Режиссер о своем решении покинуть страну: «Я отказываюсь доказывать свою любовь к Израилю»

Престижный Каннский кинофестиваль открылся 7 июля демонстрацией нового фильма Надава Лапида «Колено», который заслужил множество теплых отзывов. Просмотр фильма проходил в рамках официального конкурсного показа.

Фильм перекликается как с жизнью самого Лапида, так и с израильской реальностью: его герой – кинорежиссер из поколения 40-летних, который ухаживает за больной матерью, чьи дни сочтены (мать Лапида, монтажер Эра Лапид, скончалась три года назад в разгар работы над его предыдущим фильмом «Синонимы»).

Политическая реальность фильма один в один совпадает с периодом, когда пост министра культуры занимала Мири Регев и люди искусства были вынуждены бороться за свободу художественного выражения, постоянно находившуюся под угрозой.

Как и в предыдущих фильмах, кинематографическая виртуозность Лапида присутствует и в «Колене» – она впечатляет, но при всей своей смелости и увлекательности вызывает эмоциональное отчуждение. Как всегда, когда дело касается политики, его критика прямолинейна, он не пытается быть приятным или смягчить тяжелую израильскую реальность.

Быть может, естественным образом эта критика находилась в центре пресс-конференции, проведенной на следующий день Лапидом, который решил покинуть Израиль и перебраться во Францию. В ходе пресс-конференции кинорежиссер ответил на вопросы журналистов:

– Ваш фильм очень критически настроен по отношению к политической ситуации в Израиле и опасности, которой подвергалась свобода художественного выражения в дни правления предыдущего правительства. Не является ли эта критика одной из причин, которая повлияла на ваше  решение покинуть Израиль и перебраться во Францию?

– Мне неловко говорить об этом, потому что, с моей точки зрения, речь не идет о каком-то смелом политическом шаге. Я всегда ощущал себя в Израиле дома, и сейчас тоже, несмотря на трудности, которые там существуют. Возможно, мое решение связано с рождением сына и я хочу, чтобы он познакомился с другими местами, как Y (герой фильма «Колено», роль которого исполняет Авшалом Полак) говорит в фильме, что есть в мире другие страны и он прекрасен.  Вот я и хочу, чтобы он отведал красоту мира во Франции и сам для себя решил. Я не хочу, чтобы он жил только в одном месте, которое под конец станет для него клеткой. Я и сам чувствую, что устал от этой бесконечной двойственности. Чувствую, что хочу видеть солнце, и не только – израильское.

– Что вам нравится в Израиле?

– Я в меньшей степени интересуюсь собственно местами, чем следом, который они оставляют на людях, там живущих, в данном случае – в Государстве Израиль. Это меня интересует больше, чем говорить о самом Израиле. Я отказываюсь вступать в этот спор, отказываюсь доказывать, что люблю Израиль, я вообще не знаю, должны ли люди любить свои страны. Я не раз был свидетелем того, как израильские деятели искусства, чуть ли не извиняясь, говорят, что они – лучшие посланники нашей страны. Но я не посланник и не хочу им быть, я думаю, что был бы скверным посланником. Я думаю, в фильме сильно ощущается сочетание противостояния и близости по отношению к этому месту.  Я был потрясен степенью этой близости, когда увидел ее на экране, потому что когда я писал сценарий, я сказал себе: на этот раз – без раздвоенности.  Тем не менее, это чувство близости к Израилю как-то прокралось в фильм и в то, как оно отражается на экране. Что и говорить, это — больное общество, но оно наше.

Новый фильм Лапида открывается очень красивой сценой, из которой становится ясно, почему в последние годы он стал желанным гостем на европейских кинофестивалях. На этот раз речь идет о сотрудничестве Лапида с оператором фильма Шаем Гольдштейном: камера следует за мотоциклистом, который, как скоро выясняется, оказывается мотоциклисткой, спешащей на кинопробу. Мотоцикл под проливным дождем мчится по шоссе, вода размывает изображение, образует пятна, которые его искажают, и фронтальный портрет мотоциклистки превращается в некое динамичное переменчивое изображение – моментальный снимок реальности, который одновременно отражается в камере и распадается на мельчайшие элементы.

Подобно этому и «Колено» отражает израильскую реальность в целом, но также разбивает ее на обманчивые осколки, которые, соединяясь, расказывают новую историю, одновременно похожую и непохожую. Y оказывается в Араве как раз в то время, когда он работает над фильмом, посвященным истории палестинской активистки Ахед Тамими, которая три года назад демонстративно на камеру надавала пощечин солдатам ЦАХАЛа – и эта сцена в реальном времени вышла в интернет. Название фильма – «Колено» – Лапид извлек из «твита» депутата кнессета Смотрича, заявившего, что Ахед Тамими заслужила пулю в колено.

В разгаре кинопроб к фильму эксцентричный режиссер отправляется в Араву в рамках государственного проекта, где деятелям исккусства платят за то, чтобы они демонстрировали свои произведения жителям того или иного населенного пункта. Оказавшись в Араве, Y встречает Яалом (Нур Пивак в прекрасно сыгранной роли), чиновницу министерства культуры, которая требует, чтобы он подписал документ, вызывающий у него ярость своей политической направленностью: согласно этому документу, Y должен определить содержание своего фильма, используя политизированный набор слов, отражающий националистическую правую позицию, игнорирующий оккупацию и поворачивающийся спиной к палестинцам. Y сближается с Яалом, но также пытается использовать ее для того, чтобы противостоять позиции, которой та служит.

Более ранние фильмы Лапида, «Сторож» и «Воспитательница», завоевали успех и были отмечены многочисленными премиями в Израиле и за рубежом, но в число центральных фигур современного кино он попал два года назад благодаря своему фильму «Синонимы», получившему «Золотого медведя» – главную премию Берлинского кинофестиваля. В нынешнем году он был приглашен на Каннский фестиваль не только для участия в официальном конкурсе, но и для того, чтобы продемонстрировать еще один свой фильм, «Звезда», который он снял во время корона-кризиса. Вечером 8 июля состоялась его премьера.

Нирит Андерман, «ХаАрец», М.Р. На снимке: Надав Лапид. Фото: Моти Мильрод˜