Вторник 09.03.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    591115_School_corona_Tomer_Appelbaum

    Чем кончится Война Судного дня с «короной»

    Как утверждает профессор Леви из международной бизнес-школы при Массачусетском технологическом институте, израильтяне прыскают со смеху, заслышав его имя: Рецеф (ивр., непрерывность, набор последовательных элементов с общим знаменателем). Однако, по всей видимости, склонность родителей Леви к эпатажу выразилась не только в странном имени, которое они дали своему сыну, но и в некоей инаковости, также переданной ему по наследству.

    Именно этим можно объяснить тот факт, что Леви бросил вызов израильскому правительству, министерству здравоохранения, экспертам, консультирующим правительство по корона-кризису и, конечно же, лицам, принимающим в правительстве, связанные с управлением в период кризиса. Он сравнивает ситуацию с Войной Судного дня и утверждает, что правительство отказалось от принципа рассмотрения множества вариантов при принятии решений и тем самым капитулировало перед обстоятельствами.

    Леви знает, о чем говорит. Его академическая специализация – исследования, касающиеся вопросов эффективности и управления рисками, особенно в системах здравоохранения. В США он консультирует больницы, а также FDA (Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США).

    Учитывая опыт работы Леви и его специализацию, министр образования Йоав Галант обратился к нему с просьбой присоединиться к группе экспертов, консультирующих это ведомство в период эпидемии во всем, что касается функционирования системы образования. Леви убежден, что схема, разработанная министерством – разделение на капсулы, вентиляция классных комнат, постоянный отбор проб в школах, включая отбор проб канализации, – вполне безопасна и должна была способствовать эффективной деятельности системы образования. Несмотря на это, во время третьего карантина школы снова закрылись.

    В течение полутора месяцев Леви участвовал в обсуждениях на правительственном уровне во всем, что касалось системы образования. По его мнению, процесс принятия решения – непрофессионален. Он непрозрачен и базируется на представлении, что единственная реакция на эпидемию –  введение тотального карантина. При этом не предпринимается никаких попыток идентифицировать очаги инфекции и действовать дифференцированно только против них.

    «Я не понимаю, какова стратегия, – удивляется Леви. – Если бы Израиль ввел режим, подобный тому, который ввели в Австралии, – четырехмесячный карантин, чтобы достичь нулевого коэффициента инфицирования, – я не согласился бы с такой политикой, но хотя бы понял, о каких намерениях идет речь. Но Израиль каждый раз вводит изоляцию своих граждан на три недели, ничего не добиваясь и не проводя никакой особой политики. И так – до следующего карантина».

    Без прозрачности и без данных

    Эта «политика аккордеона» – то сдвигать мехи, то раздувать, – как хорошо ее определил премьер-министр Биньямин Нетаниягу, обречена, поскольку не работает против очагов инфекции.

    «Спустя почти год мы знаем, что главный источник инфекции – это скопления людей в помещении и без масок, – подчеркивает Леви. – В Израиле очевидно, что главными источниками инфицирования стали массовые свадьбы и система ультраортодоксального образования, не предполагающая социальное дистанцирование, особенно в йешивах. Меры следовало предпринимать для того, чтобы локализовать эти источники, но в Израиле поступили наоборот. Закрыли малый бизнес и систему образования – без доказательств того, что именно они служат источником инфицирования и не следуют запретам на массовое скопление людей. То есть закрыли там, где это можно сделать очень легко, и в то же время не тронули очаги заражения».

    Леви обвиняет минздрав в пренебрежении необходимыми данными и в нежелании сотрудничать с министерством образования, чтобы выяснить, вызван ли высокий уровень инфицирования, зафиксированный в системе образования, распространением инфекции в школах или распространением инфекции в семье.

    Леви ссылается на одно из исследований на эту тему, в ходе которого изучалось, как возвращалась после снятия карантинных ограничений система образования в мае 2020 года. Так вот, выяснилось, что в то время открытие системы нисколько не сказалось на увеличении уровня заболеваемости. С другой стороны, есть противоположное утверждение, заключающееся в том, что именно минпрос отказывался сотрудничать с минздравом в проведении подобного рода исследований. В любом случае очевидно, что такого рода серьезных и обстоятельных исследований, ставящих своей целью выяснить, что же происходит в системе образования – не проводилось.

    Леви также обвиняет в эпидемии и израильскую профессуру – дескать, их модели прогнозирования тоже недостаточно прозрачны и напрасно сеют панику.

    По словам Леви, объяснение того, почему за последние две недели в больницах резко скакнула кривая летальных исходов, излишней загруженностью – отражает непонимание специфики работы больниц.

    «Когда пациентов много, порог госпитализации повышается. Госпитализируются только более тяжелые пациенты. И, разумеется, уровень смертности неизбежно вырастает. И это не потому, что лечить стали хуже, а потому, что увеличивается поток тяжелобольных», – поясняет он.

    Однако то, что предлагает делать Леви, учитывая ситуацию в больницах, кажется слабым местом в его аргументации. Скажем, не убеждает такое предложение, как мобилизация врачей-пенсионеров. Вряд ли медперсоналу придется по нраву его совет, направленный на снижение нагрузки – сделать это за счет средств защиты. Он утверждает, что, к примеру, ведущие больницы США пошли по пути уменьшения объема этих средств, оставив только как основную защиту маску N95 и защитный экран. Кроме того, Леви указывает, что американцы сократили срок изоляции до 5 дней при условии отрицательного результата на COVID-19 – таковы рекомендации CDC (Американский центр профилактики заболеваний).

    «Нет никакой необходимости с точки зрения медиков в двухнедельной изоляции. К тому же это приводит к нежеланию населения сотрудничать с минздравом, не говоря уже об обязательстве самоизоляции», – подчеркивает Леви. Он добавляет, что минздрав не учитывает множество исследований по всему миру, согласно которым цена введения карантина чрезвычайно высока – социальная, экономическая и врачебная. Чрезмерное введение жестких мер способно вызвать депрессию, опиоидную зависимость, привести к всплеску домашнего насилия и к обострению обычных болезней из-за отсрочки их лечения.

    Леви – известный специалист. Вполне возможно, что в чем-то он ошибается. Но нельзя не согласиться с его критическими высказываниями и с тем, что его предложения не были рассмотрены самым тщательным образом. Поскольку сегодня ясно как никогда: все что было предпринято в Израиле по нейтрализации эпидемии – это провал, и Израиль стал одной из немногих стран, прошедших через три тотальных карантина (в остальных – только два).

    Кроме того, мы также стали одной из немногих стран, где не пытались изо всех сил сохранить работающую систему образования. Несмотря на преимущества, заключающиеся в том, что Израиль – молодая страна, невзирая на мягкий и теплый климат, уровень смертности у нас выше, чем в среднем в мире. А если говорить о ближневосточном регионе, мы вообще на втором месте по летальным исходам.

    Мейрав Арлозоров, TheMarker. М.К. Фото: Томер Аппельбаум˜

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    Размер шрифта
    Send this to a friend