Saturday 31.07.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    AP Photo/Florian Schroetter, File
    AP Photo/Florian Schroetter, File

    Уход Нетаниягу усилит позиции Израиля в отношении Ирана

    Несмотря на позитивный тон переговоров, проходящих в Вене между представителями Ирана и «шестерки», неясно, будет ли в ближайшее время подписан договор о возвращении Ирана к ядерному соглашению (СВПД). Президентские выборы, которые состоятся в Иране завтра, 18 июня, еще больше усложнят картину. Переговоры продлятся до 24 июня, но этот день может также послужить крайним сроком для иранцев, которые угрожают в этот день отключить наблюдательные камеры  МАГАТЭ на ядерных объектах.

    В преддверии созыва Совета управляющих МАГАТЭ в начале этого месяца агентство опубликовало два отчета: первый – регулярный ежеквартальный отчет о нарушениях со стороны Ирана (с весны 2019 года), касающийся количества обогащенного урана и усовершенствованных центрифуг. Второй, более важный отчет касается соблюдения Ираном соглашений о гарантиях, которые он подписал вместе с другими странами-членами договора о нераспространении ядерного оружия. Именно второй отчет послужил поводом для серьезных замечаний главы МАГАТЭ Рафаэля Гросси.

    Гросси заявил, что Иран не предоставил в срок объяснений присутствия следов ядерного материала на четырех «подозрительных объектах». Для МАГАТЭ, которое отвечает за поддержание режима нераспространения ядерного оружия в мире и соблюдение запрета на перемещение ядерных материалов, которые могут использоваться в военных целях, это нарушение является наиболее тревожным.

    Как было отмечено в отчете: «Иран не дает приемлемых ответов МАГАТЭ, что серьезно подрывает обязательство агентства предоставлять гарантии относительно мирного характера иранской ядерной программы». Это самое серьезное заявление, сделанное Гросси об иранской ядерной программе. Оно может повредить переговорам и привести к провалу усилий по возврату к «ядерной сделке».

    Откуда взялся «список подозрительных объектов в Иране»? Ведь оценка Национальной разведывательной службы США, которая объединяет 17 спецслужб, не изменилась даже при администрации Трампа. По ее данным, Иран закрыл свою программу создания ядерного оружия в конце 2003 года. Также, согласно отчету разведки на 2021 год – в настоящее время у Ирана нет плана разработки ядерного оружия. Судя по всему, заявление о подозрительных объектах связано с прошлыми «скелетами в шкафу» у иранцев.

    Но почему именно в данный момент вновь возник «список подозрительных объектов»? Ответ — благодаря Израилю.

    Или, скорее, усилиям теперь уже бывшего премьер-министр Биньямина Нетаниягу, который использовал иранский ядерный архив, добытый «Моссадом» в начале 2018 года, как повод для торпедирования ядерной сделки. Успех Нетаниягу в этом вопросе был частичным: ему действительно удалось заставить США выйти из соглашения, но, вопреки его надеждам, оно не было отменено полностью. Попытка Нетаниягу и бывшего директора «Моссада» Йоси Коэна убедить остальные мировые державы, подписавшие соглашение, потерпела неудачу. Даже в военной разведке Израиля разделяют оценку американских коллег, что в Иране нет активной программы по ядерным вооружениям, а «ядерный архив», как следует из названия, связан с далеким прошлым.

    В последние месяцы пребывания у власти Нетаниягу предпринял последнюю попытку использовать «ядерный архив» для торпедирования переговоров в Вене. На церемонии введения в должность нового директора «Моссада» Нетаниягу особо подчеркнул критичность ядерной угрозы со стороны Ирана и отметил, что Израиль сделает все, что в его силах, чтобы помешать возвращению к «ядерной сделке». Это прозвучало как явное желание противостоять намерениям США и президента Джо Байдена. Аналогичное сообщение было повторено в прощальной речи Нетаниягу в кнессете.

    Тем, кто не дал раздуть пламя угроз и вернул страны к нормальному диалогу, был министр обороны Бени Ганц. «Наш диалог с Соединенными Штатами важен для обеспечения того, чтобы любое соглашение, достигнутое на переговорах в Вене, было эффективным и избавило мир от угрозы получения Ираном ядерного оружия», – заявил он на встрече с министром обороны США Ллойдом Остином.

    Ганц подчеркнул, что Израиль продолжит важный стратегический диалог с Соединенными Штатами в ходе переговоров «за закрытыми дверями, а не в провокационной форме, раздуваемой СМИ».

    Резкое изменение тона Иерусалима по ядерной проблеме означает признание Израилем важности прагматичной политики, которую проводит Байден на венских переговорах, чтобы вернуть Иран к полному соблюдению первоначальной «ядерной сделки» и системе тщательного надзора со стороны МАГАТЭ. Заявления Ганца явно были согласованы с новым премьер-министром Нафтали Беннетом и новым министром иностранных дел Яиром Лапидом.

    Хотя Беннет и сказал в своей инаугурационной речи, что возобновление «ядерной сделки» является ошибкой, он также ясно дал понять, что она состоит в придании законности «мрачному» иранскому режиму. Это заявление общего характера, которое не совпадает с ошибочным тезисом Нетаниягу о «международной законности», якобы предоставленной соглашением развитию ядерного арсенала в Иране.

    Отход Израиля от антагонизма времен Нетаниягу и чрезмерной воинственности по отношению к США является положительным моментом и указывает на то, что правительство Беннета-Лапида хочет сотрудничества с правительством США и совместных действий для достижения общей цели: предотвращения получением Ираном ядерного оружия. Более того, новый тон Иерусалима в принципе может помочь Байдену преодолеть давление консервативных кругов в конгрессе США, стремящихся сорвать возобновление ядерного соглашения.

    Шмуэль Меир, «ХаАрец», В.П. Автор — научный сотрудник центра стратегических исследований при Тель-Авивском университете. На снимке: отель в Вене, где проходят переговоры. AP Photo/Florian Schroetter, File˜

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend