Разобрать и создать заново систему просвещения

Перед системой просвещения во всем мире стоят три важнейшие задачи. Во-первых, сложившуюся в середине XIX века структуру школьной программы необходимо приспособить к нуждам XXI века. Во-вторых, всем учащимся нужно предоставить равные возможности, и, в-третьих, в центре учебного процесса должен оказаться человек – не только в классе, но и в самом широком контексте демократической культуры.

Израиль на всех этих направлениях уже в течение долгих лет терпит сокрушительный провал. Ответственность за это возлагается то на директоров школ, то на учителей, то на учащихся и их родителей, то на демографию, социально-экономические разрывы и израильское лето.

Но одна причина продолжающегося краха остается неизменной: это — министерство просвещения, сконцентрировавшее в своих руках все управление системой. Оно прогибается под тяжестью своего мнимого величия: чиновники искренне считают, что если они, например, не опубликуют план изучения истории, учителя не будут знать, что и как преподавать.

Чиновников можно понять: справиться с управлением системой они не могут, и единственное, что им остается – это искать виновных в собственных просчетах. Хаос эпидемии коронавируса отчетливо выявил следующую задачу – разобрать и заново выстроить министерство просвещения.

В Израиле, как и в других странах, система образования служила важнейшим инструментом для формирования нации. Это стало оправданием официально принятой концепции, в соответствии с которой все школы в стране должны действовать по указке сверху. Возможно, это было обоснованно во времена британского мандата или в первые годы независимости Израиля.

Спустя 72 года пришло время внести коррективы в исходную установку: школы знают, как учить детей, не хуже, чем министр просвещения и гендиректор его министерства, которые сидят в Иерусалиме в окружении поддакивающих им чиновников. Эта тенденция обозначилась уже давно, но нынешний кризис выявил ее с особой силой, сегодня она очевидна для всех. Министерству просвещения более не доверяют, ему осталось только выпускать директивы и циркуляры.

Первые же дни после закрытия школ вследствие эпидемии коронавируса обнаружили следующее: без отправленных в отпуск инспекторов и инструкторов урок может продолжаться менее 45 минут, и это никак не влияет на качество преподавания и усвоение учебного материала. Выяснилось, что в школах есть место творческому подходу и личной инициативе – и учеников, и учителей. Это только часть положительных результатов, которые приносит автономизация системы просвещения, уже давно успешно опробованная в Финляндии и в канадской провинции Онтарио.

Но в Израиле в обычное время ничего подобного не происходит. В течение нескольких дней министерство просвещения осознало «опасность», которую таит выход школ из-под его тотальной власти, и опубликовало жесткий план действий. Только общественная критика, вызванная, главным образом, несоответствием этого плана реальности, а не принципиальными соображениями, вынудила министерство смягчить свои позиции. За порядком нужно следить, и за дисциплиной – в первую очередь.

В министерстве просвещения любят говорить о прогрессивных принципах – и поступать совершенно наоборот. Так был подорван декларируемый минпросом принцип интеграции; повышенные взносы, уплачиваемые родителями учащихся наполовину частных школ и классов для одаренных детей лишили смысла всю систему государственного образования; система управления поставила себе на службу все учебные заведения, начиная с детских садов и начальных школ и кончая гимназиями, и с помощью бесчисленных инспекторов и бюрократических процедур жестко управляет подведомственными ей учреждениями.

Это полная противоположность тому, что нужно современной системе просвещения. И, разумеется, это особо актуально для Израиля – страны, для которой мультикультурализм является основой ее существования.

Израильское общество расколото по любому возможному принципу – национальному, религиозному, социально-экономическому. Это находит выражение и в системе просвещения, в огромном разрыве между различными школами и классами. Каждое «племя» существует само по себе. В этой ситуации существование авторитарного министерства просвещения, пытающегося диктовать всем единые правила, представляет собой очевидную опасность. Это – иллюзия, во имя которой все министры просвещения, и в особенности – последние, представляющие правый лагерь, стремятся подавить любую инициативу и воспрепятствовать воплощению интересов любой отдельной группы израильтян, будь то арабы или светские евреи.

Противники школьной автономии – настоящей, а не фальшивой, из распространяемых минпросом пресс-релизов – утверждают, что у стандартизации есть свои преимущества. Например, она якобы способствует сокращению разрыва между различными учебными заведениями. Это не соответствует действительности и в обычное время, и, в еще большей степени, сейчас: достаточно вспомнить результаты последних экзаменов PISA, продемонстрировавшие, что в Израиле разрыв в знаниях учащихся самый большой по сравнению с другими странами-участницами этих экзаменов.

Можно поразмышлять также о том, как при планировании системы удаленного обучения министерство просвещения проигнорировало примерно четверть израильских семей, в которых нет интернета (по данным ЦСБ). Так Израиль получает двойной удар: и непроходимую бюрократию, и постоянно увеличивающиеся разрывы.

Эту анахроническую систему управления необходимо сменить на плюралистическую. Ответственность за функционирование школ нужно передать местным советам. Система просвещения – это не завод. Используя лексикон этих дней, скажем, что нам необходимо «сгладить пирамиду». Ужатое и децентрализованное министерство просвещения должно заниматься финансированием учебных заведений (предпочтение при этом должно отдаваться школам, чьи учащиеся представляют социально слабые слои населения) и обозначением их целей. То, как эти цели будут достигнуты – дело работников этих самых учебных заведений. Они знают, что им для этого нужно сделать.

Министры просвещения добровольно не откажутся от сосредоточенной в их руках силы. Школьные преподаватели и родители должны сами заявить, что правила игры изменились.

Ор Кашти, «ХаАрец«, Б.Е. Фотоиллюстрация: Моти Милрод˜