«Я должна быть в состоянии определять себя как израильскую еврейку без навязанного чувства стыда»

«Я должна быть в состоянии определять себя как израильскую еврейку без навязанного чувства стыда»

Гитарист знаменитой британской рок-группы Radiohead Джонни Гринвуд на днях отказался отменять совместные выступления на летних фестивалях с израильским музыкантом Дуду Тассой, несмотря на развернувшуюся против него пропалестинскую кампанию.

С Израилем гитариста Radiohead связывают давние отношения. С 1995 года он состоит в браке с израильской художницей Шароной Катан, которая также продюсирует проект Jarak Qaribak, объединяющий арабских и еврейских музыкантов. Один из его участников – Дуду Тасса, внук Дауды аль-Кувейти, одного из наиболее известных иракских композиторов XX века, эмигрировавшего в Израиль в 1951 году. Однако, хоть песни аль-Кувейти и его брата Салеха до сих пор звучат на арабских радиостанциях, по словам Гринвуда, «их еврейское наследие никогда не упоминается».

В опубликованном в соцсетях заявлении Гринвуд назвал попытки заставить замолчать израильских артистов «за то, что они родились евреями в Израиле», непрогрессивными «хотя бы потому, что именно эти люди неизменно являются наиболее прогрессивными членами любого общества». По его словам, подобные действия «не похожи на способ достижения взаимопонимания между двумя сторонами этого, казалось бы, бесконечного конфликта».

Наблюдая за тем, как ее мужу приходится отстаивать перед лицом общественности собственное решение продолжать выступать вместе с израильским музыкантом на одной сцене, Шарона Катан также ощутила острую потребность высказаться о происходящем:

«Для начала, чтобы устранить любые сомнения: я за мир. Казалось бы, об этом не нужно говорить, но тем не менее мы здесь.

Я дочь египетских и иракских евреев, внучка еврея, родившегося в Яффо в 1912 году, в те времена, когда многие евреи жили в Яффо вместе с мусульманами и христианами.

Прошло 243 дня с тех пор, как я проснулась от шокирующей новости о том, что многие сотни евреев были убиты в своих домах, изнасилованы или убиты на музыкальном фестивале – и еще сотни похищены ХАМАСом в Газу. Я узнала, что это продолжалось часами без остановки. Без жалости. Старики, женщины, дети, младенцы были расстреляны, а некоторые даже сожжены заживо ликующими нападавшими.

Ровно 83 года назад в Багдаде антиеврейские беспорядки переросли в крупнейший погром в истории Ирака за XX век. В течение двух дней еврейский квартал подвергался систематическим нападениям. Этот погром получил название «Фархуд». И снова сотни людей были убиты или изнасилованы: при этом не сохранились данные ни об их возрасте, ни о поле.

Мой отец пережил это. В то время ему было восемь лет, и он был одним из членов 120-тысячной еврейской общины, которая была частью иракской культуры на протяжении как минимум двух тысяч лет. В Багдаде проживало около 90 тысяч евреев, которые тогда составляли треть населения города. Сегодня, 77 лет спустя, по сообщениям, во всем Ираке осталась лишь горстка евреев. В Израиле же, напротив, проживают около 600 тысяч евреев иракского происхождения.

Примерно в то же время в других частях Ближнего Востока, включая Йемен и Египет, произошли антиеврейские погромы. И правда в том, что мы наблюдали, как один из них был осуществлен 7 октября на территории современного Израиля.

В потоке слов, последовавших за тем темным днем, я прочитала, что я и мой народ «белые». Большинство израильтян не являются таковыми. Еще нас называют колонистами. Это не так. Мы – беженцы от колониализма, бесконечных погромов и антиеврейской ненависти как в Европе, так и на Ближнем Востоке. И эта ненависть не прекращается. Трагическая история «Фархуда» снова стала болезненной реальностью. И мое сердце разрывается на части за мой народ.

События 7 октября привели к войне против ХАМАСа в Газе, в результате которой число погибших резко возросло, что продолжает вызывать эмоциональную реакцию во всем мире. Война также спровоцировала новый уровень критики Израиля и рост антисемитских нападений на евреев за рубежом.

Я не могу оправдать убийство мирных жителей в этой войне. Я сопереживаю каждой невинной жертве в этом затянувшемся конфликте. Мое сердце разрывается от ежедневных напоминаний о том, что женщины, дети, мужчины… даже человек, переживший «Фархуд», все еще находятся в плену у ХАМАСа в секторе Газа.

Я также опустошена, зная, что молодых израильских женщин удерживают и, вероятно, насилуют, пока они находятся в заложниках. Хотя я признаю, что каждый имеет право на свое мнение, я не могу принять тотальную, всеобъемлющую ненависть, которую многие испытывают к Израилю и его еврейским гражданам.

Мой отец родился «зимми» (гражданином второго сорта) в Ираке из-за своей веры, а я родилась коренной израильтянкой: поэтому, какую бы критику я ни высказывала в отношении того, как Израиль действует как государство, ничто не может изменить тот факт, что его существование гарантировало мне право быть одновременно еврейкой и свободным человеком.

Детство моих родителей было совсем другим. Когда мой отец бежал из Ирака, ему было всего 14 лет. Безо всякого имущества он шел один через пустыню в Израиль, не имея ничего, кроме надежды на свободу от преследований. Он бежал от жизни, где евреям были запрещены паспорта, был введен комендантский час. Их дома и имущество были конфискованы. Евреев даже вешали на городской площади.

Мы можем говорить о конфликте между евреями и арабами с момента основания Государства Израиль в 1948 году (и задолго до этого), но мы не можем повторять ту же ненависть и ложь, которые оправдывали столетия антиеврейской ярости.

Сегодня нам предстоит найти новые способы общения друг с другом. Я не вижу реальных усилий со стороны движений, подобных тем, что защищают BDS, для позитивного взаимодействия с израильтянами. Вместо этого я вижу только демонизацию всего израильского и еврейского, замалчивание и упрощение проблем ради победы в пропагандистской войне.

Я наблюдаю отвратительную кампанию, направленную на то, чтобы заставить всех евреев за пределами Израиля объявить себя антиизраильскими, если они хотят оставаться приемлемыми в глазах общественности, – извиниться за то, где они родились, так же, как моему отцу пришлось извиняться за то, что он был евреем в Багдаде, или моей матери за то, что она была еврейкой в Александрии. Это проверка на политическую чистоту, которая требует от меня отказа от этой крошечной, меньше Уэльса, страны, которая нас спасла.

Я не понимаю, каким образом этот подход может привести к какой-либо попытке достижения гармонии. Я хочу подчеркнуть, что этот конфликт существует для меня не только в онлайн-дискурсе, но и в моей реальной жизни. Не думаю, что многие из тех, кто так быстро выносит суждения, понимают сложность истории конфликта.

Я выросла на севере Израиля, на границе с Ливаном, ракетные обстрелы откуда были и остаются обычным явлением. В последний месяц атаки «Хизбаллы» усилились. На прошлой неделе их арсенал, в который теперь входят дроны, позволил атаковать южнее, вплоть до Акко.

Мое детство прошло в постоянном страхе перед этими огромными, сотрясающими землю взрывами. Они бомбили дома на улице, где я жила, и убили много людей. Тем не менее эти нападения на израильских граждан были и продолжают считаться некоторыми людьми оправданными, независимо от того, происходят они из Ливана, Сирии, Йемена или Газы. То же самое касается резни и изнасилований в октябре прошлого года.

Я рассматриваю это как часть непрекращающегося желания, возникшего задолго до основания Израиля, уничтожить евреев там, где они живут, – жажды, которая всегда существовала как на Ближнем Востоке, так и в Европе.

После Холокоста ситуация в Европе успокоилась, но даже там теперь начинается новый всплеск антисемитизма. Ненависть в Лондоне, где я живу, ощутима. В прошлом месяце в еврейском квартале даже звучали угрозы изнасилований. Эта ненависть продолжается тысячелетия и не прекратится, пока все не начнут действовать – или пока евреи не исчезнут.

Особенно беспокоит, что эта ненависть разрастается среди наших студентов в университетских кампусах, где факты заменяются невежеством, которое, кажется, объединяет и дарует цель. Но мы должны быть начеку и не допустить того, к чему могут привести искаженные цели и ненависть.

Мировое еврейское население до сих пор не оправилось от Холокоста в Европе. Сегодня в мире на 1,4 миллиона евреев меньше, чем в 1930-е годы. Вместо их потомков у нас есть безымянные призраки потенциальных семей, уничтоженных нацистами. За них никто не выскажется. Были убиты около 1,2 миллиона еврейских детей.

Написав это, я не пытаюсь ничего оправдать. Мы все жаждем мира. Я просто хотела подчеркнуть одну небольшую часть этой истории, основанную на истории моей семьи, о которой не знает большинство людей, хотя она затрагивает многих из нас и объясняет, я надеюсь, почему я должна быть в состоянии определять себя как израильскую еврейку без чувства стыда, которое многие хотят, чтобы я ощущала.

Надя Важнин, «Детали», по материалу «ХаАрец» .Фото:  Jack Plunkett Invision AP √

Будьте всегда в курсе главных событий:

Подписывайтесь на ТГ-канал "Детали: Новости Израиля"

Новости

Более 80 тысяч израильских семей ждут результатов квартирной лотереи
В Газе ликвидирован "звезда" ХАМАС-ТВ
В странах ОЭСР коэффициент рождаемости упал вдвое, Израиль же на пути к демографическому взрыву

Популярное

«Битуах леуми» выплатит пособия досрочно

Служба социального страхования («Битуах леуми») нередко выплачивает пособия накануне праздников, ранее...

Ученый рассказал, когда медузы уплывут от израильского побережья

В последние дни к средиземноморскому побережью Израиля приплыл огромный рой медуз. Он движется с юга на...

МНЕНИЯ