Дискриминация женщин в израильском театре

Вид сцены, на которой только мужчины-актеры играют для зрителей, иногда более чем на половину состоящих из женщин – не редкость.

Если показать эту статистику дирекции театров, у них есть готовый ответ: в конце концов, пять из семи главных театров – «Габима», «Гешер», «Бейт-Лесин», «Хан» и Хайфский театр – управляются женщинами, так в чем проблема?

Каждый год на рынок выходят сотни выпускников актерских и режиссерских факультетов.  В этом исследовании рассматривается гендерная ситуация, которая отражена во взрослых пьесах, поставленных с января 2013 года по сентябрь 2018 семью крупными театрами, включая «Камерный» и Беэр-Шевский. Исследуемые изменения – количество драматургов и режиссеров-женщин по сравнению с количеством драматургов и режиссеров-мужчин, количество главных и второстепенных женских персонажей по сравнению с количеством персонажей мужских, а также количество персонажей, написанных женщинами для мужчин и наоборот. Трудно сказать, что результаты удивляют, но когда вы видите картину в полном объеме, она более правдива, чем заявления о равенстве.

Заведующего литчастью «Гешера», драматурга Рои Хена, как и многих других, возмутил вопрос о гендерной дискриминации в театре. «Никто не строит репертуар согласно программе министерства образования, исходя из социальных ценностей, социальной иерархии или горячих тем на рынке, — сказал он. – Мы принимаем только несколько оригинальных пьес, когда есть что-то очень подходящее для нас, потому что наш театр очень специфичен. Нам нужно найти режиссера, который подходит под наши критерии. Это не имеет ничего общего с гендерным вопросом. И вообще, 80 процентов пьес, которые я получил за последнее десятилетие, были написаны мужчинами. По-видимому, женщины по какой-то причине не присылают достаточно материалов».

За четыре из пяти последних лет «Гешер» не поставил ни одной пьесы, написанной женщиной. С другой стороны, в 2013 году две из пяти пьес были написаны женщинами. На протяжении всего исследуемого периода во всех театрах было поставлено только 36 пьес израильских и зарубежных драматургов-женщин – по сравнению со 166 пьесами израильских и зарубежных драматургов-мужчин. Например, Хайфский театр и  «Хан» поставили в 2013 году только одну пьесу драматурга-женщины. В то же время Беэр-Шевский театр не поставил в 2016 году ни одной «женской» пьесы. То же самое можно сказать о театре «Хан» в 2014 и 2016 годах, Камерном театре в 2015 году и «Габиме» в 2018 году – в эти годы все они ставили пьесы исключительно драматургов-мужчин.

Даже когда начался обычный сезонный рост числа постановок, среди драматургов было намного больше мужчин. Например, в 2007 году в «Габиме» работали четыре драматурга-женщины и 18 драматургов-мужчин – разница в четыре с половиной раза.

В Камерном театре дисбаланс был еще больше: только один драматург-женщина против 14 драматургов-мужчин. Те театры, которые преуспели в сокращении разрыва в исследуемый период и достигли полного равенства или даже перевеса в пользу женщин, в основном находились на периферии.

В течение театрального сезона в 2015 году в театре «Хан» работали два драматурга-мужчины и два драматурга-женщины, в то время как в 2018 году появился перевес в пользу женщин – две против одного.  Аналогичная ситуация в этом сезоне и в Хайфском театре. Численное равенство было также зафиксировано в театре «Бейт-Лесин» в театральном сезоне 2016 года – там работали четверо мужчин и четыре женщины.

Драматург и режиссер Эдна Мазья — одно из этих четырех самых известных женских имен в репертуарном театре. Когда ее спрашивают, почему ее имя входит в такой короткий список драматургов и режиссеров-женщин, она говорит: «Они присылают мне много пьес, и я хочу найти кого-то нового, но всегда разочарована. Самое сложное — написать пьесу, это труднее, чем писать прозу или сюжет для телесериала. Я думаю, что хорошие авторы идут на телевидение и не имеют достаточно желания работать в театре».

У драматурга и сценариста Йоава Шотена-Гошена есть еще одно объяснение того, почему женщины внезапно становятся талантливыми писателями, когда речь заходит о телевидении. «Мне кажется, это связано с тем, что телевидение имеет тенденцию к совместной работе. Вместо игры, которая представляет собой шоу с участием одного человека, принято писать сценарий в команде. В театре большинство режиссеров – мужчины. Это, конечно, еще один стеклянный потолок. Хотя на телевидении тоже существует дискриминация».

Британский режиссер Люси Карбел точно знает, с какими препятствиями сталкиваются женщины в театре. В книге «Пожалуйста, измените все», опубликованной в 2017 году, она объясняет малое количество женщин в театральной сфере как общим гендерным неравенством в обществе, так и бессознательным желанием – и женщин, и мужчин – воспринимать ситуацию, как естественную, и не думать об альтернативе.

Драматург Горен Агмон, которая работала в «Габиме», Камериом театре и «Бейт-Лесине», видит этот пробел, как отражение общей картины. «Я чувствую, что у писателей-мужчин больше уверенности, чем у женщин. Шанс, что драматург-мужчина средней руки сделает карьеру, больше, чем вероятность того, что этого добьется драматург-женщина средней руки, и то же самое относится к вероятности успеха блистательных драматургов-мужчин и драматургов-женщин», — сказала Агмон, которая также проводит семинары сценаристов, и подчеркивает, что большинство ее учеников — женщины. И все же она признает консерватизм режиссеров, не допускающих других авторов. «Любой, кто обладает властью и имеет право выбирать, должен спросить себя, не вытекает ли его выбор из страха рискнуть, — говорит она, с энтузиазмом продолжая: «Выбор других авторов — это не риск, это – инвестиция. Мы сможем увидеть много разных и сложных работ, и это будет  иметь успех. Необходимо включать постановки молодых людей в репертуар театра, особенно, постановки женщин».

В 2016 году ни одна из женских пьес не была включена в репертуар Хайфского театра и  театра «Хан». Среди пяти пьес в Беэр-Шевском театре тоже не было ни одного женского имени.

У драматурга Майи Арад-Ясур, чьи работы были поставлены в «Габиме» и в Хайфском театре, иное мнение: «Они не отвергали мои пьесы, потому что я – женщина.  Я не думаю, что это сознательная дискриминация».

«Я перестала смотреть спектакли репертуарных театров, потому что устала видеть образы героинь, ожидающих мужской любви, когда женщин изображают истеричками и занудами, — сказала Нета Хецрони, режиссер феминистского спектакля «Бег на каблуках». – Есть еще много стереотипов: проститутка, мать, святая, забавная толстушка. Театр – это встреча между актерами и аудиторией, пьеса может повлиять на общественное сознание, изменить ситуацию. Но в этих пьесах, вместо того, чтобы добиваться социальных перемен, соответствующих духу времени, делают прямо противоположное».

Изучение количества женских персонажей в пьесах для взрослых в крупных театрах за последние пять лет подтверждает, что выпускницы актерских школ действительно имеют гораздо более узкий профессионально-экономический горизонт, чем выпускники.

Хотя среди аудитории женщин больше, чем мужчин, мужских персонажей на сцене гораздо больше. В 2013 году во всех 43 пьесах, поставленных крупными театрами, было всего 195 женских персонажей, из которых только 34 были написаны женщинами, по сравнению с 391 мужским персонажем. Самый большой разрыв был зафиксирован в Беэр-Шевском театре (17 женщин против 45 мужчин), Хайфском театре (19 против 48) и в театре «Хан» (11 против 42). В пьесах «Габимы» были 27 женских персонажей и 70 мужских. Даже в 2015 году разрыв сохранился, и во всех театрах число женщин, играющих в пьесах, составляло 169 человек, а мужчин – 344. Напротив, в 2017 году разрыв был сокращен – 30 женщин против 34 мужчин в Беэр-Шевском театре, 13 мужчин и 13 женщин в Хайфском театре, и даже небольшой перевес в пользу женщин в «Бейт-Лесин».

В 2018 году начались изменения к лучшему. Был создан форум театральных деятелей, занявшийся борьбой за интеграцию женщин в репертуарные  театры. По словам участника форума Тали Бреннер,«есть много молодых драматургов-женщин и опытных режиссеров-женщин, но возможностей у них гораздо меньше. Однако эта ситуация связана не с ненавистью к женщинам или шовинизмом, а с системой, которая остается очень зашоренной. Эти данные показывают, что женщины намного больше интегрированы в периферийные группы, независимые группы, детские театры и актерские школы, чем в репертуарные театры».

Заявления участников форума не нашли поддержки у Эдны Мазьи. «Может быть, дело в том, что женское режиссерское поколение еще не выросло здесь должным образом. Если вы скажете мне, что есть блистательный режиссер-женщина, я обещаю ее продвигать. Но почему должен быть гендерный баланс?» — спросила она.

Яир Ашкенази, «ХаАрец», Л.К.

Фото: Офер Вакнин.

Реклама

Анонс

Реклама


Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend