Политическое самоубийство министра культуры

Формально не было никаких оснований для того, чтобы так называемый, «Закон о лояльности в культуре» был внезапно снят с повестки дня Кнессета и не стал достоянием народа. Более того, 70 процентов израильтян поддерживают его. Все правые фракции, представленные в коалиции,  а сегодня – и в оппозиции,  проголосовали за его утверждение в первом чтении, и, даже юридический советник правительства «благословил» принятие этого закона.

Впрочем, мы уже видели противоречивые и «неперевариваемые» законы, которые допускают различные толкования, и пополняют собой свод законов, подобно закону о «Накбе», принятому в 2011 году.

Отставной цензор и министр культуры Мири Регев обратилась в Минфин с просьбой  передать ей особые полномочия надзирающего характера, чтобы она – накануне праймериз в «Ликуде»,  смогла посеять страх и ужас в среде деятелей культуры, а также руководства различными заведениями в сфере культуры.

Однако, неделю назад коалицию «ампутировали», оставив ее в минимальном формате с 61 депутатом кнессета.

Это – новая ситуацию, требующая иных правил поведения: осторожности нейрохирурга, деликатности кружевницы и чувствительной интеллигентности педагога-психолога.

Это, простите, не совсем точная копия леди, которая возглавила министерство культуры и спорта.

Утверждение законов в парламенте в столь нестабильный период,  когда у всех перед глазами маячат близкие выборы,   требует серьезной закулисной работы.

Из выступления Регев в Кнессете следует, что кто-то, как делается в этих случаях, не заметил перемен, оставив прежнюю градацию – 66 вместо 61. Как верно заметил по этому поводу подследственный депутат Давид Битан («Ликуд»): «Мы хотим, чтобы правительство продержалось до мая будущего года. Зачем она проводит пресс-конференцию, подливая масло в огонь? Не нужно провоцировать антагонизм».

Совершенно дикие нападки на самого важного партнера в коалиции Нетаниягу – Моше Кахлона, которого госпожа министерша обвинила «в передаче денег террористам и ненавистникам Израиля», свидетельствуют о полной потере самоконтроля.

Если у Регев и был какой-то небольшой шанс на то, чтобы сохранить жизнь ее закону, то она сама, своими собственными руками, похоронила его, как если бы человек, который выпускает птицу на свободу, вдруг, ни с того, ни с сего, вонзил бы ей в сердце острый нож.

Мы никогда не узнаем, получила ли Регев какое-то благословение на этот поступок от премьер-министра, поскольку она редко проявляет какую-либо независимость, без инструкций из премьерской резиденции на улице Бальфур в Иерусалиме.

Существуют непопулярные законы, которые Кнессет одобряет, исходя из личных и политических качеств конкретного министра. Но, когда предложение исходит от Регев, чьи тирады направлены против искусства и чье знамя – грубость, а распри – торговая марка, партнеры не торопятся ей помогать. Возможно, если бы она была более спокойной и приветливой, результат был бы другим.

Поражение Регев вызвало злорадство в правительстве и в Кнессете, а проведенная пресс-конференция показала ее во всей красе лучше любой газетной статьи.

Сразу после того, как Регев обвинила в своем провале Моше Кахлона и Авигдора Либермана, будто они – подчиненные, работавшие под ее началом, состоялось заседание парламентской фракции «Ликуда». Выступавший там Биньямин Нетаниягу рассказал, как пообщался с новобранцами на призывном пункте – ритуал, в котором, как правило, принимает участие любой вновь назначенный министр обороны. Однако, он ни слова не сказал о попранном знамени своей близкой соратницы. И это понятно: Нетаниягу не любит соотносить себя с неудачами. Если бы закон прошел, мы, безусловно, услышали бы от него хвалебные заявления о достигнутой победе.

Однако, было бы несправедливым возлагать всю вину за фиаско только на Мири Регев. У провала есть еще и «отец», и зовут его… Нетаниягу. Еще до того, как министр культуры провела свою пресс-конференцию, во время другой пресс-конференции, созванной Авигдором Либерманом, последний раскрыл суть сделки: канцелярия премьер-министра берет на себя обязательство, что парламентская фракция «Ликуда» поддержит законопроект о смертной казни для террористов, – как говорится, «на голубом глазу», – в обмен на то, что фракция НДИ поддержит так называемый «закон Гидеона Саара» (о сокращении полномочий президента страны).

Вот – подоплека. Право и идеология не столь важны для Нетаниягу, они скучны для него. Он готов продвигать закон, который обяжет президента вручить только ему мандат на формирование нового правительства. По словам Либермана, это – не идеология, а забота о собственном кресле; говоря об этом на пресс-конференции, он вдруг ни с того, ни с сего,  видимо, для того, чтобы покуражиться, добавил: «Мы знаем Мири Регев, она с такой же страстью продвигает свои интересы, с какой выступала в поддержку размежевания в Газе».

Йоси Вертер, «ХаАрец», М.К. К.В.

Фото: Мегед Гозани.


Реклама

Анонс

Реклама


Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend