Станет ли Израиль «рукой Москвы» в сирийском конфликте

Министерство обороны РФ объявило о проведении с 1 по 8 сентября в Средиземном море учений группировки ВМФ и ВКС России. По официальной версии, в ходе учений будет отработан комплекс задач по противовоздушной обороне и противодействию подводным диверсиям.

Доктор Юрий Тепер, специалист по политике России, сказал в интервью «Деталям», что столь масштабное присутствие военного флота в Средиземном море связано, скорее всего, с ожидаемой операцией сирийских правительственных войск по освобождению Идлиба.

— Это последний анклав антиправительственных группировок, и коалиция планирует его завоевать. На это американцы заявили, что если в ходе операции будет использовано химическое оружие, то они атакуют силы Асада или помогающие ему, — говорит доктор Тепер. — Я думаю, россияне хотят обозначить свое присутствие и показать, что они стоят на страже режима официального Дамаска. Как минимум — это символическая реакция на заявление американцев, а как максимум – они надеются ограничить их реакцию, ограничить присутствие американских кораблей и самолетов.

Однако в предыдущие разы американцы наносили удары не только с воздуха, но и ракетами морского базирования. Так что не ясно, насколько россияне действительно в состоянии противостоять американцам. Видимо, не очень. Но тут имеют большое значение жест, само по себе заявление, поскольку в коалиции Асада главная роль России– защищать режим от ударов извне, в том числе и от авиаударов. Пока они с этой ролью не очень справляются, и им важно демонстрировать присутствие, чтобы уж совсем не выглядеть слабыми и неспособными выполнять обязательства.

— Как это перекликается с еще одними маневрами — ожидаемыми учениями «Восток 2018»? Со времен «холодной войны» не было столь масштабной демонстрация силы.

— Напрямую эти вещи не связаны, косвенно — связаны с общим противостоянием России и США. Это жест в сторону не только США, но и Европы, стран НАТО. То, что они намерены задействовать китайские войска, хотя и небольшой контингент — тоже несет посыл американцам. Якобы, Россия не противостоит США один на один, а возглавляет некую коалицию. Я видел, что некоторые западные комментаторы купились на этот посыл. Но это неправда, никакой коалиции нет. Просто и Россия, и отчасти Китай заинтересованы в том, чтобы немного попугать США. Китаю это нужно перед будущими переговорами с американцами о разделе мирового влияния.

— Возвращаясь к тому, что происходит в Сирии — как развивается там противостояние России и Ирана?

— Не знаю, можно ли это назвать противостоянием, но разница в интересах России и Ирана в Сирии, безусловно, есть. Частично это отразилось в споре о том, где будут находиться иранские силы в Сирии. Иран заинтересован держать Израиль под прямым прицелом, угрожать напрямую, через общую границу. А Россия не хочет, чтобы Израиль был вовлечен в сирийский конфликт и атаковал и без того слабый режим Асада. Российский интерес – максимальная стабильность сирийского режима, и для этого нужно, чтобы Израиль оставался вне конфликта.

— Но насколько России по силам повлиять на качественные и количественные показатели иранского присутствия?

— Влияние какое-то у России, безусловно, есть. Но чем ближе конец войны, тем меньше становится и ее возможность влиять. Ее ключевая роль – поддержка с воздуха – будет снижаться. А вот Иран усилил свое наземное присутствие, и через различные военные формирования, и в социальных и финансовых инфраструктурах в Сирии. То есть они довольно глубоко встраиваются в схему режима, в послевоенную жизнь страны.

Влияние России будет снижаться, но она может, пусть и ограниченно, воздействовать на Иран, используя «израильскую угрозу». Чем более реальной становится угроза израильской вовлеченности в — авиаударов или других атак, тем больше это усиливает российские позиции против Ирана в самой Сирии. Здесь есть определенный симбиоз, совпадение интересов Израиля и России.

Олег Линский, «Детали». Фото: Yoruk Isik, Reuters