«Вывезет» ли экономика Израиля еще один фронт? Вот от чего это зависит

В 2002 году, в разгар второй интифады, оборонный бюджет Израиля был урезан. Другого выбора у страны просто не было.

В июне 2002 года в Израиле разразился финансовый кризис. Это вынудило правительство и Банк Израиля принять немедленные экстренные меры. Пришлось бежать к американцам и умолять о гарантиях, поднять процентную ставку Банка Израиля на 4,5% за один месяц, а также произвести масштабные сокращения бюджета.

Несколько месяцев правительство было занято тем, чтобы дать понять финансовым рынкам: Израиль — серьезная страна. Она никогда не объявит дефолт по долгам, а ее правительство будет готово сделать любой шаг и заплатить любую цену, чтобы обеспечить это. Даже сократить оборонный бюджет прямо во время тяжелых боев.

В 2023 году Израиль снова оказался втянут в жестокую войну, но на этот раз оборонный бюджет вовсе не был урезан – наоборот. Оборонное ведомство получило открытый чек. С начала войны к его бюджету уже добавили 100 миллиардов шекелей.

Разница между этими двумя случаями заключается в экономической готовности к войне.

• Читайте также: 
• Стоит ли бежать избавляться от 200-шекелевых купюр?
• Правительство объявило особое положение по всему Израилю

Никто в министерстве финансов не знал о том, что ожидается атака ХАМАСа. Но это случилось. И случилось в момент, когда  израильская экономика была хорошо подготовлена.

После коронавируса экономика была на подъеме, в бюджете Государства Израиль образовался беспрецедентный профицит. Так что, когда разразилась война, эти деньги можно было сразу направить на нужды обороны и тыла.

Но с тех пор прошло уже 11 месяцев. Неделю назад глава бюджетного отдела минфина Йогев Градус представил финансовой комиссии кнессета новые данные.

Бюджетный дефицит, который должен был составить 17 миллиардов шекелей в 2023 году, вырос до 76 миллиардов шекелей. Бюджетный дефицит за 2024 год уже достиг 129 млрд шекелей, и траты все продолжаются.

В сумме начиная с 7 октября в израильскую экономику через госбюджет было влито дополнительных 175 млрд шекелей. Это позволило «оплатить» длительную войну и предотвратить – по крайней мере на данный момент – скатывание экономики в рецессию.

Но огромные запасы, с которыми Израиль вступил в войну, тают.

Эффект второй интифады – войны, которая длилась около трех лет, разрушала экономику и привела к рецессии в 2022 году, – угрожает Израилю и сейчас.

Сейчас, как и тогда, страна ведет войну, конца которой не видно, и которая ухудшает состояние экономики. А правительство не понимает происходящего и не реагирует на усиливающуюся экономическую угрозу.

В результате в госбюджете образуется огромный дефицит, по оценкам, от 6,5% до 7,5%.

Уровень государственного долга, по прогнозам, поднимется примерно до 67% от ВВП в этом году, а дальше может превысить и 70% (в 2022 году он составлял 60%). Экономика продолжит слабеть. В этом году рост ВВП, по прогнозам, составит лишь 0,7%-1%. Таким образом израильская экономика  уже окажется на грани рецессии. (Прим. «Деталей»: рецессия — это устойчивое и значительное снижение темпов экономического роста, которое длится месяцами или даже годами. При определении рецессии экономисты смотрят на показатели ВВП, реальных доходов населения, промышленного производства и т.д.)

И вот с этими ослабленными показателями Израиль может в ближайшие дни вступить в полномасштабную войну против Ливана, а также, не дай бог, против Ирана. Что произойдет тогда?

Во-первых, открытый чек, выданный системе безопасности после 7 октября, останется открытым. Добровольно никто не будет сокращать оборонный бюджет, особенно в ситуации, когда по израильскому тылу будут выпущены десятки тысяч ракет.

Но не исключено, что ситуация окажется безвыходной: как и в 2002 году.

Экономика не сможет профинансировать увеличение оборонного бюджета

Пока Израиль не впадет в финансовый кризис, мы сможем продолжать финансировать расходы северного фронта, какими бы большими они ни были.

В случае войны с Ливаном дефицит бюджета запросто может подскочить до 9% и выше. За счет чего будут закрывать эту «дыру»? За счет выпуска облигаций государственного займа. То, есть одалживая деньги у инвесторов.

В свою очередь, готовность инвесторов покупать эти облигации основана на их вере в то, что Израиль является серьезной страной, которая никогда не нарушит свои долговые обязательства. Они должны верить, что покупают облигации, надежные в долгосрочной перспективе, несмотря на войну и нынешнее шаткое положение Израиля.

Итак, доверие рынков к израильской экономике – ключевая вещь. Без этого у нас не было бы денег на войну. А минобороны обнаружило бы, что его «открытый чек» – испарился.

Финансовые рынки теперь будут влиять на способность Израиля победить «Хизбаллу» не меньше, чем действия ЦАХАЛа и «Моссада». Сценарий 2002 года, при котором рынки перед Израилем закрылись и, следовательно, ему не оставалось другого выбора, кроме как урезать оборонный бюджет во время боевых действий, безусловно, может повториться. И на этот раз – во время войны за выживание страны.

Так что же нам делать? Поддерживать «финансовую готовность».

Лучше бы на этот раз избежать грубой ошибки, которую совершил Израиль в 2002 году. Тогда правительство начало масштабные сокращения бюджета лишь после того, как разразился финансовый кризис. В этот раз лучше поступить наоборот – провести сокращения, чтобы  предотвратить кризис.

Такие сокращения будут намного проще и легче, чем те, которые придется сделать, когда кризис будет уже в разгаре. Это похоже на разницу между тем, насколько проще было предотвратить резню 7 октября (добавить еще два батальона на охрану разделительной стены), и тем, сколько сил понадобилось на войну после резни (пять дивизий, действующих в Газе).

Правительство должно действовать немедленно. Бюджет на 2025 год, составленный на основе ответственного подхода, крайне важен. Поскольку он обеспечит способность ЦАХАЛа победить «Хизбаллу».

Оборонным ведомствам тоже придется внести свою лепту и проявить ответственность. Комиссия Нагеля по рассмотрению оборонного бюджета в настоящее время обсуждает предполагаемый бюджет системы безопасности на следующее десятилетие.

Из-за событий 7 октября аппетиты у силовиков велики.  Но им тоже придется довольствоваться меньшим, чем они надеются. Израильская экономика не может профинансировать огромное увеличение оборонного бюджета. Экономика сейчас и без того ослаблена, ослаблять ее еще больше нельзя.

У силы есть предел

2002 год преподал нам еще один горький урок. Он подтвердил то, что исторически значилось в концепции безопасности Израиля. Наши войны должны быть короткими, просто потому, что экономика не способна противостоять длительным войнам.

Во вторую интифаду Израиль вступил с отличной экономикой – дефицит в 2000 году составил всего 0,5%. Но затягивание войны и серьезные ошибки в управлении экономикой привели к тому, что Израиль погрузился в рецессию, и к тому, что сокращать оборонный бюджет пришлось прямо во время войны.

Это подтверждает и нынешний кризис. Экономика, которая была на пике, слабеет. И неясно, сможет ли она «вывезти» еще один фронт и не упереться в стену реальности – в финансовый кризис.

Кроме того, и у физических ресурсов есть предел. Оружие становится все труднее купить из-за расширяющегося антиизраильского эмбарго. Резервисты ЦАХАЛа устали и измотаны.

Отсутствие стратегического понимания у властей проявляется и в ведении слишком длительной войны, и в управлении экономикой так, как будто завтрашнего дня не существует. Им пора усвоить уроки 2002 года и вспомнить, что у всякой силы есть предел. В противном случае реальность – военная или экономическая – напомнит им об этом. И тогда больно будет всем.

Мейрав Арлозоров, TheMarker, М.Р. AP/Ohad Zwigenberg ∇