Saturday 16.10.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    UN Photo, Cia Pak
    UN Photo, Cia Pak

    Удары по иранским целям влияют на выборы, но не на Тегеран

    Что случилось со спутником, который Иран планировал запустить в космос на прошлой неделе? Ракетоноситель взорвался сам или был взорван? Это не первый случай, когда Иран не смог отправить спутник за пределы атмосферы. В двух предыдущих случаях, январе и феврале, испытания заканчивались аналогичным образом. Об одном инциденте Иран сообщил, второй был скрыт от внимания СМИ. Но самый интересный момент здесь связан с президентом Трампом, который поспешил отрицать, что его страна причастна к взрыву, хотя ее никто не успел обвинить.


    Трамп опубликовал фотографию взорвавшейся ракеты, полученную, по-видимому на утреннем брифинге по разведке. При этом его намерения остались неясными. То ли он хотел намекнуть, что Соединенные Штаты не только знают о неудачном испытании, но и планируют не допустить продолжения испытаний, полагая, что они повысят возможности Ирана в программе разработки баллистических ракет.

    Нарушил ли Трамп секретность разведданных? Или, возможно, это проявление новой тактики, разработанной Соединенныами Штатами и Израилем, при которой публикации о срыве иранских планов и нанесении ударов по их целям являются частью системы противодействия Ирану?

    Израиль опередил Вашингтон в этом отношении, обнародовав ранее точные подробности операции по уничтожению террористов и их базы, с которой они намеревались запустить боевые дроны по Израилю. А также указал на непосредственное участие в этой операции генерала Касема Сулеймани.


    Восхищение способностями израильской и американской разведки оправдано. Она доказала способность глубоко проникать в иранские вооруженные силы и получать ценную информацию. Некоторые полагают, что это превращает военную разведку в наиболее важный орган при принятии решений, которые повлияют на дипломатические и стратегические события в регионе. Но это - ошибочный вывод.

    Несмотря на значительные логистические различия, операции по срыву запуска иранского спутника, уничтожение оборудования в Ливане, таинственная бомбардировка ракетной базы в Ираке или разрушение базы, предназначенной для запуска дронов в Сирии, схожи на тактическом уровне с нанесением удара по целям в секторе Газа. Можно убить командира ХАМАСа, уничтожить гражданскую инфраструктуру или поразить ракетные пусковые установки, но эти действия не решат коренных проблем, приведших к необходимости проведения этих операций. Это объясняется тем, что хотя военная разведка обладает способностью собирать информацию, она не может прогнозировать дипломатических и стратегических последствий проведения операций.

    В результате Израиль не знает, как "Хизбалла" отреагирует на разрушение своих объектов в Ливане, не может предвидеть, как ХАМАС отреагирует на атаки в секторе Газа - и, прежде всего, ни Израиль, ни Соединенные Штаты не имеют возможности оценить степень, в которой нанесение ударов по иранским целям изменит политику Ирана в Сирии или Ираке или на переговорах с США.

    Мир узнает о решениях Ирана только после их принятия. Несмотря на тактические успехи, у Запада нет инструментов для оценки процессов принятия решений и механизмов влияния в стране. Например, Касем Сулеймани считается руководителем по планированию и операциям Ирана за рубежом. Но это удобный взгляд, который представляет Сулеймани в качестве главной цели, игнорирует большую группу влиятельных людей во главе с президентом Ирана Хасаном Рухани, спикером парламента, священнослужителями, близкими к аятолле Али Хаменеи, его советниками, сыном, новым командующий армией и другими.

    Каждый из них имеет определенный статус в отношении решений об ответной реакции Ирана на удары, приписываемые Израилю. Сам Хаменеи пока воздерживается от публичного заявления о том, как поступить в этом отношении. Он принимает окончательное решение, но его решения не являются произвольными. Нет сомнений, что Иран понимает суть сообщений, но он не поддается диктату. Он интерпретирует их, исходя из своих внутренних соображений, и они необязательно будет адекватны намерениям тех, кто их послал.

    Это означает, что предположение, будто точные атаки на иранские объекты или высокопоставленных деятелей повлияют на иранскую политику именно тем способом, на который он рассчитывает Израиль, вряд ли серьезно обосновано.


    Тактические удары, которые Израиль наносит по Ирану в надежде на то, что это задержит кардинальные шаги - такие как намерение Трампа вести прямые переговоры с Ираном или французское посредничество в отношении встречи между двумя лидерами - не может гарантировать такой результат. С другой стороны, похоже, что жесткие санкции, введенные Соединенными Штатами против Ирана, не привели к его капитуляции, а скорее к осторожной готовности вести переговоры с великой державой, которая их добивается.

    Если условия для таких переговоров созреют, атаки Израиля не будут иметь никакого влияния на их содержание. Но они позитивно отзовутся в душе израильтян, особенно в период выборов.

      Цви Барэль, «ХаАрец», В.П. На снимке:  президент Ирана Рухани выступает в ООН.
    Фото: UN Photo, Cia Pak


    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend