Так служат в подразделении наблюдателей ЦАХАЛа

Девушкам-военнослужащим из подразделения наблюдателей неоднократно удавалось предотвращать как попытки прорыва границы с Газой, так и обстрелы израильской территории.

«Для кого-то такое — из ряда вон выходящий случай. А для нас – рутинная работа, хотя и требующая колоссального напряжения», — рассказала «Деталям» Николь. Она недавно демобилизовалась из армии, два года отслужив в подразделении наблюдателей ЦАХАЛа.

О работе таких подразделений иногда сообщают в израильских СМИ. Так, недавно сержант Омер Каплан из батальона «Нешер» вовремя засекла попытку взлома, с применением взрывного устройства, пограничного ограждения во время одного из пятничных «маршей возвращения». А наблюдатели Хен Нафтали и Керен Монин помогли предотвратить обстрел израильской территории, выявив «огневую точку» террористов и передав командованию ее точные координаты.

— Какая главная задача ставится перед подразделением дежурных наблюдателей?

— Тщательный и круглосуточный мониторинг границы, а, кроме того — отслеживание любых подозрительных перемещений в районе, за которым ведется наблюдение. Наблюдатели не только фиксируют изменения на подконтрольном участке, но также ищут возможные очаги напряжения.

Каждый наблюдательный пункт подчиняется батальону, в состав которого он входит. В группе наблюдателей есть, как правило, старшая, а также офицер, отвечающий за работу подразделения. И все это – женщины. Дежурные работают по четыре часа через восемь, и в эти четыре часа буквально прикованы к экрану. Все остальное – отдых, еда, отправление естественных надобностей — только во время восьмичасового перерыва. Если же кому-то все-таки придется отлучиться, ее подменит командир отделения. Но только одну. У экрана всегда кто-то есть.

— Вам тоже доводилось, во время дежурств, предотвращать инциденты?

— Да, мне удавалось определять, откуда собираются обстреливать нашу территорию, или сообщать вовремя на командный пункт о том, что готовится нарушение границы. Мы еще и контролировали вывоз раненых с мест боевых действий или проведения операции, проверяли маршруты, нет ли там чего-то подозрительного, скоплений людей — словом, чтобы быть уверенными в безопасности раненых и тех, кто их вывозил.

— Это не простая работа. Наверное, у кого-то сдавали нервы, возникали конфликты?

— В девичьем коллективе все бывает, конечно. Но даже с недоразумениями стараются разбираться не во время дежурства, не у экрана. За два года моей службы несколько девочек по разным причинам, в том числе и личным, покинули наше подразделение.

— Как отбирают девушек в это подразделение, есть какие-то особые требования?

— Сообразно армейскому профилю. Нет каких-то особых критериев, но эта служба требует силы воли, дисциплинированности, сосредоточенности. Все остальное приходит потом, очень важно чувство локтя и умение работать в команде.

Запомнился случай, когда моя напарница заметила что-то странное на экране, но не могла определить сразу, насколько ее подозрения верны. Объект то ускользал от внимания оператора, то появлялся вновь. Я бросилась к ней на помощь, и мы уже вместе не отходили от экрана шесть или семь часов, сейчас уже точно не помню — нельзя было отлучиться ни на минуту, мы не имели на это права. И только когда все закончилось, обе вздохнули с облегчением.

Это очень непростая служба. Но потом, уже очутившись на «гражданке», я скучала по тем дням, проведенным у экрана в наблюдательном пункте.

Марк Котлярский, «Детали».
Фотоиллюстрация: Давид Бахар.