Эти неполиткорректные сказки

В эпоху #MeToo заключительные сцены таких сказок, как «Белоснежка и семь гномов», «Русалочка» и «Спящая красавица» не нуждаются ни в критике, ни, тем более, в цензуре, но, скорее, в новом подходе: не запрещать их нужно, но объяснить девочкам, что мы живем в новой реальности.

Что, собственно говоря, происходит, когда принц своим поцелуем пробуждает Белоснежку? У американской актрисы Кирстен Белл, озвучивавшей роль Анны в фильме «Сломать лед», есть на этот счет четкая позиция перед нами явный пример сексуального домогательства. По ее словам, матери, которые вместе со своими пребывающими в нежном возрасте дочурками смотрят этот снятый в 1937 году фильм, внушают им крайне неверную мысль: целовать спящего без его согласия — нельзя.

Слова Белл немедленно вызвали пренебрежительную реакцию со стороны консервативной сети Fox: «Эй, но ведь принц спас ей жизнь, разве не так?» К Белл присоединилась английская актриса Кира Найтли, поведовавшая, что запретила своей трехлетней малютке смотреть фильм «Русалочка». «Почему женщина должна лишиться своего голоса ради мужчины, да и хотеть, чтобы принц спас ее?» — вопрошала Найтли, выступая по телевизору.

Претензии, высказанные Белл и Найтли, не новы. Уже вышли детские книги с сильными и независимыми героинями, и даже привели к изменениям в диснеевских фильмах. Например, «Мулан» и «Моана», безусловно, не соответствуют некоторым старым правилам написания сценариев. Тем не менее, следует также подчеркнуть, что еще прежде, чем просмотр детских фильмов через очки #MeToo станет тенденцией, первой к истории Белоснежки обратилась в своем мультфильме организация Amnesty International.

В мультике принц целует спящую красавицу и решительно ее обнимает. Но мудрая сова бросает в него желудь, заставляя его на мгновение остановиться. Затем между совой и принцем возникает  забавный по форме, но серьезный по сути диалог, из которого всем становится ясно:«без согласия не будет сказки».

Спасительный поцелуй принца отстутствует также в истории Белоснежки, основанной на сказке братьев Гримм, написанной в 1812 году. В оригинальной сказке Белоснежка надкусывает отравленное яблоко, падает ни жива – ни мертва,и пребывает в коматозном, как мы сказали бы сегодня, состоянии, пока один из слуг не велит унести ее гроб; гроб падает, и кусочек ядовитого фрукта выпадает изо рта девушки. Принцесса возвращается к жизни, Принц объясняется ей любви и они женятся. Поцелуй принца диснеевский сценарист импортировал из сказки о Спящей красавице.

Версия братьев Гримм  очень смягчена по сравнению с первым печатным изданием — сборником «50 рассказов или сказок из прошлого с моралью», опубликованным во Франции в 1697 году Шарлем Перро, тем самым, который подарил миру «Сказки матери Гусыни».  В истории Перро повествуется  о безымянной принцессе, на которую было наложено проклятие: от укола льняного стебля она впадает в смертный сон. Ее отец, пораженный горем король, ничего не делает, чтобы ее спасти, но другой король, женатый на злодейке, «пожинает плоды ее любви». Иными словами, насилует ее во сне.

Все еще пребывая во сне, принцесса производит на свет близнецов и один из них, вместо того, чтобы сосать материнскую грудь, сосет ее палец. Нарыв прорывается, яд выходит наружу и принцесса пробуждается к жизни. Их навещает добрый король в сопровождении своей злодейки-жены, которой отлично известно о проклятии. Поэтому она велит приготовить на праздничную трапезу жаркое из младенцев. Но добрая служанка спасает малюток и готовит на пир кушантье из ягнятины.

Не стану вас утруждать перечислением прочих нелепиц, но думаю, вы удивитесь,  узнав, что, в конце концов, злодеи будут наказаны, а славный король и принцесса поженятся.

В начале 18 века, когда французская аристократия сделала сборник сказок Перро бестселлером, обычай «права первой ночи» (когда господин накануне свадьбы насиловал невинную девушку), уже относился к далекой-далекой феодальной эпохе. Но хотя изнасилование никак не считалось законным, еще не существовало надлежащей системы правовой защиты пострадавшей и наказания для насильника.

Подобные сказки вы могли, не моргнув глазом, читать, а то и рассказывать детям. В XIX веке история звучит мягче: поцелуй обретает моральное оправдание. В версии братьев Гримм засыпает не только принцесса – вместе с ней в сон погружаются все обитатели дворца, включая животных. И принц своим поцелуем, действительно, спас их всех от судьбы живых мертвецов.

В диснеевской версии, в середине двадцатого века, борьба между добром и злом, колдовством и ложью, с одной стороны, и правдой с другой, между жестокостью и невинностью уступила место виденью, в котором объединились романтика и коммерция. В нашем столетии нам необходимо новое, иное прочтение сказок для девочек. Не запрещать, но объяснить, что было когда-то патриархальное общество, в котором можно было без смущения рассказывать подобные сказки. Но связи между ними и твоей реальностью, деточка, нет никакой. Ты живешь в эпоху, когда никто не смеет прикоснуться к женщине против ее воли. Тебе не нужен принц, и если ты не хочешь жить с кем-либо в счастье и богатстве, все в порядке. Когда эта сказка станет реальностью, можно будет создать новую версию «Спящей красавицы», которая просыпается сама или под звуки смартфона.

Ариана Меламед, «ХаАрец», М.Р.

На фото: репродукция картины Виктора Васнецова «Спящая царевна». Wikipedia public domain.

Реклама

Анонс

Реклама


Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend