Главный » Общество » Слепота израильской бюрократии

Слепота израильской бюрократии

В министерстве просвещения Израиля издеваются над больными детьми. Издеваются, потому что сложно иным словом описать отношение местных бюрократов к двум девочкам, близняшкам, живущим в Петах-Тикве.

Из-за серьезных проблем со зрением им нужны специальные книги и дополнительные индивидуальные уроки. Но для израильской системы образования, проедающей грандиозные бюджеты (59,5 млрд. шекелей в 2019 годy), эта задача оказалась почти непосильной…

Ольга Киамов – мать-одиночка, воспитывающая четверых детей. Ее старшему сыну семнадцать лет, самой маленькой дочке - семь. А Камилле и Милане сегодня уже по девять. Четыре года назад им, после полугодичного ожидания в очереди, офтальмолог поставил диагноз: амблиопия.

На русском простонародном такую болезнь называют «ленивым глазом». Зрение не развивается, лечение сложное, потребует много времени. В тот момент девочки еще ходили в детский сад, и мать попросила оставить их там, в подготовительной группе («ган хова»), еще на год – в надежде, что лечение начнет приносить результаты.

- Но все равно в первый класс девочки пошли почти незрячими, – рассказала Ольга «Деталям». – Им было тяжело читать, тяжело писать в тетрадях. Они не видели вообще ничего из того, что учитель пишет на доске… Увидев, как тяжело им дается учеба, я начала просить выдать им специальные учебники, в которых те же задачи и примеры написаны большими буквами. Но только ко второму классу мне удалось их добиться, хотя и не по всем предметам, а только по ивриту, математике и Торе.

Но, чтобы получить их, требовалось указание министерства просвещения. Для этого я заполняла бланки, а из департамента по специальному образованию приезжала проверяющая, привозила оборудование для проверки зрения, уводила девочек в отдельный класс, проверяла там зрение, и... отказывалась подтверждать их проблему. Она говорила, дескать, все они видят, могут читать, а я придумываю. Но, в конце концов, ведь это я с ними делаю домашние задания! И это мне очень тяжело с ними заниматься, и это я вижу реальную скорость, с которой они продвигаются…

После трех таких проверок я потребовала, чтобы провели новые, и в моем присутствии. Так что всего их было сделано пять. Чтобы добиться новых проверок, пришлось ездить к офтальмологу. Я обратилась в Центр слепых в Тель-Авиве - там помогли, объяснили, что я должна в этой ситуации сделать… И уже когда я сама начала показывать, где их проблема, как с ней бороться - тогда и только так мы все же выбили для них специальные книги.

Прервем здесь рассказ Ольги, чтобы пояснить читателям: речь не идет о каком-либо особо сложном или сверхдорогом издании. Задача в том, чтобы ту же самую книгу выпустить с другим размером букв. Для этого нужно издательство, располагающее исходной версией, распечатана она может быть хоть на обычном принтере, а потом ее надо переплести. Учебники получаются очень большие, с учетом еще и места, где дети писать должны. Соответственно, и томов в них больше, чем в обычных форматах. Но главное - они с индивидуально подобранным размером букв: для одной девочки они должны иметь в высоту 163 мм, а для другой – 64 мм.

Министерство образования не нашло ничего более логичного, кроме как попробовать сэкономить на таких учебниках. Впрочем, не только на них.

- Проверку должны были провести еще перед школой, в сентябре. На самом деле, провели ее на несколько месяцев позднее, а результаты были получены только в апреле. Кроме того, мы ездили в специальный институт, там писали большого размера буквы, чтобы определить размер, который девочки смогут увидеть с доски, - рассказывает Ольга.

Учатся девочки в школе «Пика», в Петах-Тикве. Отделения для детей с особыми потребностями тут нет. Помимо того, что буквы и цифры на доске учитель должен писать крупно, но еще и пользоваться может только черным фломастером, а не синим или красным, которые признаны менее четкими… Есть и другие ограничения, потому уже с того времени, почти два года назад, Ольга начала просить перевести их или в другой класс, поменьше, или в другую школу: по итогам первого класса стало ясно, что девочки почти не продвигаются в учебе…

- Дети стараются, они хотят учиться, они себя заставляют. Если бы не хотели, я бы ни у кого ничего не просила, но они хотят! Вот она сидит и плачет, когда у нее что-то не получается, когда она что-то не может понять… Им дали 2 часа частных уроков в неделю. Но даже из них чуть ли не половину «украли» - то учительница не пришла, то кого-то заменили… В итоге, дети за весь год получили всего несколько этих дополнительных часов! Из-за этого я опять подняла шум.

Они не понимают, что происходит в классе. Им нужно объяснять, им нужна помощь. Когда мне учителя пожаловались: «Ваш ребенок вместо того, чтобы заниматься, на уроке рисует», - я испугалась, что она просто замкнется в себе! Запросила у школы проверку развития, но в ней мне тоже было отказано. Они сказали, что еще не истек срок той проверки, которая была сделана в детском саду… Действительно, считается, что их результаты сохраняются 6 лет. Но проверяли же там другое – уровень их интеллекта, готовность к учебе в первом классе. А теперь нужно проверить динамику развития. Без этой проверки большего числа часов для индивидуальных занятий с педагогом тоже – не получить.

Пришлось дожидаться следующего года учебы – минувшего, уже в третьем классе. Я эту проверку у отдела специального образования просила еще в середине учебного года, но там всегда очередь. В общем, проверку одной моей девочке сделали в апреле, другой – в мае. Весь день такая проверка занимает, с восьми утра до четырех дня… Но все равно все эти годы я не могу добиться перевода ее в другую школу! Теперь министерство должно разрешить отделу образования в Петах-Тикве созвать заседание комиссии, которая должна это решить. А когда это? Я попросила срочно, школа делать запрос отказалась, и решение где-то застряло…

«Когда?» - этот вопрос критичен для Ольги и ее дочерей. Во-первых, уже июль, и если сейчас не заказать новый комплекс книг (то есть, если комиссия, которая и на это должна дать разрешение, соберется только в августе), их не успеют отпечатать не только к началу сентября, но даже к празднику Суккот – а только ближе к концу 2019 года. А до того уроки для девочек мать будет распечатывать на принтере, увеличивая изображение страниц, насколько возможно.

Во-вторых, даже если ей сейчас дадут разрешение перевести детей в другую школу – на практике найти ее и записать туда девочек тоже будет нелегко. И не только потому, что уже лето на дворе, и классы давно укомплектованы. Вмешивается еще один фактор: руководству новой школы придется взять на себя определенную ответственность за их здоровье. Потому что одна из двойняшек, перенапрягаясь, теряет сознание: когда растет напряжение на глаза, мозг не выдерживает нагрузки – и отключает ребенка... Только за период с октября прошлого года по февраль нынешнего у нее случилось несколько приступов.

- Мы вызывали скорую, долго не могли понять причину этих приступов. Ее проверяли невропатологи, психиатры, психологи, некоторые из них сегодня работают с ней постоянно, ищут, как помочь, - говорит Ольга. – По их словам, ей надо учиться, но без перегрузок.

Но на практике это также означает, что мать обязана постоянно находиться рядом со школой, и к тому же иметь постоянный пропуск в нее. В случае кризиса она должна быть немедленно вызвана – может быть, даже раньше, чем приедет машина «Скорой помощи». Соответственно, новой школой девочек стать может лишь та, руководство которой согласится на такое «отклонение от инструкций». Но где она будет?

- На этот год я еще не получила расписания, мы не знаем, где будем учиться, не знаем, сколько нужно книг… - говорит Ольга Киамов. Чтобы иметь возможность в любой момент броситься на помощь и уже через пару минут оказаться рядом с дочерью, она отказалась от прежней своей работы, а чтобы сводить концы с концами, убирает по ночам в офисах.

А еще это влияет на квартирный вопрос. Жилье должно быть очень близко к новой школе, и семья готова переехать. Квартиру, в которой они живут сейчас, как раз выставили на продажу, так что съехать с нее относительно будет легко – но из-за неторопливости комиссии Минпроса она не знает, в какой район переехать! И если им сейчас не определят, в какой школе будут учиться двойняшки, потом урегулировать квартирный вопрос им будет намного труднее.

Впрочем, все эти нюансы не беспокоят ни Минпрос, ни вообще какое-либо другое ведомство в нашей стране… Оказывается, что забота о двух девочках с плохим зрением никак не прописана в смете на 59,5 миллиардов шекелей – в отличие от кофе, бумаг и прочих атрибутов спокойной жизни чиновников, обитающих в многочисленных отделах системы израильского образования.

Эмиль Шлеймович, «Детали». К.В. Фото предоставлено Ольгой Киамов

тэги

Реклама

Анонс

Реклама

Партнёры

Загрузка…

Реклама

RSS Партнеры

Send this to a friend