Четверг 01.10.2020|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    739183_Umm_al_Hiran_Elyahu_Hershkovich

    ШАБАК знал: инцидент в бедуинском поселке не был терактом

    Скандал, связанный с поведением полиции в деле застреленного по ошибке бедуина, рождает все новые волны. «После расследования, проведенного в Южном округе, мы хотим отметить, что помимо материалов, которые уже переданы вам, у нас нет никаких других материалов, экспертных заключений  или другой информации о том, что это был заранее спланированный теракт или что Якуб Абу аль-Киан совершал какие-либо действия для подготовки теракта. Все сведения разведки, касающиеся обстоятельств инцидента и Абу аль-Киана, были вам переданы. Никакими дополнительными материалами, как указано выше, мы не располагаем».

    Это – выдержка из официального письма высокопоставленного сотрудника Службы общей безопасности (ШАБАК) в отдел расследований полицейских (МАХАШ), отправленного в ноябре 2017 года во время расследования обстоятельств гибели Абу аль-Киана, жителя Умм аль-Хирана, и полицейского Эреза Леви в январе того же года.

    Документ, содержание которого публикуется впервые, это еще одно подтверждение того, что практически сразу, спустя два дня после инцидента, ШАБАК занял однозначную и принципиальную позицию по этому вопросу, согласно которой нет никаких свидетельств того, что это был теракт. Документ был отправлен в МАХАШ по просьбе тогдашнего генинспектора полиции Рони Альшейха, который заявил, что это была преднамеренный теракт с использованием автомобиля, и якобы есть соответствующее экспертное заключение ШАБАКа на этот счет. И МАХАШ, якобы, скрывает этот документ от общественности.

    Сразу после инцидента Альшейх заявил, что это был теракт, и до сих пор он упрямо придерживается этой позиции. Следователи ШАБАКа прибыли на место происшествия вскоре после инцидента и допросили всех причастных сотрудников полиции, в том числе Ш., который первым выстрелил в Абу аль-Киана. Они также обыскали дом последнего, проверили его персональный компьютер, а также все другие компьютеры дома, допросили всех его родственников.

    Вопреки замечанию Альшейха, следователи пришли к однозначному выводу, что это не был теракт – спустя всего 48 часов после инцидента. «Мы не можем утверждать, что это теракт», – сообщил ШАБАК в МАХАШ, который начал расследование. Но Альшейх, по утверждению высокопоставленных сотрудников МАХАШ, начал оказывать колоссальное давление на них, чтобы предотвратить продвижение их расследования.

    В октябре 2017 года, когда следствие было в самом разгаре, Альшейх обратился через свою канцелярию к директору ШАБАКа с просьбой передать ему все материалы, касающиеся дела. И это несмотря на то, что инцидентом занимался отдел расследований полицейских, и ни Альшейх, ни кто-либо другой в полиции не имели права вмешиваться.

    На развалинах Умм аль-Хиран. Фото: Гиль Коэн-Маген

    ШАБАК был очень удивлен обращением Альшейха и поставил в известность руководство МАХАШ. Те ответили, что расследование продолжается, и никакие документы не следует передавать генинспектору полиции. А спустя месяц 12-й телеканал опубликовал информацию о том, что ШАБАК передал в МАХАШ некий секретный документ, играющий важную роль в расследовании. Далее телеканал процитировал Альшейха, заявившего, что МАХАШ скрывает этот документ: «МАХАШ удалил из дела документ ШАБАКа, который носит секретный и драматический характер. Это граничит с фальсификацией улик и введением следствия в заблуждение».

    Однако на деле, по словам двух высокопоставленных сотрудников МАХАШ, документ ШАБАКа не только не подтверждает заявления Альшейха, что это был теракт, а, наоборот, подтверждает позицию МАХАШ, что никакого теракта не было, и речь идет о несчастном случае. Если бы это был теракт, ШАБАК оставил бы расследование в своих руках. Но МАХАШ на всякий случай обратился в ШАБАК еще раз, для верности. И через несколько дней получил документ, который процитирован выше.

    «Кто-то в ШАБАКе подставил Альшейха», – сказал высокопоставленный сотрудник правоохранительных органов. Единственная улика, найденная на месте происшествия, которая может каким-либо образом связать Абу аль-Киана с терроризмом – это стих из Корана, который нашли у него дома с припиской «выучить наизусть». В этом стихе говорилось о дне смерти человека. Но по словам экспертов, проводивших расследование, это довольно стандартный текст для мусульман, ничего особо экстремистского в нем не усматривается.

    Одним из основных доказательств, на основании которого ШАБАК сделал вывод, что речь не идет о теракте, является маршрут поездки: Абу аль-Киан незадолго до инцидента ввел маршрут в навигатор своего автомобиля. Конечный адрес поездки – колледж, который он должен был посетить тем утром. В ходе обыска не было обнаружено никакой связи с террористическими элементами, никаких признаков, указывающих на намерение совершить нападение. Его родственники даже сообщили ШАБАКу, что он их поругивал за излишнюю религиозность. Его сын показал, что за несколько месяцев до инцидента Абу аль-Киан сказал ему: «Сбрей бороду, чтоб они не думали, что мы из ИГ». По словам высокопоставленных сотрудников МАХАШ, давление со стороны Альшейха «перешло все границы».

    Похороны Аль Киана. Фото: Элиягу Гершкович.

    Бывшие высокопоставленные сотрудники правоохранительных органов заявляют в защиту Альшейха, что он оказывал давление на МАХАШ только для того, чтобы поскорее закончить это расследование, которое, по его мнению, имело большое общественное значение. «Все, что сделал МАХАШ, это обратился к ШАБАКу, чтобы получить нужные материалы», – сказал один из бывших сотрудников. Он отмечает, что МАХАШ обратился к ШАБАКу только на последней стадии расследования.

    Тогдашний начальник МАХАШ Ури Кармель настаивал на возбуждении уголовного дела против полицейского, который первым выстрелил в Абу аль-Киана, ехавшего со скоростью всего 10 км/час. Этот полицейский сразу после инцидента сказал координатору ШАБАКа во время допроса, что не чувствовал угрозы жизни в тот момент, когда решил применить оружие. В отделе долго обсуждали, возбуждать ли против него расследование за причинение смерти по неосторожности либо за халатное использование табельного оружия, поскольку в данной ситуации стрельба по транспортному средству была неуместной. После первого выстрела остальные полицейские тоже открыли огонь. По автомобилю Абу аль-Киана было совершено несколько десятков выстрелов.

    Однако с их позицией не согласился бывший госпрокурор Шай Ницан. По словам начальника МАХАШ, это связано с сильным давлением, оказываемым на него Альшейхом. Ницан также решил не давать однозначного определения, что инцидент не был терактом, несмотря на четкую позицию ШАБАКа и МАХАШ. Этот вопрос стал предметом серьезных споров между Альшейхом и Кармелем, в то время как Ницан своим молчанием фактически поддержал Альшейха и полицию.

    Кармель отреагировал резким письмом, которое он отправил Ницану после серии публикаций в СМИ о том, что МАХАШ, якобы, скрывает документ ШАБАКа от общественности. «Я чувствую, что во имя того, что «мы должны смотреть выше этого», и во имя добрых отношений между полицией и прокуратурой, на жертвенный алтарь принесли МАХАШ, его сотрудников и общественный интерес, которому мы должны хранить верность. Вы оставили меня без своей поддержки, когда сам генинспектор полиции (не какой-то уголовник, безумный депутат или радикальная НКО) заявляет, что мы скрываем доказательства. С вашей стороны это непорядочно и нечестно».

    Йегошуа (Джош) Брайнер, «ХаАрец» Ц.З. На фото: расстрелянный автомобиль Аль-Киана.
    Фото: Элиягу Гершкович˜

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend