Главный » Общество » А судьи кто?

А судьи кто?

Организованная и четко спланированная атака справа на судебную систему базируется на том, что судьи, на самом деле, не представляют «народ». И, похоже, этот посыл находит мощный отклик. Даже без точного определения, о каком «народе» идет речь, контекст понятен: большинство судей происходят из довольно небольшой однородной группы светских ашкеназских евреев, непременно либералов, которые росли в крупных городах и в обеспеченных семьях, не знавших никакой нужды. При этом, как некий рефрен, чаще всего упоминается элитный иерусалимский район Рехавия.

Цель вышеназванной атаки угадать несложно: подрыв доверия к судебной системе. Разрушение ее устоявшегося образа обусловлено, разумеется, политической выгодой, о чем свидетельствует ушедшая в отставку министр юстиции Айелет Шакед, в особенности гордившаяся тем, что на ее «лицевом счету» - назначение консервативных судей («если это возможно, они должны быть религиозными/правыми», как заявил ее партнер, бывший председатель коллегии адвокатов Эфи Наве). Однако проведенное недавно новое исследование рисует нам картину куда более сложной реальности. К примеру, процент судей религиозного происхождения оказался выше, в сравнении с долей соответствующего сектора в общем населении, и это задолго до того, как Шакед объявила о проблеме, которой, по сути, не существовало.

Согласно результатам исследования, проведенного Алоном Хаспаром, докторантом юридического факультета Тель-Авивского университета, собирательный образ судебной ветви власти, сложившийся к сегодняшнему дню, в целом верен для ситуации начала 90-х годов прошлого века; то есть, для довольно однородной системы, характеризующейся социальными и профессиональными характеристиками. По его словам, с тех пор, как сменилось одно поколение, суды в Израиле стали по качественному составу более разнообразными. Это не означает, что все сектора израильского общества представлены надлежащим образом: доля арабов, ультраортодоксов или людей с социально-экономической периферии по-прежнему мала по сравнению с их долей в общем населении; увеличение числа женщин-судей пока не обеспечено равным распределением в судах различных инстанций.

Данные, на которые мы ссылаемся ниже, приводятся впервые. Они были получены в рамках исследования для диссертационной работы под руководством профессора Ишая Бланка, в которой проанализированы биографии 1 491 судьи, занимавших свои должности в период с 1948 по 2016 годы. Пожалуй, это самое всестороннее исследование эту тему: предыдущие были посвящены определенной социальной группе - например, женщинам или арабам (о новых репатриантах из СНГ, составляющих пятую часть населения, в этом исследовании вообще не упоминается - прим. "Детали").

Перевернутая пирамида

В 1967 году доля судей-женщин составляла примерно 6 процентов от общего числа судей.

Двадцать пять лет спустя этот показатель достиг примерно одной трети, а после 2017 года - в следующем поколении – составил примерно половину всех израильских судей. Словом, назначение женщин на судейские должности (имеются в виду новые назначения) стабилизировалось на уровне примерно 50 процентов, по сравнению с девяностыми годами, наряду с назначением трех женщин председателями Верховного суда за последние 13 лет (Дорит Бейниш, Мириам Наор и Эстер Хают). Можно ли говорить, что феминистская революция в судебной системе завершена? Не уверен. Если брать только процентный показатель, то он не раскрывает всей подоплеки. Реальность, увы, еще далека от эгалитарности. Как и в других престижных профессиях, доля женщин в судебной системе может быть представлена в виде перевернутой пирамиды: 54 процента женщин работают в мировых судах, 41 процент - в окружных и только 27 процентов - в Верховном суде.

Более того: если внимательным образом сравнить шанс на продвижение у мужчин и у женщин, то гендерные различия резко обостряются. Так, уровень представительства судей-женщин в апелляционных судах значительно ниже, чем мужчин: хотя каждый третий судья-мужчина работает в Верховном суде, в национальном суде по трудовым конфликтам и в окружных судах, в этих же структурах занята только каждая пятая женщина-судья.

Как считает Хаспар, одно из объяснений этого явления может быть связано с вхождением в судебную систему: так, из тридцати пяти назначенных председателей апелляционных судов лишь пятеро были женщинами. Среди назначенных на эти должности напрямую превалируют представители частного сектора или системы безопасности, то есть два сегмента, где доля женщин достаточно низкая. Это означает, что подобного рода назначения, когда людей привлекают извне, работают против женщин. В отличие от обычной судебной системы, в судах по трудовым конфликтам доля женщин высока – 63 процента от всех функционирующих судей. Одно из объяснений гласит, что именно эти суды олицетворяют собой «женское» право, такое, как труд и социальное обеспечение.

Каждый пятый судья – религиозен

Согласно исследованиям, на сегодняшний день каждый пятый судья религиозен. Процент религиозных судей в апелляционных судах особенно впечатляет: около 25 процентов - в окружных судах, и около двадцати девяти – в региональных судах по трудовым конфликтам.

Четверо из пятнадцати членов Верховного суда представляют национально-религиозный лагерь (Нил Хендель, Ноам Солберг, Давид Минц и Яэль Вильнер). Двое других судей (Ицхак Амит и Менахем Мазуз) - выпускники системы государственно-религиозных школ.

В течение многих лет, вплоть до 1990-х годов, Верховный суд бронировал одно место для религиозных, а другое - для арабов. С этой точки зрения, повышение уровня участия первой группы в работе судебной системы удивляет и потрясает воображение, хотя уровень участия второй группы остается неизменным.

Географически религиозные судьи, судя по всему, концентрируются, главным образом, в районе Иерусалима (более трети судей - в окружном суде Иерусалима). В отличие от тех, кто относится к национально-религиозному лагерю, ультраортодоксальная общественность по-прежнему не представлена в судебной системе. Если не считать «первой ласточки» - назначения первого судьи-ультраортодокса Хейви Токера в мировой суд Иерусалима.

Опыт другой жизни

В центре внимания критиков судебной системы поставлена также напряженность в отношениях между восточными евреями и европейскими. Как и в случае с религиозной составляющей, этническая принадлежность также не может служить неким инструментом для измерения. Поэтому в исследовании использована близкая переменная: социально-экономический статус сообщества, в котором судьи воспитывались и обучались. В многослойной реальности нашего общества классово-географическое разделение во многом совпадает с этническим.

Так, согласно данным исследования, за последнюю четверть века доля судей-евреев из самых «низов» населенных пунктов (от одного до шести по шкале ЦСБ) более чем удвоилась: с 11.1 процента до 24.8%. Значительная часть перемен увязана с кластерами, отождествляющимися с уровнем ниже среднего класса (большинство еврейских населенных пунктов в трех низших кластерах относится к ультраортодоксальным). Несмотря на изменения, доля судей, вышедших из этих населенных пунктов, по-прежнему составляет две трети от доли жителей населенных пунктов в общей численности населения.

Эта тенденция верна также для судей-выходцев из городов развития. Кроме того, «общинный» разрыв верен и для показателя, характеризующего распределение состава судей в различных судах: так, 33 процента судей-евреев, выходцев из обеспеченных городов или поселений (7-9 в рейтинге ЦСБ) работают в том или ином апелляционном суде, по сравнению с 25 процентами тех, кто вырос в общинах, относящихся к слабо защищенным, с низким социально-экономическим статусом.

«Даже если речь идет о европейских евреях-ашкеназах,  которые, тем не менее, росли и воспитывались в относительно слабых сообществах, их жизненный опыт отличается от тех, кто вырос и воспитывался, скажем, в Рамат-Авиве. Здесь можно говорить об определенном влиянии», - подчеркивает Хаспар.

Неважно обстоят дела и с назначением судей-арабов. Хотя налицо некий рост – с 3 процентов в 1992 году до 8 процентов сегодня, это несравнимо с долей арабов в общей численности населения страны: около 20 процентов. Уровень представительства арабов в апелляционных судах неизмеримо низок, ниже, чем общий показатель по судебной системе, что говорит о различных препятствиях, чинимых им для продвижения по службе.

Большинство арабских судей (около 72 процентов) имеют в прошлом частную практику, что не удивительно, учитывая низкий уровень арабских юристов, работающих на государственной службе. Кроме того, ни один арабский судья не был назначен напрямую в апелляционные суды.

Как считает Хаспар, в отличие от представителей других групп, «трудно увидеть признаки изменения курса» по отношению к судьям-арабам.

«Состав судов должен быть зеркальным отражением всего общества, и отражение должно быть не численным, а прежде всего справедливым, - так говорил 22 года назад профессор Шимон Шитрит из юридического факультета Еврейского университета, комментируя этнический разрыв в судебной системе. – Я не согласен, что судья – это своего рода суперзвезда, которому достаточно прочитать Чарльза Диккенса, чтобы узнать и понять социальные проблемы. Суды не должны существовать вне народа».

Ор Кашти, «ХаАрец» М.К. К.В. 

Фото: Эмиль Сальман


Реклама

Анонс

Реклама

Партнёры

Загрузка…

Реклама

Партнеры

  • Все новости — Cursorinfo: главные новости Израиля
  • Error
  • Error
  • Error

Дипломаты США и Канады, у которых возникли проблемы со здоровьем во время работы на Кубе, по-видимом ...

Ученицу 8 класса, по ее утверждению, в течение 10 дней насиловали четверо старшеклассников. ...

Пресс-секретарь ЦАХАЛа опроверг слухи о том, что к северу от города Эль-Кунейтра был сбит израильски ...

Кокорин прошел медосмотр, был принят в команде, но играть ему пока не разрешают. Отдохните и остыньт ...

Россиянки по сумме двух видов (упражнений с пятью мячами, а также упражнений с тремя обручами и двум ...

RSS Error: WP HTTP Error: cURL error 6: Could not resolve host: -18836

RSS Error: WP HTTP Error: cURL error 6: Could not resolve host: -13

RSS Error: WP HTTP Error: cURL error 6: Could not resolve host: -26

Send this to a friend