Главный » В Мире » Ближний Восток » Путин-Асад: танго на крови
AP photo

Путин-Асад: танго на крови

На прошлой неделе Россия наложила вето на резолюцию Совета безопасности ООН, в которой говорилось, что все пограничные переходы между Сирией и Турцией продолжат работать для конвоев с гуманитарной помощью, следующих в курдские районы, а также в области, контролируемые повстанцами. Россия и Китай также выступили против компромиссного предложения, по которому для этой цели остались бы открытыми только два перехода; они требовали только одного, и чтобы он был под контролем Сирии.

Это означает, что вся помощь в Сирию пойдет через турецкую границу в Дамаск, который будет распределять ее в соответствии со своими критериями. Это — новый рычаг давления, который Москва пытается использовать для разрыва связей между курдами и США, а также для оказания давления на провинцию Идлиб, в которой насчитывается около 50 000 повстанцев.

Американские войска в северо-восточной Сирии, расположенные в местах сосредоточения курдских повстанцев, теперь также будут испытывать трудности в преодолении экономической блокады, которую Россия установила в регионе, если только в Вашингтоне не решат непосредственно противодействовать сирийским силам. Курдам, которые на первый взгляд находятся под защитой США, совершенно ясно, кто на самом деле контролирует этот район.

На прошлой неделе командующий курдскими силами Мазлум Абди встретился с командующим российскими войсками в Сирии Александром Чайко, чтобы попросить его прекратить атаки турецких беспилотников на курдские провинции и помочь в доставке гуманитарной помощи. Три дня спустя Абди встретился с Кеннетом Маккензи, командующим Центральным командованием США, чтобы «координировать с ним продолжение войны против сил ИГ».

Война против ИГ, несмотря на заявления о победе над ним еще около года назад, все еще продолжается. Хотя организация больше не контролирует крупные территории в Сирии или в Ираке, ее отряды продолжают совершать теракты, что дает Вашингтону законные основания держать свои войска в северной части Сирии и Ирака.

Но силы, которые фактически сражаются с ИГ — это именно курды, которые противостоят не только террористам, но также проиранским ополченцам, действующим в районе Дейр-эз-Зор близ Ирака, и подразделениям сирийской армии. Россия стремится разрушить тесные связи между Вашингтоном и курдами, чтобы заставить курдов принять свою политическую программу восстановления контроля Асада над всей Сирией.

С этой целью в апреле Россия провела серию встреч с лидерами арабских племен в северной части Сирии и предложила им создать свои собственные вооруженные силы, которые будут подчиняться российскому командованию, но те отклонили это предложение. Арабские вожди подозревают, что Россия намерена создать формирования, которые в конечном итоге будут отправлены в Ливию, чтобы участвовать там в войне против правительства Триполи.

В то же время Москва прикладывает усилия, чтобы убедить курдское руководство отказаться от поддержки Соединенных Штатов. В Кремле заявляет, что в обмен на это курды будут пользоваться его политической поддержкой, получат обязательство стать неотъемлемой частью политического процесса и станут партнерами в будущем сирийском правительстве, созданном по окончании войны.

Уже состоялось несколько встреч при посредничестве России между курдами и представителями сирийского правительства, но пока безрезультатно. Таким образом, курды тоже не спешат принимать предложения Москвы, а когда российские войска попытались построить военную базу около города Малкия в северо-восточной Сирии, они столкнулись с сильным противодействием курдов и были вынуждены отступить.

Около года назад Абди заявил, что курды не могут доверять русским, но не будут выступать против «дипломатического пути, поскольку это — единственный путь к прекращению войны. Но его разблокирование зависит не только от курдов».

Сам Башар Асад никуда не спешит. Принятие новой конституции, проведение выборов и создание нового правительства означает сокращение его полномочий и абсолютное подчинение России. Хотя и сегодня Асад вынужден соблюдать указания Москвы, предоставлять России экономические привилегии в обмен на нефть и военную помощь, терпеть, стиснув зубы, когда Израиль атакует иранские цели на его территории, и мириться с захватом Турцией сирийских провинций.

Но в обмен на это он остается у власти и сохраняет режим, унаследованный от отца. С его точки зрения, Россия еще не выполнила свою миссию. Она не вынудила турок вывести повстанческие отряды из провинции Идлиб и не усмирила курдов — следовательно, необходимость политического решения еще не наступила.

Позиция Сирии заключается в том, что, если Россия стремится к принятию новой конституцию и хочет, чтобы Асад пошел на политические уступки, она должна достичь того, чтобы оппозиция сложила оружие, а Турция и США вывели свои силы из страны. На первый взгляд, у Асада нет козырей на переговорах с Россией, но у него есть гражданский контроль над большинством районов Сирии и армия, большая часть которой все еще остается ему верна — а у России пока нет альтернативного сирийского лидера, который мог бы сделать для нее нужную работу.

Цви Барэль, «ХаАрец», В.П.
Фото: Mikhail Klimentyev, Sputnik, Kremlin Pool Photo via AP˜

 

Реклама

Анонс

Реклама

Партнёры

Загрузка…

Реклама

партнеры

Send this to a friend