Так ультраортодоксы превращаются в преступное сообщество

Так ультраортодоксы превращаются в преступное сообщество

Я верующий человек. Но как можно испытывать симпатии к общине ультраортодоксов, совершающей преступление по отношению к хорошим, ни в чем не повинным людям, которых она огораживает от внешнего мира непроходимой стеной?

На прошлой неделе в Иерусалиме был сожжен магазин, где продавали телефоны, и до сих пор неясно, что стало причиной: некошерные аппараты или отказ уплатить дань ультраортодоксальным рэкетирам. Но это прекрасный пример возводимой вокруг общины стены.

Цофит Грант в телепрограмме «Потерянные дети Бней-Брака» показала, как молодые ультраортодоксы, не преуспевшие в изучении Священного Писания, оказываются на улице, становятся бездомными и торговцами наркотиками. И никто этим людям ничего не предлагает вместо покинутой ими йешивы. Даже их попытки призваться в армию наталкиваются на стену враждебности и отчуждения.

Но есть вещи и похуже, по-настоящему граничащие с уголовными преступлениями. Часть молодых людей, покинувших йешивы, с детства сидят на психотропных преператах. Обворожительный рыжий парень рассказал Цофит Грант, что, когда ему было шесть лет, он начал принимать риталин («Мне сказали, что об этом никто не должен знать»).

Во время полового созревания, в 15 лет, он начал принимать риспердал (рисперидон) – лекарство для тех, у кого диагностирована шизофрения. Кроме того, ему прописали андрокур (ципротерон) – средство для подавления гормональной деятельности («У тебя стоит?» – спросил его врач перед этим), а потом и сероквель (кветиапин) – еще один антипсихотический препарат.

Это настоящее медицинское преступление. Один из участников программы – сегодня он раввин – рассказал, что, будучи ребенком, в течение многих лет подвергался сексуальным надругательствам со стороны одного из друзей семьи. Когда он, собравшись с духом, рассказал обо всем родителям, те поддержали его, но смелости, чтобы обратиться в полицию, у них не нашлось.

И это только часть хорошо известной скандальной ситуации, в которой появляются и определенные новшества. Исследование, которое недавно провел Ариэль Финкельштейн по заказу движения «Приверженцы Торы и труда», показывает: 63% детей, состоящих на учете в социальных службах как жертвы сексуального насилия, – из ультраортодоксальных и религиозных семей (это в 1,4 раза превышает их долю среди всех израильских школьников).

Эти ужасающие данные привел в своей статье, опубликованной в «Йедиот ахронот», Хен Арци-Срор. Кроме того, выясняется, что чем более религиозна община, тем больше в ней число жертв сексуального насилия. А на конец 2020 года таких детей в государственно-религиозных школах оказалось в четыре раза больше, чем в обычных государственных (там девочки страдают от насилия чаще).

Стоит отметить: речь идет только о тех случаях сексуального насилия, о которых стало известно социальным службам. В ультраортодоксальной общине большинство таких инцидентов замалчивают. Благоприятной тенденцией можно считать то, что число обращений ультраортодоксов к властям по этому поводу все же растет.

На конференции, посвященной проблеме педофилии, которая состоялась в 2017 году в Бней-Браке, раввин Йегуда Сильман заявил: «Есть педофилы и среди нас… Такие случаи происходят практически ежедневно». К сдвигу в общественном создании привела также деятельность отдельных ультраортодоксальных организаций вроде «Не будем молчать», а также работа таких журналистов, как Аарон Рабинович, Йехуда Шохат и Яэль Дан, и кинематографистов (примером здесь может служить фильм об издевательстве над Менахемом Ротом). Но подлинный масштаб этой проблемы до сих пор не был известен. Только сейчас на поверхность всплывают цифры.

Раввин Элиэзер Офран, представляющий национально-религиозный лагерь, признал, что статистика полностью опровергает утверждения типа «у нас этого не бывает» или «у нас это случается реже». Выясняется, что «в изолированных обществах мальчики страдают больше». Офран привел этому знакомое объяснение, в соответствии с которым сексуальные травмы «могут быть связаны не только с половым влечением, но и с проблемой контроля». Однако это не объясняет всего.

Проблема заключается еще и в том, что во время полового созревания ультраортодоксальные юноши полностью изолированы от девушек, и потому вожделение у некоторых переносится на ровесников.

Кроме того, некоторых из тех, кто стал жертвой сексуального насилия в детстве, в зрелом возрасте сами демонстрируют склонность к педофилии. Учителя-педофилы в хедере и в йешиве и молодые люди, совершающие акты половой агрессии на задних дворах, ведут себя так не из-за «системы институциональной власти», а из-за утраты контроля над сексуальным инстинктом.

Это распространенное явление в обществах, изолирующих мальчиков и игнорирующих их половое развитие. В отчете ООН за 2014 год упоминается о множестве случаев педофилии в католической церкви. Из-за этого только в течение одного года Ватикан лишил сана 848 священнослужителей и наказал еще 2500.

Распространяется эта болезнь и в ультраортодоксальном обществе, огораживающем себя стеной якобы «во имя изучения Торы» (речь здесь, как известно, идет не о восхитительном в своих лучших местах ТАНАХе, а о Талмуде). За пределы этих стен выбрасывают подсевших на лекарства юношей, хотя ясно, что больны не они, а те, кто отвергает их.

Внутри этих стен существует раздельное образование для юношей и девушек, которое служит питательной средой для преступлений на почве педофилии. И, в отличие от Австралии, потребовавшей экстрадиции Малки Лайфер, заподозренной в совершении подобного преступления, у нас к таким вещам относятся снисходительно. Ведь речь идет о странных ультраортодоксах, обладающих высоким электоральным потенциалом, и об их детях, которых насилуют вдали от наших глаз.

С Биньямином Нетаниягу на посту премьер-министра его ультраортодоксальные спасители смогут по-прежнему пользоваться освобождением от военной и национальной службы, а также от изучения обязательных школьных предметов. Мужчины смогут по-прежнему не работать.

Реформа кошерных мобильных телефонов, которую начал проводить Йоаз Гендель, уже застопорилась. Стена останется на месте. Но она все равно обречена на разрушение, вопрос заключается лишь в том, сколько людей пострадают до тех пор, когда это произойдет. Пока что ультраортодоксы сидят в своих шалашах, которые должны символизировать временность, движение, отказ от чего-то постоянного и заземленного. Они строят себе шалаши, но сидят внутри удушающей стены.

Дорон Корен, «ХаАрец», Б.Е. Фото: Элиягу Гершкович √

Новости

После опубликования видео "Хизбаллы" ЦАХАЛ признал ущерб базе на горе Мерон
В Ашкелоне тревога в связи с ракетным обстрелом
США использует право вето против признания Палестинской автономии членом ООН

Популярное

Гендиректор «Авиационной промышленности»: «Такой эффективности ПВО мы даже не обещали покупателям»

Успешным отражением иранской атаки Израиль в первую очередь обязан противоракетному комплексу «Хец»...

«Битуах леуми» досрочно выплатит пособия в апреле: подробности

Служба национального страхования в апреле  досрочно выплатит большинство социальных пособий. По случаю...

МНЕНИЯ