Sunday 05.12.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    AP Photo/Sebastian Scheiner
    AP Photo/Sebastian Scheiner

    Сексуальное насилие, коррупция, убийства: страшная цена защиты ультраортодоксальной автономии

    В начале прошлой недели раввин сообщил Меиру Шитриту, что после 36 лет ожидания возвращения его пропавшего брата Нисима он наконец-то может отсидеть шиву и сказать по нему кадиш – поминальную молитву. Прочитайте эту фразу еще раз. Может показаться, что она полна сострадания. Духовный лидер сообщает убитому горем родственнику о смерти близкого члена семьи и советует ему приступить к исполнению древнего траурного религиозного ритуала. Но это не так.


    Встреча проходила в полицейском участке, а раввин – Элиэзер Берланд, уже обвиненный в сексуальном насилии и мошенничестве, – теперь находится под подозрением в причастности к убийству в 1986 году его последователями 17-летнего Шитрита и сокрытию его тела. Полиция считает, что они также стоят за произошедшем в 1990 году убийством Авраама Эдри. Ожидается, что в ближайшие дни будут предъявлены обвинения, причем Берланд будет обвинен в причинении смерти.

    Немного предыстории для тех, кто не следил за эпопеей 83-летнего раввина Берланда, разворачивавшейся в течение последних десяти лет. С конца 1970-х годов он был лидером секты бреславских хасидов «Шуву Баним». Это закрытая община из нескольких тысяч человек, фанатично преданных Берланду.

    В 2012 году выяснилось, что Берланд принуждал женщин – своих последовательниц – к сексуальным отношениям. Он покинул страну и нашел временное убежище сперва в Марокко, потом в Зимбабве, Южной Африке и наконец был арестован в Нидерландах, откуда его экстрадировали в Израиль. В 2016 году в рамках сделки о признании вины он был приговорен к 18 месяцам тюремного заключения.


    Сейчас он снова в тюрьме, на этот раз за мошенничество и отмывание денег, совершенные им в результате продажи за большие суммы благословений отчаявшимся людям, страдающим смертельно опасными заболеваниями.

    На этот раз против него выдвинуто обвинение в убийстве.

    Никто не осмеливается противостоять ультраортодоксам

    Естественно задаться вопросом: как Берланд и его секта могли безнаказанно действовать все эти годы? Они не сидят в каком-нибудь отдаленном пустынном форпосте. Главный центр «Шуву Баним» находится буквально в пяти минутах ходьбы от штаб-квартиры полиции Иерусалимского округа. Их «полиция скромности», дружинники, которые, как полагают, убили Шитрита и Эдри, основываясь на слухах о том, что у них были романы с замужними женщинами, хорошо известны многим в районах проживания ультраортодоксов.

    На протяжении всего времени, пока я работал репортером в Иерусалиме, попрание закона последователями Берланда на всех уровнях было обычным явлением: от того, что его автоколонна по его приказу неслась со скоростью 200 километров в час и выше, до того, как в еврейские праздники они занимали целые улицы, оставляя после себя кучи мусора. Ни полиция, ни муниципалитет – никто никогда не осмеливался противостоять им. А в ультраортодоксальной общине Берланда фактически обхаживали за голоса избирателей, которые он контролировал.

    Я получил об этом представление, когда летел с Берландом и группой его последователей в Эйлат на митинг «Объединенного иудаизма Торы», ультраортодоксальной партии, которую он поддерживал. Во время взлета самолета члены его секты продолжали прогуливаться по проходу, громко разговаривая по мобильным телефонам, а экипаж был настолько этим ошарашен, что не сказал им ни слова.


    Даже после того, как Берланд в первый раз сел в тюрьму, политики-ультраортодоксы все еще обращались к нему за поддержкой, как это произошло недавно, в 2018 году, на выборах мэра Иерусалима – он тогда поддержал нынешнего мэра Моше Леона.

    Уродливая правда заключается в том, что, хотя было бы несправедливо характеризовать «Шуву Баним», которая с тех пор подверглась публичному остракизму со стороны большинства остальных бреславских раввинов, как представителей ультраортодоксальной общины, их безнаказанность могла существовать только в пределах ультраортодоксальной автономии. Это было место, где сменяющие друг друга израильские правительства начиная с основания государства позволяли жить по собственным правилам. В результате полиция не имеет ни малейшего представления о том, что происходит в общине, которая сегодня насчитывает более миллиона израильтян.

    Невежество и слепота полиции


    У меня есть личный опыт того, насколько невежественна израильская полиция, когда дело доходит до расследования преступлений в ультраортодоксальной общине. Четырнадцать месяцев назад меня вызвали на допрос в отдел по расследованию тяжких преступлений иерусалимской полиции. Это был классический ход «плохой полицейский – хороший полицейский»: один за другим меня вызвали два разных следователя.

    Первый навел на меня страху, сказав, что я должен немедленно явиться на допрос по вопросу, который он отказался уточнить по телефону. Он даже не сказал, являюсь ли я подозреваемым. Через несколько минут позвонил второй следователь и вежливо спросил, не могу ли я приехать и поговорить с ними о моей статье о нарушении ограничений на связанный с коронавирусом локдаун во время Йом Кипур (Судного дня).

    Я уже больше не боялся, что меня арестуют, но все еще был озадачен. В своей статье я просто рассказал о том, что каждый мог собственными глазами увидеть в ультраортодоксальных кварталах Иерусалима. На самом деле в Йом Кипур, когда я выходил из синагоги последователей Бельзского хасидизма, я заметил проезжавшую мимо патрульную полицейскую машину. Несомненно, находившиеся в ней полицейские, как и я, видели тысячи людей, входящих в помещение и нарушавших тем самым установленные правительством правила социального дистанцирования.

    Час общения с полицией в тот день вряд ли вернул мне уверенность в эффективном функционировании этого важного государственного института. Два детектива из центрального подразделения, занимающегося убийствами и похищениями людей в столице Израиля, очевидно, получили приказ сверху расследовать события, присходившие в Йом Кипур, но они буквально не имели никакого представления об общине, деятельность которой они должны были расследовать.

    Они никогда не слышали ни о Белзе, одной из самых крупных и влиятельных ультраортодоксальных сект в Израиле, ни о ее синагоге, самой большой в Иерусалиме. Мне пришлось указать им ее на карте города.

    Я простодушно спросил одного из детективов, служат ли в этом подразделении эксперты по ортодоксальной общине. Как-никак они составляют треть населения Иерусалима.

    «У нас в подразделении такого человека нет, – ответил он. – Но есть один, он не из полиции, и мы к нему иногда обращаемся за советом, чтобы не попасть впросак, как в тот раз, когда мы начали расследование похищения монахинями детей из ортодоксальных семей, а потом нам сказали, что эта история взята из книги о Средневековье».

    Не стоит удивляться, что из расследования дела о синагоге Белз, где несмотря на строгий общеизраильский запрет в Йом Кипур молились 10 тысяч верующих, ничего не вышло.

    Политики не допустят сотрудничества между общиной и полицией

    Как объяснил мне позже бывший высокопоставленный офицер полиции, создание группы детективов, специализирующихся на делах ультраортодоксов в Иерусалиме или где-либо еще в Израиле, было бы «немыслимым» шагом и «концом карьеры в полиции». Он не оспаривал необходимость такого подразделения, но сказал, что политики-ультраортодоксы никогда этого не допустят.

    В поведении ультраортодоксального руководства прослеживаются два мотива. Первый – сохранить свою автономию и предотвратить любое вмешательство извне в свои внутренние дела. Другой – сохранить фасад невинной и чистой общины, где «такие вещи просто не происходят».

    Вместо того чтобы следить за ультраортодоксами, полиция, когда ей нужно связаться с руководством общины, прибегает к помощи влиятельных посредников. Такие люди, как Иегуда Меши-Захав, основатель спасательной организации ZAKA, который, согласно расследованию «ХаАрец», совершил сексуальное насилие над десятками женщин и молодых девушек и юношей. Он был самым важным информатором полиции в ультраортодоксальной общине Иерусалима.

    Ультраортодоксальное руководство строит из себя оскорбленную невинность и немедленно обвиняет в антисемитизме и расизме всякого, кто поднимает вопрос о нерасследованных преступлениях в их среде. Если кто-нибудь выскажет предположение о необходимости полицейского контроля в северных районах Иерусалима, где проживают 300 тысяч ультраортодоксов, они откроют врата ада. Как кто-то посмел предположить, что в их автономии существует преступность?!

    Вместо этого иерусалимская полиция занимается раскрытием обычных преступлений и регулированием дорожного движения в еврейской, но не ультраортодоксальной трети Иерусалима и жестоко расправляется с другой третью – его палестинскими жителями.

    Как всегда, настоящими жертвами институционализированного пренебрежения в ультраортодоксальной автономии являются наиболее уязвимые члены этой общины. Жертвы незарегистрированного домашнего и сексуального насилия и те, кто находится на периферии общины, такие как Нисим Шитрит и Авраам Эдри, относительно которых после стольких лет, возможно, наконец будет совершено  правосудие.

    Аншель Пфеффер, «ХаАрец», М.Р. Фото: AP Photo/Sebastian Scheiner˜√

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend