Thursday 21.10.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    Фото: Гиль Элиягу.
    Фото: Гиль Элиягу.

    “Война на истощение” Нетаниягу и Ганца угрожает безопасности Израиля

    За последний год система правления в Израиле изменилась – просто кто-то забыл нам об этом рассказать. На протяжении десятилетий действовала система, которая позволяла вести профессиональную административную работу и принимать наиболее важные решения. Но по существу она прекратила свое существование.


    Такой вывод можно сделать почти из каждого разговора с высокопоставленными чиновниками, действующими или занимавшими соответствующие посты в прошлом. Система управления разрушена, а вместе с ней и оборонное ведомство. Оба проходят методичный демонтаж, который ведет к их полному уничтожению.

    Суть проблемы – в политическом кризисе, который проистекает из попыток Биньямина Нетаниягу удержаться у власти, несмотря на то, что ему предъявлены обвинения по трем уголовным делам. Неспособность премьер-министра добиться решающей победы на трех последних выборах вынудила его сформировать «чрезвычайное национальное правительство» для борьбы с эпидемией коронавируса, но этот проект так и не сработал.

    Нетаниягу и его партнер Бени Ганц оказались в ловушке коалиции и поглощены только одним – войной на истощение. Результат этого можно увидеть в решениях, принятых по борьбе с коронавирусом, в экономическом параличе, в недавних шагах в дипломатической сфере и в области обепечения безопасности. Эта ситуация, по-видимому, вскоре приведет к распаду коалиции и четвертым выборам за два года.


    Многолетний план ЦАХАЛа – одна из главных жертв сложившейся ситуации. Начальник генштаба Авив Кохави прилагает нечеловеческие усилия, пытаясь перенаправить бюджеты ЦАХАЛа так, чтобы продвинуть некоторые ключевые аспекты армейского плана. Мало того, что страна уже два года функционирует без бюджета – если состоятся четвертые выборы, госбюджет, вероятно, будет заморожен на большую часть 2021 года.

    При таких обстоятельствах многолетний план, в который вовлечены огромные суммы, способные в ближайшее десятилетие изменить ЦАХАЛ, становится утопическим сценарием, чьи шансы на реализацию – минимальные. А из-за растущего дефицита бюджета вследствие вспышки коронавируса план также может быть значительно сокращен.

    Самый деликатный и сложный аспект применения военной силы – это диалог между политическим и профессиональным эшелонами ЦАХАЛа и других служб безопасности. Но когда система в целом не работает должным образом, этот диалог также становится малоэффективным.

    Согласно Основному закону Израиля об армии, вооруженные силы подчиняются правительству. Проблема в том, что правительства больше нет. Есть только премьер-министр, управляющий страной вместе с горсткой лоялистов, в которую не включены министры из его же партии и, конечно же, министры из соперничающей партии. Кабинет безопасности, который собирается редко, практически исключен из игры, равно как и министры обороны и иностранных дел Бени Ганц и Габи Ашкенази.

    Бригадный генерал запаса Асаф Орион – бывший начальник стратегического отдела Управления планирования генштаба. Сейчас Орион – научный сотрудник Института исследований национальной безопасности. Он говорит: «Мы находимся в новой обманчивой реальности, в которой все еще используем старые слова, не понимая, что ими невозможно в точности описать новую ситуацию.

    Под знакомыми внешними оболочками институтов и организаций больше нет сущностей, которые мы когда-то знали. Поскольку все это происходит медленно, мы замечаем это слишком поздно».


    После убийства главного иранского ученого-ядерщика Мохсена Фахризаде израильские СМИ сообщили, что, если убийство действительно было израильской операцией, можно предположить, что высшие должностные лица министерства обороны были проинформированы о нем заранее. Ганц и Ашкенази, должно быть, испытали облегчение – хотя бы на этот раз они услышали о плане раньше, чем о них сообщили СМИ.

    Однако когда Нетаниягу тайно разработал сделку по нормализации отношений с Объединенными Арабскими Эмиратами (премьер-министр сказал, что он опасался, что секрет просочится к иранцам), такого не было. Нетаниягу своевременно не проинформировал Ганца, Ашкенази или Кохави о планах американцев продать ОАЭ современные истребители F-35. И он сознательно не приглашал офицеров ЦАХАЛа для участия в подготовительных обсуждениях плана аннексии Западного берега, который в конечном итоге был отложен.

    Апогеем этой тенденции на данный момент стал полет Нетаниягу в октябре в Саудовскую Аравию для проведения секретной встречи с наследным принцем Мухаммедом бен Салманом, о которой ЦАХАЛ, министерство обороны и министерство иностранных дел узнали только из осторожного намека в «Твиттере» советника премьер-министра по коммуникациям.


    Даже на переговорах с Ливаном по демаркации морской границы, связанных с разногласиями относительно месторождений природного газа, обсуждения ведет министерство энергетики, а не министерство иностранных дел. Вопросами Газы, в которые когда-то были вовлечены пять различных органов, теперь занимается один человек, советник по национальной безопасности Меир Бен-Шаббат. Остальные практически исключены из игры.

    Действительно, Бен-Шаббат спросил главнокомандующего ВВС Израиля Амикама Норкина о позиции ВВС США по вопросу продажи F-35, но не объяснил причину своего запроса. Кохави узнал о полете в Саудовскую Аравию от своего подчиненного, военного секретаря Нетаниягу, бригадного генерала Ави Блута, только после возвращения свиты из Эр-Риада: Нетаниягу приказал Блуту не рассказывать об этом начальнику генштаба.

    Поездка премьер-министра в Саудовскую Аравию стала для Ориона и других бывших высокопоставленных чиновников последней каплей. «Кто подменяет премьер-министра в его отсутствии? Что будет, если что-то пойдет не так? Кто информирует ЦАХАЛ о происходящем?» – вопрошает Орион.

    «Это безумие. Нас всегда учили, что существует иерархическая система подчинения, что все ее соблюдают и военно-политический диалог основан на доверии между сторонами. Но какое доверие осталось сейчас? И кто теперь главный? Точно не кабинет безопасности, не кабинет министров и уж несомненно – не кнессет».

    В ожидании ключевых назначений

    В последние годы в прессе много писали об исчезновении блюстителей высоких стандартов в полиции и системе правосудия. Но наряду с битвой, которую Нетаниягу ведет против воображаемого судебного «глубинного государства», он ведет войну на истощение, направленную на то, чтобы измотать и изменить саму форму руководства системой безопасности.

    Результаты этого мы увидим в следующие два года, когда будут приняты решения о том, кто возглавит ШАБАК и «Моссад», а затем – кто станет следующим начальником генштаба. Пока что успехи Нетаниягу в оказании влияния на эти назначения были весьма ограниченными, к его большому разочарованию.

    В этих случаях Нетаниягу оказывали противодействие министры обороны, влиявшие на назначение следующего начальника генштаба. На этот раз назначения на высшие должности в сфере безопасности могут быть частью переговоров в рамках более широкой сделки, которая включает в себя назначения генинспектора полиции и госпрокурора. Если правительство каким-то образом доживет до этого момента, Ганцу придется проявить исключительную решимость, чтобы избежать поражения в этих обсуждениях.

    Амос Харэль, «ХаАрец». М.Р.
    На фото: танки на Голанских высотах. Фото: Гиль Элияху˜

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend