Рука Трумпельдора

В Израиле Йосефа Трумпельдора знают все. На его примере выросло несколько поколений сабров. И хотя в этом году нет никакой круглой даты, повод вспомнить о Трумпельдоре нашелся самый что ни на есть подходящий.

Более шестидесяти лет в музее галилейского кибуца Тель-Йосеф, названном в честь Трумпельдора, хранились его личные вещи: протез для левой руки, все три георгиевских креста полного кавалера, карманные часы, пояс, несколько царских ассигнаций и чайная ложечка, которую называли не иначе, как «Осина ложечка».

Теперь все это переехало в Центральный сионистский архив в Иерусалиме, где, собственно, и находились эти вещи до 1955 года, после чего были отправлены в кибуц. Кто и зачем это сделал, истории неизвестно. Но главное, что с этого дня каждый, кто побывает в Иерусалиме, сможет собственными глазами увидеть то, что осталось от Йосефа Трумпельдора – не считая многочисленных улиц в Израиле, названных его именем.

Только сейчас выяснилось, что у Трумельдора, потерявшего руку под Порт-Артуром, был не один, а два протеза: один, золотой, ему подарил сам японский император, восхищенный отвагой русского солдата. Этот протез Трумпельдор называл «праздничным», надевая его только по особым случаям. Второй «рабочий» протез попроще он получил от русской императрицы, которая, узнав о японском подарке, решила не ударить в грязь лицом.

В Центральном сионистском архиве хранится фотокопия приказа № 334 командира 27-го восточносибирского полка от 29 ноября 1904 года, где сказано: «Ефрейтор 7-й роты Йосеф Трумпельдор, обращаясь в докладной записке к своему ротному командиру, пишет: «У меня осталась одна рука, но эта одна – правая. А потому, желая по-прежнему делить с товарищами боевую жизнь, прошу ходатайства Вашего благородия о выдаче мне шашки и револьвера» (…) слова эти золотыми буквами должны быть вписаны в нашу полковую историю. Тем более они должны быть отмечены, что сказавший их – еврей. Приказываю вооружить Трумпельдора шашкой и револьвером (…) и произвожу его в младшие унтер-офицеры за его боевые заслуги и неустрашимость в бою, многократно доказанные на деле».

Много лет шли споры о том, что же Трумпельдор действительно сказал перед смертью – «Хорошо умереть за родину» или выругался матом. Обе версии бытуют и поныне.

А в начале 90-х годов XX века вышла в свет книга «Документальная история Тель-Хай», где впервые было названо имя убийцы Трумпельдора – Камаль Хусейн. Девятнадцатилетний главарь бедуинов Камаль Хусейн, ворвавшись в Тель-Хай, во время перестрелки оказался на какое-то время отрезанным от своего отряда. Когда тяжело раненого Трумпельдора спросили, что делать с Камалем, он ответил по-русски: «Взять в плен». А бедуины пленных не брали и, убив восьмерых защитников Тель-Хай, дотла спалили все поселение.

Камаль Хусейн так мучился угрызениями совести и так старался примириться с евреями, что стал активным участником еврейской поселенческой деятельности в Галилее, а позднее – доверенным информатором, который в 1948 году своими донесениями помог Хагане остановить сирийское наступление и предотвратить захват Галилеи. После гибели еврейского героя Камаль Хусейн прожил еще тридцать лет, пока не попал в Ливане в засаду сирийской спецгруппы, посланной для его ликвидации «за продажу сионистам Южной Сирии».

Можно только удивляться, что до сих пор не поставили фильма о Трумпельдоре, вся жизнь которого была сделана из материала, идущего только на мифы и легенды. В 30-х годах прошлого века о Трумпельдоре были написаны две пьесы: автором одной из них стал арабский драматург Азиз Домет, что само по себе было курьезом; другую пьесу написал Макс Цвейг, двоюродный брат Стефана Цвейга.

Может быть, история с переездом вещей Трумпельдора в Иерусалим распалит воображение сценаристов и драматургов, у которых в данном случае будет готовый герой в прямом смысле слова.

Рафаэль Рамм», «Детали»

На фото: Йосеф Трумпельдор. Фото: Wikipedia public domain.
Мошав Тель-Хай. Фото: © Rémi Jouan, CC-BY-SAGNU Free Documentation LicenseWikimedia Commons

Реклама

Анонс

Реклама


Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend