«Робин Гуды наоборот»: забрать у общества и отдать богачам

Хотя и с десятилетним опозданием, но все же Банк Израиля, наконец, демонтировал «контрольное ядро» банка «Хапоалим» Шери Арисон, главного акционера этого крупнейшего банка страны, которая согласилась отказаться от контроля над ним. В скором времени она продаст на бирже или в результате внебиржевой сделки свои акции по рыночной цене. После того, как уже продала контрольный пакет в компании «Шинуй в’бинуй» по цене на 13 процентов ниже рыночной.

Арисон почти никогда не дает интервью. Но ее адвокат Пини Рубин на днях сказал в интервью «Галей ЦАХАЛ» (предупредив, что не представляет в данном случае ни Арисон, ни ее банк), что хотел бы видеть еще несколько десятков таких магнатов в государстве Израиль. Тогда бы, по его мнению, израильская экономика выглядела иначе. «Арисон — то, что нам надо» — убеждал адвокат.

Удивляют та скорость и легкость, с которой в общественном сознании укореняются такие идеи! Мысль Рубина проста и потому сразу покоряет сердца. В чем нуждается экономика? В инвесторах. Кто эти инвесторы? Конечно, богатые люди. Сколько таких богачей, как Арисон? Немного. Значит, чем больше их будет, тем лучше будет положение.

Однако эта формула в корне ошибочна. И хотя все в ней выглядит логичным, ее связь с реальной экономической ситуацией почти эфемерна.

Начнем с вкладчиков. В инвесторах типа Арисон Израиль нуждался в первые годы становления государства, когда развивающемуся рынку требовались вливания извне, в иностранной валюте. Сегодня это уже перестало быть актуальным: Израиль окончательно интегрирован в международный рынок капитала, имеет грандиозные валютные резервы и положительное сальдо платежного баланса. Инвесторы приходят в Израиль не по сионистским побуждениям, а потому, что осознают возможность получить тут прибыль. Большая часть инвестиций осуществляется транснациональными корпорациями, потому что они верят в таланты и возможности израильтян.

Инвесторы бывают финансовыми — как Арисон, и стратегическими — как Amazon, Intel, Google, General Motors и другие транснациональные компании, которые пришли в Израиль за последние 20 лет. Анализ вложений финансовых инвесторов показывает, что их вклад в экономику был очень низким, если и вовсе не отрицательным. Большинство таких инвесторов купили монополии или компании, обладающие большой рыночной силой, подняли цены, попользовались ими — и при первой же возможности продали их. Примеры — «Тнува» и «Безек», которые были куплены и проданы инвестиционным фондом «Aйпекс».

Группа, купившая банк «Хапоалим», ничем не способствовала развитию экономики Израиля. Американские инвесторы из «контрольного ядра» ушли около десятилетия назад, семья Данкнер принесла, в основном, коррупцию и скандалы, Арисон и ее люди тоже ничего заранее банку не дали. Инвесторы, которые вносят реальный вклад в экономическое развитие — не богачи, подобно Арисон, а компании, обладающие интеллектуальной собственностью, профессиональными навыками или возможностями международного расширения. В большинстве случаев в таких компаниях никто не имеет контрольного пакета акций. А когда контрольный владелец все же есть, это, как правило, основатель, имеющий исключительный управленческий, профессиональный и технический опыт — такой, например, как Джефф Безос, основатель компании Amazon.

Финансовые магнаты, вроде Арисон, Данкера или Офера, более подходят для развивающихся экономик, характеризующихся менее развитыми рынками капитала. Так что единственная причина, по которой многие в Израиле оказались готовы принять предположение, что такие, как Арисон, продвигают экономику — в том, что это проплачено: вокруг таких магнатов в последнее десятилетие сложилась эко-среда из консультантов, бухгалтеров, адвокатов, PR-агентов, которая обогащается, продавая эту «сказку» журналистам, регуляторам и политикам.

Фото: Роман Позен

Рубин, который в 2018 году хочет, чтобы у нас были десятки шери арисон, повторяет слова издателя «Йедиот ахронот» Арнона (Нуни) Мозеса, сказанные им около десяти лет назад: «Дай Бог чтобы у нас было сто нохи данкнеров». В обоих случаях речь идет о двойной ошибке. Во-первых, Арисон, как и Данкнер, оказалась замешанной в чрезвычайной ситуации: она назначила председателем банка человека, который попал в тюрьму, а ее строительная компания фигурировала в широкомасштабном расследовании о взяточничестве в огромных масштабах.

Во-вторых, фраза «десятки арисон» и «сто данкнеров» сама по себе полна обмана. Арисон не попала бы в эту ситуацию, если бы у нас были десятки таких, как она. И Данкнер не отправился бы в тюрьму, если бы было сто таких же. Но арисоны и данкнеры получают свою силу именно благодаря тому, что являются единственными. Есть только одна Шери Арисон, только один Нохи Данкнер или Элиэзер Фишман. Потому что у нас есть два банка, контролирующих 60 процентов рынка банковских услуг,  три холдинга — «Хевра ле-Исраэль», IDB и «Делек», пять страховых компаний и одна газовая монополия. Кстати, наличие холдинговых компании тоже более характерно для менее развитых рынков, на которых инвестиции осуществляются на основе личных отношений, а не в условиях конкурентного рынка, открытого и прозрачного.

Так что израильской экономике не нужны арисоны, данкнеры или фишманы. Она нуждается в бизнесменах, которые будут создавать новые заводы и предприятия; в лучшей системе образования, которая выпустит менеджеров, инженеров и ученых, способных создать новые старт-апы; в людях, которые демонтируют монополии и картели, ослабят олигополию и уберут преграды на пути конкуренции; в регуляторах, которые инициируют законодательство, защищающее потребителей, инвесторов и работников; в профкомах, которые защищали бы всех рабочих, а не только маленькие и сильные группы по модели Гистадрута.

А также наша экономика нуждается в политиках, которые не побоятся выйти на войну против заинтересованных лиц, которые увеличивают нагрузку на налогоплательщика, гребут бюджеты, предназначенные на социальную защиту, и предоставляют обществу услуги отвратительного качества. Израильская экономика также нуждается в резком расширении инфраструктуры — транспортной сети, систем здравоохранения и социальной защиты. Причем, большинство этих работ должны финансироваться государством, как это принято в большинстве стран Запада, кроме США.

А такие, как Пини Рубин, похожи на Робин Гуда наоборот: их задача — забрать деньги у общества и отдать богачам. И хотя многие из них — прекрасные собеседники, а речи их гладки и убедительны, пришло время проститься с ними и оставить полемику людям, которые черпают вдохновение в служении широкой общественности, а не нескольким десяткам клиентов с яхтами и частными самолетами.

Гай Рольник, TheMarker. Фото: Нир Кейдар. На фото: Шери Арисон


Реклама

Анонс

Реклама


Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend