У Запада не остается вариантов действий против Ирана

На этой неделе Иран показал свое недовольство решениями Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ). Совет управляющих агентства, собравшийся 8 июня в Вене, осудил иранцев за то, что они не дали удовлетворительных объяснений по вопросу о незадекларированных объектах, где были обнаружены следы обогащенного урана. Это послужило основанием для переноса обсуждения иранских нарушений в Совбез ООН.


Иранцы ответили резким ходом – демонстративным отключением 27 камер наблюдения на подконтрольных объектах. Глава агентства Рафаэль Гросси заявил, что иранское решение значительно снижает способность МАГАТЭ постоянно следить за тем, что происходит на ядерных объектах.

Что происходит на улицах Ирана?

Акции протеста, вспыхнувшие в Иране в минувшем месяце, все еще не утихли. Тысячи мужчин и женщин – чиновники, учителя, предприниматели, пенсионеры – вышли на улицы многих городов c антиправительственными лозунгами. На прошлой неделе мудрецы из священного для шиитов города Кум опубликовали воззвание, в котором прямо обвинили руководство страны в «нарушении обещания изменить жизнь людей к лучшему».

Иранский режим, в свою очередь, возлагает ответственность за «тщательно спланированные демонстрации» на «зарубежные силы» и «врагов государства», стремящихся его разрушить.

Средства массовой информации, в том числе, приближенные к правящим кругам и Корпусу стражей исламской революции, критикуют экономическую политику правительства. Несколько депутатов парламента уже подготовили запросы с требованием отправить в отставку министра экономики и даже президента страны Ибрагима Раиси.

Однако масштаб нынешних акций протеста пока не свидетельствует о широком антиправительственном движении, как это было в 2009 году после сфальсифицированных в пользу Махмуда Ахмадинеджада президентских выборов. Это также менее массовые выступления нежели вызванные дефицитом воды прошлогодние демонстрации в провинции Хузестан, которые повторились в мае нынешнего года. Надежда на то, что акции протеста подтолкнут Тегеран к большей уступчивости на переговорах о ядерной сделке, вполне возможно, окажется напрасной.

У обеих сторон кончается время

В то время как иранский режим находится под давлением изнутри, страны Запада опасаются, что время, отпущенное для заключения сделки, вот-вот истечет. Участники переговоров ощущают, что балансируют на краю пропасти.

Хотя проблема иранских нарушений может быть передана на рассмотрение Совета безопасности ООН, но вряд ли они смогут послужить основанием для возобновления международных санкций, под которыми Иран находился до заключения ядерной сделки в 2015 году.

Россия и Китай уже заявили, что не поддержат резолюцию, выдержанную в угрожающем тоне американского послания МАГАТЭ, которое было направлено в Вену в начале нынешней недели. Но и Запад в целом не заинтересован в введении жестких санкций против Ирана, поскольку это окончательно подорвет шансы на достижение дипломатического решения проблемы.

Кроме того, страны Запада так же, как Иран, знают, что, если на рассмотрение Совета безопасности будет вынесен проект подобной резолюции, Россия и Китай воспользуются правом вето. Таким образом, угроза возобновления санкций, все еще витающая в воздухе, будет окончательно нейтрализована.

7 июня Германия, Франция и Великобритания направили в управляющий совет МАГАТЭ совместное заявление, в котором утверждается, что действия Ирана «уже на протяжении трех лет представляют собой нарушение ядерной сделки». «Сейчас иранская ядерная программа больше, чем когда бы то ни было, представляет угрозу для всеобщей безопасности и сводит на «нет» усилия международного сообщества предотвратить распространение ядерного оружия», – подчеркивается в нем.

Это заявление стало следствием двух последних отчетов председателя МАГАТЭ Рафаэля Гросси, опубликованных в минувшем месяце. Гросси сообщил, что Иран располагает 60 кг урана, обогащенного до уровня 60%. Это почти в два раза больше, чем было у Ирана в сентябре прошлого года.

Кроме того, Иран не передал МАГАТЭ сведения об объектах, на которых в прошлом были обнаружены следы обогащенного урана. Впрочем, сам Тегеран утверждает, что это не так, и вся релевантная информация в полном объеме была отправлена в Вену.

Руководитель иранского ядерного агентства Махмуд Аслами выразил гнев в связи с тем, что содержание отчетов МАГАТЭ стало достоянием «врагов Ирана» и обвинил в этом Гросси, встретившегося в минувшую пятницу с премьер-министром Израиля Нафтали Беннетом.

Несмотря на обоюдное повышение тона, и Иран, и страны Запада поясняют, что переговоры в Вене еще не прошли точку невозврата, после которой все дипломатические усилия станут бесполезны. В то же время США перестали выступать с заявлениями о «последнем сроке» завершения контактов, а Иран не объявил об их прекращении после того, как президент Байден отказался вычеркнуть из списка террористических организаций Корпус стражей исламской революции. Стоит отметить, что ни сам Байден, ни пресс-служба Белого дома не сообщили об этом официально. О решении президента стало известно из средств массовой информации и из слов Беннета.

8 июня иранское государственное телевидение сообщило, что министр иностранных дел Хусейн Амир Абдоллахиян представил США новое предложение о возобновлении переговоров по ядерной сделке. Если решение оставить Корпус стражей исламской революции в списке террористических организаций было пробным шаром, призванным проверить решимость Ирана, то можно сказать, что иранским лидерам удалось избежать подготовленной для них ловушки. Пока что они не сделали никаких резких заявлений, делающих невозможным продолжение дипломатических контактов.

В то же время, в качестве реакции на совместное заявление Франции, Великобритании и Германии, Иран сообщил об отключении двух контрольных видеокамер, установленных на объектах, где происходит обогащение урана. Тегеран утверждает, что их установка была произведена вопреки соответствующим соглашениям с МАГАТЭ. На руководство МАГАТЭ этот шаг не произвел особого впечатления.

В соответствии с соглашением, заключенным в феврале прошлого года, Иран обязуется обеспечить работу видеокамер, однако не несет никаких обязательств, связанных с передачей отснятых ими материалов инспекторам МАГАТЭ. Поэтому отключение двух камер не является серьезным изменением существующей ситуации. Вместе с тем, этот шаг дает понять, какое давление может оказать Иран на международное сообщество, чтобы добиться выгодного для себя прогресса на переговорах.  Тегеран также сигнализирует, что ему понятно, до какой степени МАГАТЭ и страны Запада озабочены поддержанием контроля над происходящим на его ядерных объектах.

Создается впечатление, что Иран и Запад пытаются создать «диалог давления и угроз», который придет на смену поддерживавшемуся до сих пор «вежливому диалогу». Однако цель сторон остается неизменной – это заключение новой ядерной сделки, черновик которой, по сообщениям информированных источников, уже почти полностью готов. Ни у Ирана, ни у стран Запада нет дополнительных вариантов, и нет времени для того, чтобы проверить возможность их реализации.

С точки зрения западных держав и, прежде всего, США, прекращение переговоров сделает невозможным дипломатический успех, к которому так стремится президент Байден. При этом важно понимать, что альтернативный путь – обращение в Совет безопасности ООН с требованием ввести санкции против Ирана – фактически является тупиковым. Военная опция, означающая для США открытие нового фронта на Ближнем Востоке во время продолжающейся войны в Украине, сейчас тоже не стоит на повестке дня.

Амос Харэль, Цви Барэль, «ХаАрец», Б.Е. На снимке: генеральный директор МАГАТЭ Рафаэль Гросси AP Photo/Lisa Leutner⊥