Thursday 21.10.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    Фото: Михаль Фаталь
    Фото: Михаль Фаталь

    Свобода молитвы для евреев? Не в современном Иерусалиме

    Утром 7 октября депутат кнессета Меир Поруш вошел в зал заседаний комиссии по конституции, законодательству и правосудию и начал громко скандировать стихи из Псалмов. Когда смотритель попросил его выйти, он отказался и сел на пол. Заседание было сорвано.


    Протест Поруша не имел никакого отношения к повестке дня заседания, которая касалась Закона о регулировании. Он протестовал против председателя комиссии, раввина Гилада Карива, который незадолго до этого побывал у Стены Плача со свитком Торы в руках.

    Похоже, существует правило, согласно которому в молитвах у Стены Плача могут использовать только свитки Торы, являющиеся официальной собственностью государственного органа, управляющего Стеной Плача. Я не уверен, что это правило имеет какую-либо юридическую силу, но точно знаю, что на протяжении многих лет я видел различные группы людей, которые приходили к Стене, неся свои собственные свитки.

    Это правило существует лишь для того, чтобы воспользоваться им раз в месяц, когда женщины, принадлежащие движению «Женщины Стены», приходят помолиться вместе в Рош Ходеш – в начале нового месяца по еврейскому календарю. В женской секции Стены нет ни ковчегов, ни свитков Торы, поэтому для проведения полноценной службы в Рош Ходеш – а они борются за это уже несколько десятилетий – им необходим собственный свиток. Чтобы они не могли пронести свой свиток, Шмуэль Рабинович – ультраортодоксальный раввин, ведающий Стеной, – поставил у входа смотрителей.


    В последние шесть месяцев, с тех пор как он стал депутатом кнессета, Карив использует свой депутатский иммунитет, не позволяющий смотрителям Котеля перекрывать ему дорогу – так что он приносит Тору и через ограждение передает ее «Женщинам Стены».

    Иначе как нелепым это положение вещей не назовешь. Правительство Израиля позволяет наиболее реакционным элементам иудаизма управлять местом, которое должно быть открытым для молитвы евреев всех типов, даже тех, кто считает, что женщины могут молиться самостоятельно, а не заглядывать через ограждение и пытаться услышать, что там говорят мужчины.

    Война против «евреев другого типа»

    Вернемся в кнессет. Поруш, который уже давно зарекомендовал себя одним из самых хамоватых представителей ультраортодоксов, объявил, что каждый раз, когда Карив «осквернит Котель, я не дам ему проводить заседания комиссии». Так что, по сути, чтобы поддержать недемократическую ситуацию у Стены Плача, Поруш планирует пойти против демократических правил в кнессете.

    Все это – лишь удручающий и довольно предсказуемый очередной раунд попыток еврейских фундаменталистов делегитимизировать «евреев другого типа». Но что было интересно, по крайней мере, мне, так это реакция в социальных сетях, которую выдали некоторые правые и религиозные обозреватели, включая обозревателя «ХаАрец», немедленно связавшие борьбу «Женщин Стены» с продолжающейся кампанией евреев за право свободно молиться на Храмовой горе.

    Не в первый раз я слышу подобное сравнение. Кто-то скажет, что это подмена тезиса, но я так не считаю. И у меня такое чувство, что в недалеком будущем мы будем слышать его гораздо чаще.


    Фундаментальное демократическое право на свободу вероисповедания относится не только к тому виду вероисповедания, с которым мы склонны соглашаться, но также – и особенно – к тому, с которым мы не согласны.

    Существует весомый аргумент в пользу свободы вероисповедания, позволяющий евреям открыто молиться на Храмовой горе, если это не ущемляет права мусульман в мечети Аль-Акса. Неважно, что молятся там в основном евреи-фундаменталисты, которые были бы только рады, если бы все мечети сдуло с горы, точно их там никогда не бывало. Тот факт, что фундаменталисты хотели бы отказать остальным в свободе вероисповедания, не означает, что они сами автоматически лишаются своей свободы вероисповедания.

    Я также думаю, что мы, то есть те, кто называет себя «либеральными СМИ», склонны слишком легко забывать, что в случае с Храмовой горой свободу вероисповедания на этой площадке отрицает – часто с применением насилия – мусульманская сторона, и чаще всего – при поддержке израильской полиции.


    Мы осуждаем насилие и фанатизм евреев-фундаменталистов в отношении женщин и евреев, не принадлежащих к ортодоксальному течению иудаизма, которые хотят молиться у Западной Стены, и закрываем глаза на мусульман, которые выступают против евреев, молящихся на Храмовой горе, точно так же и в очень похожих выражениях обвиняя их в «осквернении Аль-Аксы».

    Так почему бы не поддержать евреев, которые хотят открыто молиться на Храмовой горе?

    Я не думаю, что мы должны их поддержать, хотя считаю, что в принципе в рамках свободы вероисповедания такие молитвы должны быть разрешены. Но причина, по которой я не склонен их поддерживать, совсем не та, стандартная, которую пускает в ход израильское правительство с тех пор, как в 1967 году Израиль отвоевал Храмовую гору у иорданцев – а именно, что изменение установленного на Храмовой горе порядка чревато серьезной угрозой безопасности. Я не принимаю это объяснение, когда угроза безопасности исходит от еврейских фундаменталистов, и мы не должны принимать его, когда подобная угроза исходит от мусульман.

    Причина, по которой мы не должны разрешать евреям молиться на Храмовой горе, состоит в том, что Иерусалим не является свободным городом, где все жители обладают равными правами. И лишение евреев свободы отправления культа на Храмовой горе – наименьшее нарушение прав из тех, что происходят в Иерусалиме.

    Сегодняшний Иерусалим – это город, где целые кварталы – запретные зоны для женщин, которые не прикрывают свое тело в соответствии с указами раввинов-ультраортодоксов. В этих кварталах дети лишены защиты со стороны полиции и социальных служб. И это происходит только в еврейской части города.

    В современном Иерусалиме палестинцы, составляющие треть населения города, не имеют полного израильского гражданства, и даже те, кто его имеет, лишены доступа к муниципальным ресурсам, государственному жилью и земле. По закону палестинский житель Иерусалима не может претендовать на собственность, некогда принадлежавшую его предкам в западной части Иерусалима, в то время как израильтяне могут претендовать на собственность, некогда принадлежавшую евреям в Восточном Иерусалиме. Это лишь некоторые из наиболее острых проблем.

    В большинстве районов Иерусалима мы до такой степени далеки от достижения хотя бы подобия равенства и свободы, что такая мелочь, как использование депутатом кнессета своих парламентских привилегий для того, чтобы тайком пронести свиток Торы к Стене Плача, представляется одной стороне – достижением, а другой – ужасным святотатством.

    В такой обстановке необходимо понимать приоритетность того, за какие свободы и когда мы решаем бороться. И когда треть жителей Иерусалима лишена основных прав, отдать предпочтение борьбе за равенство и свободу в единственном месте в городе, где палестинцы в настоящее время обладают большими правами, чем евреи, – чистейшей воды лицемерие.

    Раввины-ультраортодоксы контролируют большую часть города, от Стены Плача до муниципалитета, который в принципе должен служить всем жителям, но вместо этого управляется ручным бухгалтером, привезенным из Гиватаима для того, чтобы он обслуживал интересы ортодоксов.

    Для прогрессивных евреев борьба за крошечный плацдарм у Стены Плача должна превалировать над борьбой за право евреев молиться в единственной части города, где палестинцы все еще чувствуют себя хозяевами.

    Аншель Пфеффер, «ХаАрец», М.Р. Фото: Михаль Фаталь˜√

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend