Вот такой будет политика Нетаниягу в отношении Украины

На самой последней странице недавно опубликованной автобиографии Биньямина Нетаниягу, в конце длинного указателя, есть интригующая деталь. Там написано: «Зеленский, Владимир, 620».

Однако, перейдя на страницу 620, вы найдете радостные описания встреч Нетаниягу с президентом России Владимиром Путиным, и ни одного упоминания о президенте Украины. Ни на этой странице, ни на какой-либо другой.

Даже в самых хорошо отредактированных книгах иногда встречается неполный указатель. Но ошибка обычно состоит в том, что упоминаемый предмет или человек не фигурируют в указателе. Не думаю, что я когда-либо видел, чтобы кто-то упоминался в указателе, а в книге его не было.

Единственное возможное объяснение — что Зеленский действительно фигурировал в предварительной редакции рукописи, по которой был составлен указатель, но затем, прежде чем книга была отправлена в печать, его поспешно вычеркнули из окончательного варианта автобиографии.

Почему Зеленский первоначально появился в мемуарах Нетаниягу, а затем был из них исключен, можно только гадать. Но нет сомнений в том, что недавно переизбранный премьер-министр Израиля чувствует себя рядом с украинским президентом неуютно.

На протяжении многих лет Нетаниягу гордился тем, что он называет исключительно близкими отношениями с Путиным. И не только в своей книге. Во многих своих выступлениях он неоднократно подчеркивал их дружбу и то, как, по его словам, она служит интересам Израиля. На вторых израильских выборах 2019 года кампания «Ликуда» использовала его фотографии с Путиным (а также с Дональдом Трампом и Нарендрой Моди) и лозунг «Нетаниягу — другая лига».

По словам Нетаниягу, Путин — большой друг и союзник — как Израиля, так и его самого. Но в последний раз так было, когда Нетаниягу был премьер-министром. За последние 18 месяцев в мире многое изменилось. Вторжение путинской армии в Украину обернулось катастрофой; во всем мире Путин стал изгоем,  и он же превратил Зеленского — комика, который чуть ли не по недоразумению стал президентом, потому что сыграл роль президента в популярном телесериале, в международную суперзвезду, представителя мужественного украинского народа.

Если в чем Нетаниягу и разбирается хорошо, так это в политическом пиаре. И хотя во время пребывания на посту лидера оппозиции он высказывался практически по каждому вопросу, один вопрос, о котором он хранил молчание, — это война между Россией и Украиной.

Месяц назад в интервью программе «Встреча с прессой» на канале NBC  в том, что касалось этого вопроса, он был необычно скромен. Он сказал, что вернувшись на свой пост, планирует «провести подробное обсуждение с нашими экспертами, которые следят за этим, и получить обновленную информацию». Что касается вопроса о военной помощи Украине, то он не исключил такой возможности. «Это один из вопросов, которым я собираюсь заняться, и я не из тех, кто принимает скоропалительные решения — «быстро и яростно», как у вас принято говорить. (Нетаниягу  обыгрывает название провальной операции спецслужб США времен администрации президента Обамы, который был весьма невысокого мнения об израильском премьере. Целью операции была слежка за мексиканскими картелями, но в результате сотни единиц стрелкового оружия попали в руки картелей, – примечание  «Деталей»). Я полагаю, что это требует тщательного обдумывания».

При предыдущих премьер-министрах Нафтали Беннете и Яире Лапиде Израиль занимал осторожную, нейтральную позицию, отказываясь от уговоров Украины в каком угодно виде поставлять ей оружие, но отправляя при  этом гуманитарные грузы. В ряде случаев Лапид — сначала в качестве министра иностранных дел, а затем премьер-министра — четко осудил военные преступления России на Украине. Нетаниягу воздал дуэту редкую в его устах похвалу за то, что их политика в отношении Украины была «прагматичной».

После  победы Нетаниягу на ноябрьских выборах Зеленский несколько раз разговаривал с ним по телефону. Во время второго разговора, в прошлую пятницу 20 декабря, Нетаниягу попросил, чтобы Украина проголосовала против резолюции Генеральной Ассамблеи ООН о передаче вопроса об оккупации Израилем Западного берега в Международный суд. Украина ограничилась тем, что не приняла участия в голосовании, чтобы дать отношениям Нетаниягу шанс, как сообщала пресса.

Затем появился Эли Коэн  — новый министр иностранных дел Нетаниягу. В понедельник 2 января на своей первой встрече с дипломатическим корпусом Израиля он сказал им, что в отличие от своего предшественника Лапида, «в том, что касается России и Украины, мы точно сделаем одну вещь — будем поменьше говорить об этом на публике». Он также сказал, что намерен поговорить по телефону с министром иностранных дел России Сергеем Лавровым, с которым Лапид не общался после вторжения в феврале прошлого года.

Замечания Коэна были восприняты многими как сдвиг в политике Израиля в отношении России. В том числе министром иностранных дел Украины Дмитрием Кулебой, который впоследствии отказался разговаривать по телефону с Коэном, а также одним из самых стойких союзников Израиля в Вашингтоне, сенатором-республиканцем Линдси Грэмом. В редком для него критическом заявлении в адрес Израиля сенатор от Южной Каролины написал в Твиттере: «Мысль, что Израиль должен поменьше говорить о преступном вторжении России в Украину, вызывает тревогу».

Итак, изменилась ли при новом правительстве Нетаниягу политика Израиля в отношении Украины? Единственное, что можно сказать с уверенностью, это то, что если и когда произойдет изменение политики, то оно не будет исходить от Эли Коэна — тусклого ставленника «Ликуда», министра иностранных дел только по должности.

Во внешнеполитической иерархии нового правительства он в лучшем случае занимает четвертое место после Нетаниягу, нового министра по стратегическим вопросам Рона Дермера и нового главы Совета национальной безопасности Цахи Ханегби. Работа Коэна заключается в том, чтобы молчать, пока Биби и другие взрослые занимаются внешней политикой.

И когда дело доходит до Украины, Нетаниягу не торопится. Он знает, что все изменилось, и он больше не может водить дружбу с Путиным. Не только потому, что российский президент теперь перешел в лигу неприкасаемых, но и потому, что новый союз между Россией и главным врагом Нетаниягу, Ираном, означает, что он больше не может публично утверждать — как раньше — что его отношения с Путиным помогают Израилю противостоять Ирану. Но он также не собирается спешить принимать чью-либо сторону.

Как и большинство других израильских лидеров за последние 22 года, за исключением Ариэля Шарона, Нетаниягу все еще охвачен иррациональным страхом перед Путиным. И унизительный провал России на полях сражений в Украине этого не изменил.

За эти годы у этих лидеров было много общих дел и Нетаниягу, вероятно, знает, что Путин может раскрыть информацию, которая нанесет ему личный и политический ущерб. Но даже если бы ему удалось преодолеть эти опасения, любые изменения в политике Израиля в пользу Украины Нетаниягу предпримет только в том случае, если почувствует, что ему это выгодно.

В мире Нетаниягу внешняя политика обусловлена теми или иными сделками, и его позиция будет склоняться в сторону Украины по принципу «услуга за услугу» со стороны мирового лидера, который больше всего хочет, чтобы Израиль стал более активным членом проукраинского лагеря: президента США Джо Байдена.

У Нетаниягу давние отношения с Байденом, даже более давние, чем с Путиным, и он знает, что в настоящее время он не пользуется расположением американского президента. Администрация Байдена — даже если ее представители внешне сохраняют сердечность — крайне недовольна новыми ультраправыми партнерами Нетаниягу по коалиции и внимательно следит за действиями правительства.

Если Нетаниягу решит сделать более благоприятные жесты в отношении украинцев, это будет связано с ценой, которую Вашингтону придется заплатить. Он может использовать это, чтобы заставить Байдена простить какой-нибудь вопиющий поступок одного из его министров; чтобы еще сильнее прижать Иран; или чтобы наконец-то получить приглашение в Белый дом, которое, какое разочарование, все еще не пришло.

До тех пор он собирается тянуть время и поэтому приказал Коэну, своему лакею из «Ликуда», ничего не говорить по поводу Украины. Когда и если ему дозволено будет что-либо сказать, Нетаниягу ему сообщит.

Пока же политика правительства Нетаниягу в отношении Украины заключается в том, чтобы не иметь никакой политики.

Аншель Пфеффер, «ХаАрец», М.Р. Фото: Коби Гидеон, GPO