Сколько денег вам нужно для счастья?

И вопрос, и ответ на него взрывоопасны. Данные о распределении богатства высвечивают вопиющую ситуацию, которую охотно используется политиками всех мастей и ведет к социальным потрясениям по всему миру.

Чтобы чувствовать себя богатым в бедных странах нужно совсем не много денег: в такой стране, как Кения, например, для принадлежности к одному проценту самых состоятельных людей достаточно 20 тысяч долларов. В Мексике и Бразилии необходимая для этого сумма достигает 400 тысяч долларов. А в Монако, напротив, только 12 млн долларов обеспечат право занять вершину денежной пирамиды. В Англии и США войти в однопроцентный клуб избранных можно, располагая 3-5 миллионами. Так следует из анализа Knight Frank, одной из крупнейших мировых консалтинговых компаний в сфере недвижимости.

А кто считается богачом в Израиле? По данным за 2021 год, среднее состояние взрослого израильтянина составляет 273 тысячи долларов. Таким образом, даже среднего показателя достаточно, чтобы войти в топ-рейтинг Индии, например, и чувствовать себя по-настоящему богатым на Филиппинах и в Кении. Данных о стоимости принадлежащей израильским семьям недвижимости, у компании нет, только данные о финансовых накоплениях. Но и они свидетельствуют о резком неравенстве между различными группами населения. Сейчас этот перекос еще больше, поскольку дороговизна жизни истощает сбережения нижних децилей.

• Читайте также:
• «Битуах леуми» предлагает повысить пенсии – у правительства не нашлось на это денег
• У правительства другие приоритеты, на закупку квартир для очередников не остается денег
• Среди иерусалимских ультраортодоксов и арабов все больше и больше представителей среднего класса. И у них все больше и больше проблем

Результаты анализа Knight Frank не отражают всей картины. В США требуется 5,1 млн долларов, чтобы войти в процент самых богатых американцев, но пирог богатства распределен крайне неравномерно: по данным ФРС, 10 процентов верхушки аккумулировали 70 процентов общего богатства страны, а половине самых бедных граждан страны принадлежат только 2,6 процента.

Чтобы проиллюстрировать это, возьмем группу из 100 человек, у которых есть 100 буханок хлеба. Одному из этих людей принадлежат 32 буханки хлеба. У еще девяти есть в общей сложности 38 буханок, в среднем — 4 с ломтиком на человека. Еще 40 человек имеют 27,4 буханки, то есть, в среднем, почти полбуханки на каждого. Но 50 оставшимся досталось только 2,6 буханки, то есть каждый располагает крохами – 0,05 буханки, тонюсеньким ломтиком.

Для сравнения: в стране, считающейся самой равноправной в мире по распределению богатства, в Исландии, на 5 процентов самых богатых граждан приходится 40 процентов богатства, на процент самых состоятельных — 19 процентов. До полного равенства и тут далеко, но это несравнимо с ситуацией в других странах, да и распределение доходов между нижними децилях гораздо менее экстремально.

Этим показателям следует придать и историческое измерение: благодаря глобализации, совершенствованию технологий и мобильности населения, экономический пирог в большинстве стран мира за последние десятилетия феноменально вырос. Но основная часть прибавки — назовем ее увеличением количества буханок хлеба, которые получает каждая группа, — доставалась все меньшему и меньшему числу люде. Беднейшим накрошили еще несколько крох, которые, может быть, и помогли им избежать голода, но в процентном отношении они почти незаметны при сравнении с огромными состояниями, накопленными самыми богатыми.

После финансового кризиса 2008 года эти и подобные им данные все чаще становятся темой академических исследований и, одновременно, взрывоопасной смесью в руках политиков — и с благими, и с дурными намерениями. В обоих случаях неразумное использование этих данных влечет за собой политические потрясения и рост экстремизма во всем мире.

Дафна Маор, TheMarker. Фото: Роман Позен