Арабы и евреи в поисках равенства

Студент и преподаватель, арабские граждане Израиля, подали петицию в Верховный суд. Они протестовали против того, что карты для экзамена на аттестат зрелости по географии не были переведены на арабский язык (в отличии от экзаменационных вопросов).

Верховный суд, выступающий за равенство, обязал министерство образования перевести текст на картах и провозгласил принцип полновесности, который должен быть придан статусу арабского языка в Израиле.

Если бы суд не был априори настроен в пользу истцов, которые использовали этот пример для политических деклараций о неравенстве, он бы задумался, насколько изучение арабского языка в ивритоязычном государстве способствует продвижению интересов арабской общины.

В конечном итоге трудности в понимании ивритских текстов понижают способность арабских студентов в достижении истинного равенства возможностей. Особенно это сказывается на возможности обучения в престижных вузах на востребованных факультетах.

Их трудности в поиске подходящей высокооплачиваемой работы интерпретируются, как этническая дискриминация, и становятся основой для враждебности и расстройства, нередко приводящего к насилию.

Языковые трудности ведут к самоизоляции и препятствуют социокультурной интеграции.

Действительно, тексты выпускных экзаменов переводятся также на русский, французский и амхарский, но необходимость в этом постоянно снижается. Это происходит потому, что новые репатрианты стремятся к более глубокой, социально-культурной интеграции в ивритоязычное общество.

У арабов под влиянием своих политических и религиозных лидеров практика переводов имеет противоположный эффект. Она отделяет арабскую общину от еврейского большинства, препятствуя глубокому овладению языком страны.

Если бы гражданское равенство действительно волновало арабское руководство, оно бы требовало, чтобы основным языком обучения в арабских школах был иврит.

Для сохранения арабского языка, который все равно остается в качестве разговорного дома и на улице, было бы достаточно обучения ему в воскресных школах, подобно тому, как учат иврит в воскресных школах в США.

Высший арабский совет по надзору над образованием, орган, который определяет программу обучения в арабских школах, насаждает в учебниках истории, географии и религии генеральную линию, удивительно похожую на ту, что отличает школы в Палестинской автономии.

Таким образом, министерство образования Израиля, финансируя данную систему обучения, способствует превращению учеников во врагов государства, которое, как они узнают в школе, изгнало их народ и лишило их родины.

И здесь, в своем стремлении установить равенство Верховный суд оказывает арабам «медвежью услугу». Решив конкретный вопрос в пользу арабов и борясь за полное равенство, он фактически в долгосрочным плане наносит ущерб арабскому меньшинству, позволяя ему пренебрегать изучением иврита.

К тому же суд вновь вмешивается в трактовку и так достаточно сложного вопроса, отраженного в Основном законе о национальном характере государства. Этот закон утвердил иврит в качестве единственного государственного языка.

Относительно арабского языка там прямо говорится, что порядок использования арабского языка в госучреждениях будет установлен законом.

Но тут появляется Верховный суд и заявляет, касаясь одной из ключевых статей закона, что государство должно придать арабскому языку полноценный статус.

Действительно, государство должно дать арабскому языку полноценный статус. Но, как подчеркивается в Основном законе, это должно быть сделано Кнессетом по его свободной воле, а не по приказу Верховного суда.

Исраэль Харэль, «ХаАрец», В.П. К.В. 

Фото: Эмиль Сальман

 


Реклама

Анонс

Реклама

Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend