У Израиля был шанс уничтожить Насраллу. Но его упустили

У Израиля был шанс уничтожить Насраллу. Но его упустили

Это была короткая, хвастливая и вызывающая пресс-конференция. Днем 12 июля 2006 года, через несколько часов после похищения солдат Эльдада Регева и Эхуда Гольдвассера, Хасан Насралла вышел к восторженной толпе в центре Бейрута. В публичном выступлении перед камерами генеральный секретарь «Хизбаллы», подняв палец, обратился напрямую к израильтянам. Он заявил: «Пленники находятся в безопасном месте и очень далеко. Если нападете – пожалеете. Если вы выберете конфронтацию, ждите сюрпризов».

Опьяненный властью Насралла время от времени вытирал пот со лба. Он с высокомерной улыбкой сообщал своим слушателям, что Эхуд Ольмерт, Амир Перец и Дан Халуц – «неопытные новички», при этом показывая пальцами, какая они против него мелюзга.

В тот самый момент Израиль упустил свою единственную возможность устранить главаря террористов. «Это был единственный случай, вплоть до окончания Второй ливанской войны, когда Насралла открыто появился на публике, — говорит полковник в отставке Ронен Коэн, тогда занимавший должность замначальника и главы департамента по борьбе с террором в исследовательском департаменте (ХАТАМ) армейской разведки АМАН. — Там были ливанские и иностранные репортеры, и он совсем не боялся. Он пришел открыто, дал интервью, провел пресс-конференцию, о которой было [заранее] сообщено. Была возможность его устранить — хотя и с сопутствующими жертвами».

Информацию об этом опубликовал портал «Мако». «Поскольку начало войны было довольно невнятным, не было ясно, в каком направлении мы двинемся, — вспоминает Коэн. — В первые часы царил бардак, мы в основном занимались похищенными и ввели в Ливан армейскую технику, которая впоследствии пострадала. В тот день в правительстве было принято решение начать военные действия против Ливана. Единственный шанс устранить Насраллу зависел от быстрого решения правительства — но оно даже не стояло на повестке дня».

«Мог слышать взрывы, но не более того»

Как пишет журналист «Мако» Эйтам Альмедон, несмотря на кардинальное изменение в политике ликвидаций, произошедшее на фоне второй интифады, ЦАХАЛ после ухода из Ливана не собирал там разведданные для точечной ликвидации Насраллы. «Считалось, что это приведет к войне, а никакого желания нагнетать не было, — говорит Коэн. — Вскоре после вывода войск, в октябре 2000-го, «Хизбалла» похитила на горе Дов трех солдат ЦАХАЛа, но правительство хотело стабилизировать обстановку на границе, а не привести к новой эскалации, которую бы вызвало, несомненно, устранение Насраллы». Коэн говорит, что и до следующего похищения солдат в июле 2006 года не было собрано никаких разведывательных данных: «Целью было собрать как можно больше информации о как можно большем количестве целей. Насралла был одной из целей. Но это не было подготовкой операции по его устранению, совсем нет».

Накануне Второй ливанской войны существовала возможность, воспользовавшись тем, что Насралла ощущал себя в безопасности, попытаться устранить его, но Израиль не пытался этого сделать. Рассмотреть возможность его ликвидации решили слишком поздно: Насралла ушел под землю. «Во время войны было предпринято множество попыток понять насколько возможно точно, где именно в подземельях Бейрута он находится. Есть основания полагать, что речь идет не о каком-то маленьком туннеле. Это командный комплекс, занимающий очень большую площадь».

Уже после того, как Насралла ушел в подполье, ЦАХАЛ начал вкладывать огромные средства в попытки его найти и уничтожить. Нанесли два мощных удара, в том числе по тоннелю в районе Даахия, где он мог прятаться, но проникающая способность бомб в то время была недостаточна, и снаряд не пробил толщу земли. «Возможно, он слышал грохот над головой — не более того. Потом мы пробовали всякие другие специальные операции, были созданы специальные группы и предпринято много попыток. Но было уже слишком поздно. Это было сочетание нехватки разведданых с ограниченными возможностями поражать цели глубоко под землей. А Насралла оставался в бункере не только до конца войны, но и очень долгое время после нее», — говорит Коэн. И вообще с тех пор он редко покидает убежище.



В феврале 1992 года Израиль выстрелами с боевого вертолета ликвидировал предшественника Насраллы, Аббаса Мусави. И вместо относительно «умеренного» Мусави к власти в «Хизбалле» пришел сторонник наиболее радикальных действий. Террористическая организация ответила серией ударов. Первый, у посольства Израиля в Буэнос-Айресе, унес жизни 29 человек, второй — два года спустя в здании еврейской общины того же города, убил 85 человек…

«Насралла очень хорошо знает Израиль и израильское руководство, – говорит Орна Мизрахи, бывший заместитель главы Штаба национальной обороны, старший научный сотрудник Института исследований национальной безопасности (INSS). — Он поглощает все виды израильских СМИ — читает, слушает, смотрит и упоминает в своих выступлениях обо всем, что происходит в Израиле». Но в то же время Насралла, ливанец и шиит, по-прежнему разрывается между двумя идентичностями: исламистской и проиранской, в которой он исполняет роль «длинной руки» режима аятолл, и ливанской, которая обязует его защищать интересы своего государства.

«Была возможность его устранить»

Бывший командующий ВМС генерал-майор (в отставке) Элиэзер (Чайни) Маром после подписания в 2022 году газового соглашения с Ливаном заявил в интервью радиостанции «Галей Израэль» следующее: «Я не хочу вдаваться в подробности, но у нас было много возможностей [убить главаря «Хизбаллы»]. Скажем так, у нас был не один шанс ликвидировать Насраллу. Израиль решил его не устранять».

В последние годы ЦАХАЛ старался не угрожать убийством лидеру «Хизбаллы». Исключением стало заявление высокопоставленного офицера генштаба в 2018 году, когда он представил подготовку наземных войск к кампании на северной границе и говорил об устранении Насраллы как о возможном факторе, способном повлиять на следующую войну.

«Если будет решено устранить Насраллу, это будет сделано внезапно, — считает генерал-майор в отставке Гершон Хакоэн. — Последствия этого могут быть разными — от нескольких дней боевых действий до сползания к войне, помимо прочего еще и потому, что сдерживать террористов будет некому. В ней достаточно опытные командиры на местах. Трудно предположить, что исчезновение лидера приведет к развалу организации».

Не исключено, что Насралла обязан жизнью именно своему иранскому покровителю, заставившему его после Второй Ливанской войны сидеть сложа руки. Исламская Республика плохо понимала, как ее втянули в войну и почему нужно было тратить качественные и дорогие боеприпасы, предназначенные для более важных случаев, на такую ​​личность, как Самир Кунтар — который, как известно, был освобожден по сделке Гольдвассера-Регева, вернулся в Ливан и в конце концов был уничтожен в Сирии. «Они были страшно злы на Насраллу, — говорит Коэн. — Мы думали, что его могут сместить за то, что он втянул регион в войну из-за чего-то, с точки зрения иранцев и даже самой «Хизбаллы», очень маргинального. Кто такой Самир Кунтар, на которого он хочет обменять похищенных? Всего-то друз-террорист, принадлежавший к палестинской организации и в 1970-е годы совершивший теракт. Они ему сказали — и ради этого ты все разбазарил?»

С тех пор, рассказывает Коэн, Насралла осторожен и следует указаниям аятолл: не допускает эскалации вдоль границы с Израилем и не дает поводов для начала региональной войны, стараясь сохранить арсенал для «Судного дня». Израиль извлек выгоду из этого относительного спокойствия на севере, зная с другой стороны, что за его убийство придется заплатить высокую цену.

Но сегодня, когда Иран уже почти стал ядерной державой и обрел большую уверенность в себе, он впервые за это время дал Насралле «зеленый свет» на подготовку к войне. И политика «Хизбаллы» изменилась, по мнению Коэна, из-за значительного прогресса Ирана в его ядерном проекте: «За несколько месяцев до войны 7 октября Насралле сказали, что теперь он может совершать на границе чуть больше провокаций. Если он будет повышать напряженность так, как не осмеливался делать со времен Второй ливанской, это станет признаком того, что иранцы разрешили ему готовиться к войне».

«Уж лучше дьявол, которого мы знаем»

«Сейчас уже есть люди, которые говорят: «Мы знаем его. Нам знаком его образ мысли». С другой стороны, он контролирует ситуацию и проявляет сдержанность. Не идет на авантюры, очень осторожен. Так что, возможно, нам стоит его оставить», — говорит Коэн.

«Это уже стало клише: ты убиваешь одного, а ему на смену приходит другой, еще хуже, — говорит Мизрахи. — Есть ощущение, что мы знаем Насраллу. Хотя он иногда рискует и делает неожиданные шаги, он прагматичен, и у него есть опыт жуткой катастрофы во Второй ливанской войне. В системе безопасности полагают, что даже сегодня он не хотел бы доводить до полномасштабной войны. После его устранения создастся вакуум, в котором могут произойти непредвиденные вещи. Поэтому возникает ощущение, что известный и предпринимающий взвешенные решения враг лучше неизвестного врага или состояния пустоты и неведения».

Еще одной причиной, по которой Насралла все еще жив, может быть тот факт, что с 2006 года он старался давать только «пропорциональные ответы» на удары, которые ему наносил Израиль. Даже 7 октября Иран и «Хизбалла» не воспользовались возможностью, предоставленной им ХАМАСом, и не присоединились в тот же день к нападению на Израиль, как могли ожидать лидеры ХАМАСа в секторе Газа. Только 8 октября «Хизбалла» присоединилась к боевым действиям, причем не в том масштабе, на который рассчитывал ХАМАС.

Дилемма вокруг северного фронта достигла своего апогея 11 октября, когда, как сообщил The Wall Street Journal, был сформулирован и почти реализован план превентивного удара по «Хизбалле». Согласно сообщениям, Галант (надо полагать, в согласии с другими высокопоставленными лицами) затем объяснил, что широкомасштабная война против «Хизбаллы» «неизбежна», и удар будет означать «системный разворот». Также сообщалось, что, когда Байден разговаривал с Нетаниягу и просил его «подумать о последствиях», израильские самолеты уже были в воздухе. В соответствии с опубликованными материалами, Галант и по сей день считает, что такой шаг привел бы к значительному преимуществу над «Хизбаллой» одновременно с ожесточенной борьбой против ХАМАСа. Но, по его словам, Нетаниягу отменил план из-за нехватки мужества, и будущие поколения будут оплакивать этот шаг.

По сообщениям ливанских источников, во время нынешних боев на северной границе генеральный секретарь «Хизбаллы» вышел из своего укрытия и приехал утешать скорбящих в Баальбеке, тем самым показав Израилю, что не боится ликвидации и не заинтересован в широкомасштабной войне. Несмотря на это, Коэн считает, что Насралла сегодня больше обеспокоен тем, что его убьют, чем накануне 7 октября: «Насралла начал боевые действия по собственной инициативе и без какой-либо причины. С момента, как он решил помочь ХАМАСу, ему грозит опасность. Я думаю, что независимо от наших намерений, он опасается за свою жизнь гораздо больше, чем до войны».

«Детали» — по материалу Эйтама Альмедона на сайте «Мако». Публикуется в сокращении. На фото: Хасан Насралла, 2002. Фото: AP Photo/Santiago Lyon ∇

Новости

В Израиле по-прежнему работают значительно больше, чем в ОЭСР
В Израиле подтвердили: ХАМАС отказался от сделки
Доля акций «великолепной семерки» в индексе S&P 500 подскочила до 30%

Популярное

«Битуах леуми» досрочно выплатит пособия в апреле: подробности

Служба национального страхования в апреле  досрочно выплатит большинство социальных пособий. По случаю...

Раввин, призвавший уклоняться от армии и оскорблявший выходцев из экс-СССР, получит премию Израиля?

Поначалу это звучало как шутка: премию Израиля получит главный  сефардский раввин Израиля Ицхак Йосеф. Этот...

МНЕНИЯ