С призывом в ЦАХАЛ творится опасный  абсурд — и долго мы так не выдержим

Недавно минобороны Израиля опубликовало черновик нового закона о продлении срочной и резервистской службы. Согласно нему, срок службы в ЦАХАЛе будет составлять не 32 месяца, как сейчас, а от 28 до 36 месяцев.

То есть, часть солдат будет служить дольше – полные 3 года, а часть – на 4 месяца меньше, чем сейчас. Сколько будет составлять средний срок службы, пока неизвестно, но, по оценке экспертов, он будет меньше 32 месяцев. Большинство солдат тыловых частей будут увольняться в запас по прошествии 28 месяцев службы.

Это как нельзя лучше иллюстрирует происходящий абсурд. Большинство солдат выиграют от принятия закона, поскольку они будут служить меньше. А основная нагрузка ляжет на меньшинство, которому придется провести в армии три года.

Речь в первую очередь о военнослужащих боевых частей. Они составляют около четвери солдат срочной службы. После принятия закона им придется задержаться в армии на четыре месяца, но и это еще не все. Будет удлинен и срок их службы в резерве. Им придется проводить в армии до 42 дней в году до возраста 45 лет. Офицеров боевых частей будут призывать на 50 дней в год до тех пор, пока им не исполнится 50.

• Читайте также: 
• Эти два законопроекта могут развалить правительство Нетаниягу
• ЦАХАЛ увеличит срок и длительность службы резервистов: подробности
• Опросы: большинство за «Гослагерь» и против увеличения срока службы
• Великая северная война. Пять сценариев

Закон о продлении срочной и резервистской службы вызвал новый шквал критики в адрес уклоняющихся от призыва ультраортодоксов. Но главное при этом было упущено: участвовать в равном распределении общественного бремени отказываются не только ультраортодоксы. Эта проблема касается и тех граждан, которые идут служить в армию.

Мы попросили пресс-службу ЦАХАЛа сообщить, какое количество солдат продолжает служить в резерве десять и более лет после демобилизации. Однако добиться ответа на этот вопрос мы не смогли.

Бывший депутат кнессета Офер Шелах, ныне работающий в Институте национальной безопасности, написал исследование на эту тему. По его мнению, в течение длительного времени продолжают ходить в «миллуим» менее трети демобилизованных солдат. То есть, лишь менее 30% отслуживших в армии израильтян несут бремя резервистской службы. И это при том, что срочную службу в армии завершает около 60% граждан.

По словам Шелаха, 16% израильтян получают освобождение от призыва как учащиеся ультраортодоксальных учебных заведений, а 13% — из-за психологических проблем. Еще 8% солдат по тем или иным причинам увольняются из армии досрочно.

Итак, бремя службы в резерве несут лишь 20%-25% еврейских мужчин в возрасте 20-45лет, не являющихся ультраортодоксами. Их доля среди всего населения составляет менее 20%.

Возвращаемся на 50 лет назад

Неравенство при распределении этого бремени – исключительный случай в нашей истории.

По официальным данным, в 1970-е годы, после войны Судного дня, государственные затраты на содержание резервистской службы составляли 2,5% от ВВП. Эти средства выплачивались в виде компенсации за пропущенные на работе дни через Службу национального страхования.

Профессор Йоси Заира, исследующий израильскую экономику, считает, что фактические затраты на резервистскую службу (включая потери экономики страны) в те годы были значительно выше и составляли 12,5% от ВВП. С учетом инфляции эта сумма составляла бы сегодня 250 млрд шекелей в год.

Из-за травмы войны Судного дня Израиль в течение долгих лет не пытался изменить эту ситуацию. Все резервисты проводили в армии 30 дней в году, а то и больше, и это считалось нормой.

В то время в резерве служило примерно столько же человек, сколько было призвано на нынешнюю войну. При этом население Израиля в 70-е годы было в три раза меньше, чем сейчас. Это означает, что бремя резервистской службы распределялось тогда по всему обществу, в гораздо большей степени, чем сейчас.

И в этом было определенное преимущество. Отсутствующим на рабочем месте резервистам было трудно найти замену – служили практически все. Кроме того, тогда израильская экономика была закрытой. Она полностью контролировалась «Гистадрутом». У многих тогда было постоянное трудоустройство ( «квиют») – уволить таких работников было невозможно.

Всего этого сегодня больше нет. Израильская экономика стала открытой и ориентированной на внешний мир.

Доля израильтян, служащих в резерве, сегодня гораздо ниже, чем полвека назад. В 2020 году размер компенсаций, выплаченных Службой национального страхования резервистам, составил всего 1,6 млрд шекелей. Экономика Израиля этого даже не почувствовала.

Размер компенсаций, которые придется выплатить в результате нынешней войны, приближается в 11 млрд шекелей. Это все еще не слишком значительная сумма, она составляет всего 0,5% от ВВП. Проблема заключается в неравенстве.

Бремя резервистской службы несет меньшинство. Резервисты не без оснований опасаются, что, если им придется проводить в армии по 42 дня в год, никто не захочет брать их на работу.

Это, кстати, косвенно объясняет высокую явку на резервистскую службу представителей национально-религиозного лагеря. Очень многие из них являются госслужащими, и они не опасаются увольнения.

А вот значительную часть светских израильтян составляют работники хайтека и представители свободных профессий.  И они тоже массово явились на резервистскую службу.

20% резервистов, призванных 7 октября, составляют работники хайтека. Это почти вдвое больше их доли среди всех работающих граждан страны. По данным минфина, средняя зарплата служащих в резерве израильтян на 47% превышает среднюю зарплату в целом по стране.

Вряд ли эти люди могут позволить себе отсутствовать на работе около полутора месяцев в год. Вряд ли израильская экономика, несмотря на всю ее мощь, сможет выдержать такой удар.

Продление срочной и резервистской службы – это своего рода «машина времени», уносящая Израиль на 50 лет назад, в эпоху, начавшуюся после войны Судного дня.  Но на самом деле время вспять не обернешь. И цену, которую Израиль был готов платить в 70-е годы, потеряв целое десятилетие – худшее в истории израильской экономики, сегодня платить уже невозможно.

Рассчитывать на то, что меньшинство, которое рискует своей жизнью в течение трех лет срочной службы, продолжит делать это до возраста 45 лет, рискуя еще и своим заработком и благополучием семьи, — попросту глупо.

Несмотря на благие намерения ЦАХАЛа и мощь израильской экономики, эту проблему так просто решить не удастся. Дело здесь не в бюджете, а в человеческом капитале.

У нас сейчас просто нет достаточного количества людей, готовых служить в резерве. И пытаться решить эту проблему, увеличивая нагрузку на то меньшинство, которое и так уже несет большое бремя, – нереально.

Резервисты просто перестанут являться на службу. Их количество будет постоянно сокращаться.

В этой ситуации Израилю не остается ничего другого. Распределение бремени армейской службы должно становиться более равномерным.

Свою долю в это дело должен внести и национально-религиозный лагерь, отказавшись от сокращенного срока службы для учащихся армейских йешив («йешивот эсдер»).

По данным доктора Ариэля Финкельштейна из Израильского института демократии, таким образом служат в армии около 40% религиозных мужчин. Разумеется, нужно будет расширить призыв религиозных девушек – сегодня служат только 27% из них. Нынешняя война подтвердила важную роль, которую играют девушки в боевых частях. Как сообщила пресс-служба ЦАХАЛА, 27% женщин выполняют в армии те же функции, что и мужчины. События последних месяцев доказывают, что эта цифра может быть выше.

Количество нерелигиозных израильтян, получающих освобождение от армии по психологическим причинам, тоже может быть значительно меньше.

И наконец, ЦАХАЛ должен найти способ лучше использовать человеческий потенциал в– так, чтобы служить в резерве оставалось больше, чем 25% отслуживших срочную солдат.

Эти шаги требуют значительных усилий от ЦАХАЛа и всего израильского общества. Но сделать их необходимо – иначе резервисты не выдержат ложащейся на их плечи нагрузки. Не выдержит этого и израильская экономика. И, разумеется, основное усилие должно быть направлено на привлечение к службе в армии ультраортодоксов. Удачи нам в этом деле.

Мейрав Арлозоров, TheMarker, Б.Е. Фото: пресс-служба ЦАХАЛа