Воскресенье 25.10.2020|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    AP Photo/Amr Nabil
    AP Photo/Amr Nabil

    Саудовской Аравии стоит умерить пыл

    Для ближневосточных экспортеров нефти корона-кризис стал тройным ударом. Цены на энергоносители рухнули, усугубив и без того сложные последствия мирового карантина и вызовов здравоохранению. Как сообщает Международный валютный фонд, нынешний кризис – худший в новейшей истории региона. Но для 34-летнего наследного принца и фактического правителя Саудовской Аравии Мухаммеда бин Салмана эпидемия становится особенно катастрофичной. Сможет ли он выйти из кризиса победителем, и на какие жертвы ему придется пойти? Об этом размышляет издание Foreign Affairs.

    В апреле 2016 бин Салман представил «Видение 2030» – 14-летнюю стратегию развития экономики страны, которая должна уменьшить роль энергоносителей и сделать Саудовскую Аравию передовым хайтек-государством. Предполагалось, что к 2020 году королевство устранит дефицит бюджета, увеличит доходы, не связанные с нефтью, до 160 млрд долларов и примет почти 19 миллионов мусульман в священных местах паломничества. 

    Но эпидемия нарушила эти планы. Количество зарегистрированных случае заражения в Саудовской Аравии – одно из самых высоких в арабском мире. Паломничество ограничивается теми, кто уже живет в королевстве. Дефицит бюджета вырос, бизнесы на грани банкротства. При этом здоровье отца Мухаммеда бин Салмана, короля Салмана, все ухудшается, а значит, официальный переход власти может быть ближе, чем казалось.

    Кризисное урегулирование 

    Но по-настоящему амбициозный лидер не упустит возможностей, которые предоставляет кризис – а бин Салман по-настоящему амбициозен. С первых дней пандемии он увеличил налог на добавленную стоимость с 5 до 15 процентов, что позволило государству выплатить около миллиарда долларов местным бизнесам, страдающим от экономических последствий эпидемии. Бин Салман использовал нестабильность на рынке ценных бумаг, чтобы провести выгодные инвестиции. Но всего этого недостаточно, чтобы поддерживать жизнедеятельность государства на должном уровне. 

    Мухаммед бин Салман мог бы урезать бюджет, но это означало бы отмену или приостановку воплощения двух его излюбленных проектов. 

    Когда Саудовская Аравия начала военную кампанию в Йемене в 2015 году, бин Салман, будучи министром обороны, стал ее лицом. Но вскоре стало понятно, что он переоценил свои силы, и кампания, которая должна была занять недели, может продолжаться годами. Постепенно бин Салман предоставил другим быть ведущими в этой операции. Пять лет спустя становится ясно, что победить хуситов, йеменских сторонников Ирана, Саудовской Аравии не под силу. При этом расходы на оборону королевства – одни из самых высоких в мире: 9 процентов от ВВП, по оценке Стокгольмского международного института исследований проблем мира. 

    Саудовская Аравия не раз намеками давала понять, что готова пойти на уступки, чтобы завершить этот многолетний бесконечный конфликт. Но сам факт таких намеков говорит хуситам и иранцам, что победа может быть не за горами – стоит только подождать. Поражение будет не просто стерпеть, но все же это лучше, чем экономический кризис дома. Кроме того, едва ли хуситы и их иранские патроны смогут самостоятельно справиться с восстановлением разрушенного Йемена – а значит, даже сложив оружие, Саудовская Аравия сможет сохранить за собой некоторое влияние.    

    Но Йемен – не единственный проект, который Мухаммеду бин Салману придется пересмотреть. Другое излюбленное начинание наследного принца – футуристический, высокотехнологичный город Неом. Проект стоит сотни миллиардов долларов, при этом гарантии возврата инвестиций весьма туманны, а перспективы создания рабочих мест и вовсе призрачны – большую часть работы здесь должны будут выполнять роботы. Приостановка проекта сохранила бы казне огромные суммы денег, а еще послала бы сигнал подданным королевства, что бин Салман не только просит их затянуть пояса, но и сам готов сделать то же. 

    Личная жертва

    Корона-кризис и падение цен на нефть отбросили планы Саудовской Аравии на экономическую трансформацию, но они же создали новые возможности. 

    За последние годы страну покинули около миллиона иностранных рабочих, и ожидается, что этот отток только увеличится. Некоторым было тяжело справляться с высокими налогами. Многие потеряли работу в качестве водителей после того, как королевство разрешило женщинам водить автомобиль. Другие уезжают из-за финансовых проблем и риска заразиться коронавирусом. В краткосрочной перспективе потеря рабочей силы и потребителей негативно сказывается на и без того напряженном экономическом положении королевства. Но в долгосрочной – это может быть возможность увеличить рабочие места для жителей Саудовской Аравии. 

    Завершить дорогостоящее военное присутствие в Йемене и заморозить строительство многомиллиардного города Неом может только наследный принц лично. Но уступит ли его амбициозность место здравому смыслу?

    Есть и еще одна жертва, которую бин Салман может принести на благо своего королевства. Он очень гордится личными связями с Дональдом Трампом. И эти связи, действительно, немало ему помогли: администрация Трампа поддержала его в борьбе за престол, а также защитила от нападок в скандале с убийством саудовского журналиста, к которому, как считается, причастен сам бин Салман. 

    Но эта личная связь с Дональдом Трампом и его семьей сделала  сотрудничество с Саудовской Аравией камнем преткновения между Демократической и Республиканской партиями. Демократы стали весьма осторожны и подозрительны во всему, что касается американо-саудовских отношений. И если бин Салман хочет и дальше пользоваться поддержкой Соединенных Штатов, он должен дать понять, что готов от дружбы с Трампом перейти к сотрудничеству с будущей – возможно, демократической – администрацией США. 

    Александра Аппельберг, по материалам иностранных информагентств. Фото: AP Photo/Amr Nabil

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend