Thursday 28.10.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    Поселение Эфрат. Фото: Emil Salman
    Поселение Эфрат. Фото: Emil Salman

    Глазами поселенца: мы угробим себя сами

    Яаков Ульрих Беккер буквально потрясен растущими в округе поселениями: заасфальтированные просторные автотрассы, прорубленные в скалах туннели, на окрестных холмах появляется все больше новых зданий. Он убежден, что речь идет об исторической ошибке, над которой еще взвоют последующие поколения.


    Но если левые поторопятся зачислить его в свои активные сторонники, они сильно ошибутся. Потому что проблема, которую видит Беккер, не имеет никакого отношения к оккупации, палестинцам или сомнительному будущему для двух государств. Эти вопросы его особо не беспокоят. Как архитектор и градостроитель, он переехал в Текоа по идеологическим и даже духовным соображениям. Поселения дороги сердцу Беккера, и он опасается за их будущее. Он считает, что ужасные ошибки, допущенные при строительстве поселений, могут навредить поселенческому делу.

    «Нам кажется, что Иудее и Самарии возвращают их былую славу, но это ошибка, – говорит он. – Существовала возможность извлечь уроки из ошибок, связанных с развитием городов, и заложить поселения, которые свяжут евреев с их землей. Но этого не происходит, строящиеся поселения вряд ли будут удерживать еврейский народ на своей земле еще 500 лет – на наших глазах возникает подобие больной и безродной серятины американских пригородов. Вы пришли сюда, чтобы приумножить и восстановить наследие отцов, но вместо того, чтобы действительно застраивать страну, здесь, на холме, возводятся всего лишь несколько домиков».

    По его словам, поселения характеризуются «отчужденностью, эпидемией ожирения, скукой и запустением, ежедневными пробками по дороге на работу, загрязнением воздуха и дороговизной жизни. Крик женщины, которую убивают, вряд ли услышат соседи, скучающая молодежь ищет развлечений в больших городах, не соблюдают заповеди и держится подальше от религии. Взрослые отправляются коротать старость в большом городе и оставляют дом, возведенный ими, когда они еще были молодыми идеалистами. Таким образом, нашими собственными руками разрушается поселенческое предприятие, начатое в Земле Израиля».


    Беккер жил в Восточной Германии, изучал философию в Берлине, побывав в Израиле и, вернувшись оттуда, стал соблюдать субботу («гениальное изобретение» – говорит он). Столкнувшись с активной антиизраильской пропагандой в немецкой прессе, Беккер стал работать в местной НКО, которая противостояла всему этому, стал чаще бывать Израиле, а во время одного визита познакомился с израильтянкой Ошрат, жительницей центра страны. После того, как их отношения стали серьезными, Яаков прошел гиюр к неудовольствию своей матери-атеистки. «Если бы я перешел в ислам или стал бы христианином, разочарование было бы таким же, – поясняет он. – Для моей матери религия как была, так и осталась опиумом для народа».

    В Израиле восточногерманский атеист, ставший евреем, изучал архитектуру в академии «Бецалель», а затем проходил специализацию в сфере городского планирования в хайфском «Технионе», работал в отделении планирования Иерусалима, занимался перепланировкой улиц, расположенных вдоль маршрута легкорельсового транспорта, а в рамках государственной программы по укреплению периферии был направлен в Арад.

    Вместе с супругой Беккер вначале жил в Иерусалиме, в районе Хар Хома, а когда родились дети, перебрался вместе с семьей в Текоа, где приобрел большой дом.

    Как профессиональный архитектор и специалист по градостроению, а также убежденный сторонник традиционного планирования, Беккер считает, что должен применяться многовековой опыт европейских градостроителей, учитывающий основные человеческие потребности. По его мнению, это те же принципы, согласно которым наш регион развивался на протяжении тысячелетий, вплоть до образования государства. В последние годы архитектор инициировал создание курсов по традицонному урбанизму, пытаясь познакомить специалистов по планированию и застройке с профессиональным подходом, который незнаком в Израиле и контрастирует с практикуемыми у нас методами.

    Главную проблему Беккер видит в том, что вместо продуманной планировки поселения застраиваются хаотично, с холма на холм, а потом их обитатели удивляются, почему невозможно обеспечить движение общественного транспорта между поселениями, разбросанными по холмам. Подобная практика застройки, как считает Беккер, означает не силу и смелость, а признание слабости; то есть, если мы не рассредоточимся и не разбросаем несколько домишек по всей территории, земля уже не наша.

    «А нужно действовать, как римляне, – уверяет Беккер, – занимать стратегически важные районы, обосновываться на перекрестках и дорогах, а не бежать на холмы, как мятежники или изгои. Развитие поселений не должно быть экстенсивным – напротив, оно должно быть качественным, таким, чтобы человеку было удобно и интересно там жить».


    Неужели поселенчество споткнется не об идеологию и политику, а всего-навсего о некачественное планирование? Есть, кажется, какая-то ирония в происходящем ныне, в особенности, если обратить внимание на недавний казус, случившийся в Текоа (нечто подобное происходило в ряде других поселений).

    Два года назад в Текоа приступили к строительству 200 новых квартир, но внезапно стройка была заморожена – но не по причине протестующей мировой общественности или из-за противостояния левых организаций. На сей раз к юристам обратились... местные жители, опасаясь, что новая застройка нанесет серьезный ущерб качеству их жизни, ведь каждая новая квартира – это, по сути, новая машина, а, стало быть, и увеличивающаяся пробка по утрам.

    В другой раз молодые люди хотели установить сборные домики в западной части поселения. Вместо того, чтобы радоваться новым поселенцам, соседи обратились властям и не позволили новым жильцам обосноваться на открытой территории перед своими домами.


    Статистика должна обеспокоить и тех, кто поддерживает и поощряет поселенческое движение. В 2010 году темпы прироста населения в Иудее и Самарии составляли 5 процентов – благодаря 16 тысячам новых жителей в год. С тех пор этот показатель постоянно снижается, дойдя до 2,6 процента в прошлом году – это примерно 12 тысяч новых поселенцев в год. Из них примерно 11 тысяч – новорожденные дети, но большинство из них появилось на свет отнюдь не в поселениях, разбросанных по холмам, а в ультраортодоксальных городах Бейтар-Илит и Модиин-Илит.

    Многие поселенцы связывают сложившуюся ситуацию с введенными американцами ограничениями на строительство на территориях. Замораживание строительства – удобное объяснение, но, вероятно, есть и другие причины снижения популярности жизни за пределами «зеленой черты».

    Однако Беккер, в отличие от скептиков, с оптимизмом смотрит на застопорившееся строительство, считая, что запрет только послужит стимулом для правильного развития существующих поселений. Кроме того, он считает, что неплохо бы поднабраться опыта и у палестинских соседей, у которых нет пресловутой израильской бюрократии.

    «У палестинской администрации нет всех этих многочисленных структур, занимающихся застройкой и планированием, – говорит Беккер. – Тем не менее, я вижу, как развиваются палестинские населенные пункты – в правильном направлении. Не говоря уже о том, что там удается поддерживать пасторальную сельскую атмосферу. Скажем, в арабской деревне через десять лет к дому добавляется еще один этаж, а через двадцать лет – еще один. В этом нет торопливости, а есть своего рода ответ на реальную потребность увеличения населения, смену поколений и изменение образа жизни. А у нас все регулируется министерством жилищного строительства и Земельным управлением, которые запрашивают 350 тысяч шекелей за разработку каждого нового участка, заливку фундамента, окраску бордюров, возведение защитных ограждений, строительство школ, синагог и садов, окруженных железными заборами – вот и все. В результате мы остаемся с пробками на дорогах, скукой и пустотой в душе.

    Те, кто планирует застройку, не понимают, что планировать строительство надо так, чтобы человек был привязан к своему месту жительства, и оно стало бы частью его самого».

    Беккер имеет в виду, что жизнь в поселении должна кипеть, а не напоминать выжженную пустыню. В какой-то мере в Текоа, где он живет, это пытаются исправить. Здесь нет книжного магазина, косметического салона или мастерской по ремонту велосипедов, но по пятницам перед продуктовым магазином располагается импровизированный рынок. Поселенцы продают здесь домашнее пиво, выжатый виноградный сок, сыры и пироги, которые они приготовили дома. В полдень в Текоа проходят специально организованные концерты.

    Беккер считает, что, помимо прочего, поселенцы должны находить общий язык со своими соседями-палестинцами, и в этом видит залог укрепления поселений, а также установления мира.

    Мерав Моран, «ХаАрец». М.К.
    На фото: поселение Эфрат. Фото: Эмиль Сальман˜.

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend