лишиться избирателей? До какой степени лидерам допустимо пользоваться туманными формулировками, которые обходят спорные моменты?

Можно ли не открывать или даже намеренно скрывать пункты их политической повестки дня, когда это служит решению главной задачи, с их точки зрения и с точки зрения их сторонников – выиграть выборы, поскольку только победа на выборах позволит им достигнуть их целей?

Похоже, в наши дни эти вопросы особенно тревожат левый лагерь, который заставляют своих избранников пройти жесткую проверку на последовательность, верность идеям, прагматизм и искренность.

В крайних случаях это качество может привести левых к пуризму и  политическому самоубийству. Но когда его нет, итогом становится ослабление самоидентификации и отказ от выражения собственной независимой позиции — а это уже верный путь к фиаско.

В каком-то смысле, когда Ицхак Рабин в 1992 противостоял на выборах Ицхаку Шамиру, он вел себя не лучше Ави Габая и Яира Лапида (соответственно. нынешних лидеров «Аводы» и «Еш атид») в том смысле, что тоже не говорил избирателям правду. Такой вывод можно сделать, если сравнить высказывания Рабина до выборов и то, что он делал, придя к власти.

До выборов Рабин заявлял, что нельзя оставить Голанские высоты, не отказывался от своего же высказывания об «иорданском варианте» и всячески скрывал, что он вот-вот начнет переговоры с Ясером Арафатом. Рабин поступал так отчасти из-за того, что в тот момент не изменил еще собственных взглядов, а отчасти потому, что понимал: сказав правду избирателям, он останется в оппозиции.

В чем отличие Рабина от Габая и Лапида? Тогдашний лидер «Аводы» сумел создать у граждан четкое ощущение, что он и Шамир полярно отличаются друг от друга. «Авода» говорила, что «Ликуд» завел страну в политический тупик, без конца нападала на Шамира, одновременно подчеркивая, что если Рабин станет премьером, это даст Израилю надежду на лучшее будущее.

Сам Рабин обязался после победы на выборах, в течение 6-9 месяцев, заключить мирное соглашение с палестинцами. Различия между Рабином и Шамиром казались глубокими и серьезными. Такими же казались различия между Биньямином Нетаниягу и Эхудом Бараком перед выборами 1999 года.

Но высказывания сегодняшних лидеров «Сионистского лагеря» и «Еш атид» не создают впечатления, что они разительно отличаются от главы правительства. Их пессимистическая трактовка действительности очень похожа на его трактовку. Габай и Лапид не излучают боевой дух.

К тому же в трудовой биографии у обоих значится, что в свое время они были министрами в правительстве Нетаниягу. Трудно почувствовать их резкое отличие от премьера, которое позволило бы считать их альтернативой Нетаниягу.

Гибкость и прагматичность Габая и Лапида – не проблема. Проблема, есть ли у них что-либо, кроме гибкости и прагматичности.

Рами Ливни, «ХаАрец». Д.Н. 

На фото:  Яир Лапид. Фото: Моти Мильрод


Реклама



Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend