Накануне потопа

По всей видимости, в конце концов ничего не изменится. Но пока мы доберемся до этого конца, он нас угробит. Например, выборы. Нас застали врасплох. Постучали в дверь в зимний субботний денек, разбудили от сладкого послеобеденного сна и швырнули в нас выборами. Мы в ужасе вскочили. Проверили. Обнаружили, что у нас в шкафу нет никакой повестки дня, кроме «Биби – вали домой!» С этим мы пойдем на выборы, но знайте, что, в конце концов, это сработает. Ведь, в конце концов, он уйдет. Он уйдет до обвинительного заключения или после, или во время суда.

Как приятно думать о той минуте, когда это случится. Выйдет солнце, распустятся цветы. Дни будут так хороши, и на минуту мы забудем, что он ушел. Но с нами все еще будут оба Каца, Саар и Регев, Беннет и Шакед. И запомните, что его трюки мы уже знаем, а их – еще нет.

Даже после того, как он уйдет, мы продолжим верить, что «положение необратимо» и делать нечего. Ничего не поделаешь, о ком бы ни шла речь: арабах, ультраортодоксах и бедняках. Предпочтительным девизом выборов будет «Обещаем ничего не менять!» А также «Мы обещаем преемственность».

Преемственность будет и после него тоже. Он уйдет, но оба Каца останутся с нами так же, как Регев, Беннет и Шакед, и Орен Хазан. Никто из них не уйдет домой. Не потому, что они могут предложить что-то новое. Не говоря о том, что из всех их предложений до сих пор не вышло ничего хорошего. Как и с Биби, который неустанно предлагает все забыть – мол, давайте скажем, что это был дурной сон.

Мы знали, что это не сон. Мы хотели перемен, но потом посмотрели вокруг и увидели Саара, Лапида, Беннета и Шакед. Если так, сказали мы, этого нам не надо. Мы убедились в одном: мало того, что не с кем добиваться перемен, так, может, и вообще не стоит это делать. Смирились с тем, что власть продажна, и капитулировали. Да здравствуют продажные! Ладно, черт с вами, но только не делайте это с вышки. Воруйте, когда мы смотрим в другую сторону. Говорите, что все по закону, только не забудьте заранее его изменить. Мы видели измененные законы. Видели новых судей, национально ориентированных и послушных. Хорошо, скажем мы, пусть будет так, но только поделикатнее, засуньте их нам, как при колоноскопии. Чтобы не было больно, чтобы мы ничего не чувствовали, чтобы проснулись как-то утром, и Йорам Шефтель уже был в Верховном суде.

Но подождите, пока рассеется дым от «драматической речи», которая подготовила почву для миллионной демонстрации Амсалема, подождите до аннулирования «французского закона», до того, как у них закончатся все трюки. Ведь, в конце концов, он уйдет. Подождите и посмотрим, что тогда случится с честностью, да, с обычной человеческой честностью, которая есть у каждого, хотя у политиков – меньше. Вот тогда у нее наступит расцвет, вот тогда она станет мерой всего.

Она придет вместо глупости, невежества и безразличия. Вы хотели «честных»? Получите. У нас есть для вас честные генералы. Неумные, неопытные, необразованные, но честные. Настолько честные, что если вы их перевернете, поднажмете сверху, надавите снизу, и хорошенько встряхнете, то не выжмите из них ничего, кроме «Нет – экстремизму!», а также «Хватит насилия!»

Настоящая заваруха начнется после того, как он уйдет. Тогда мы окажемся лицом к лицу друг с другом: скажем, левые против правых, но поймем, что это религиозные националисты против светских либералов. Это будет столкновение – не полемика. Столкновение, которое выплеснет наружу все то, что мы годами загоняли в подкорку – тот факт, что нас разделяет не различие мировоззрения, а совсем другие бездны.

Мы знали, что нет никаких идеологических баталий, но подавляли эту мысль. Намеренно подавляли тот факт, что нет никакой связи между нашими спорами и оккупацией, и законом о всеобщей воинской обязанности, и газовом плане. Знали, что это будет столкновение, полное ненависти, которая 70 лет варилась на медленном огне и сейчас дошла до кондиции. Мы взращивали ее, пробовали на вкус и на цвет. Вкушали ее в «Фэйсбуке» и в «Твиттере», и сейчас мы заряжены и переполнены ею, как дворовый хулиган. Мы встанем друг против друга с голыми руками без всякой болтовни о мировоззрениях и мнениях.

Это будет местная, смягченная версия войны цивилизаций. С одной стороны – белое племя. С другой – народ. Но это – не армии, и результат известен заранее. Столкновение закончится, еще не начавшись. Нет больше белого племени. Кончилось. Развалилось, удрало в Амстердам, в Берлин и в Нью-Йорк. Племенной коллектив давно распался, но все еще бежит, как курица с отрезанной головой, пока не рухнет.

Йоси Кляйн, «ХаАрец», Р.Р. К.В. 

Фото: Эйяль Варшавский.


Анонс

Реклама



Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend