Sunday 17.10.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    Фото: Ronen Zvulun, Reuters
    Фото: Ronen Zvulun, Reuters

    Пять вещей, которые Нетаниягу не увидел в демонстрациях под окном

    Со временем демонстрации в Иерусалиме приобрели свой особый ритм. Они начинаются перед блок-постами возле резиденции главы правительства и продолжаются на Парижской площади — до тех пор, пока полиция не разгоняет их с помощью водометов, конницы и перцового газа.


    Что касается водометов, то, как выяснил Джош Брейнер, полиция действует против собственных инструкций, направляя мощные струи воды прямо в головы демонстрантов и не обращая никакого внимания, что под этой «нелетальной» атакой оказываются журналисты, безобидные прохожие и даже пограничники, приданные в помощь полиции.

    Тем не менее, с каждым раундом сила демонстраций растет. Прошло всего 11 дней с момента первой большой демонстрации на улице Бальфура и первых задержаний. За это время мы видели не менее восьми крупных демонстраций в непосредственной близости от резиденции премьера, каждая из которых больше предыдущей.

    Вечером 25 июля на Парижской площади собралось не менее 10 тысяч человек. Число задержанных растет так же быстро: 23 июля — 55 человек. 25 июля — еще как минимум 12. Правда, все они были освобождены.


    Демонстрации на улице Бальфура родились из вахты протеста, устроенной отставным бригадным генералом ВВС Амиром Хаскелем около двух месяцев назад. Они были довольно сонными, пока Хаскеля не арестовали с невнятными аргументами о помехах движению транспорта, хотя он вообще стоял на тротуаре.

    Этот арест стал двигателем, который привел тысячи людей на площадь уже через несколько дней. Следующий толчок дал иерусалимский муниципалитет, чьи инспекторы явились, чтобы конфисковать палатки. Так что новое движение протеста в большом долгу у полиции и муниципалитета Иерусалима.

    Задержание демонстрантов и демонтаж вахты стали той самой искрой, в которой нуждался протест. Это также было вызвано второй волной коронавируса и растущим экономическим кризисом. Демонстранты были возмущены поведением Биньямина Нетаниягу, отданного под суд, но продолжающего править государством, и уничижительным заявлением министра без портфеля Цахи Анегби, который назвал нужду сотен тысяч израильтян «чушью».

    В любом случае, все больше израильтян вдруг почувствовали, что этот протест затрагивает их лично. В отличие от широкого социального протеста 2011 года, эти демонстрации имеют четкую цель — смещение Нетаниягу. Между тем, демонстрации продолжают расти, и на площади появляются все новые силы: деятели культуры, частные предприниматели, активисты секс-меньшинств, движения «Ха-шомер ха-цаир» — и все они очень молоды.

    Со временем демонстрации приобрели собственный ритм. Они начинаются со скопления людей, которые грохочут трещотками и бьют в барабаны возле блок-постов перед резиденцией премьер-министра. На втором этапе, когда улица, ведущая к блок-постам, заполняется до отказа, протестующие переходят на Парижскую площадь, куда прибывают автобусы из Тель-Авива. Это — тоже один из этапов, на котором демонстрации набирают силу. Иногда люди собираются для митинга, иногда — для пения или кружков медитации, представлений и танцев.

    Многие склонны недооценивать эти выступления, считая их  безобидным фестивалем. Но после 11 вечера, когда вступает в силу закон о запрещении шума, проявляется истинная природа  демонстраций. Тогда начинаются стычки с полицией. На недавних демонстрациях она конфисковала трещотки и барабаны, чтобы заставить молодежь замолчать.


    Уже несколько раз полиция пыталась объявить демонстрации незаконными сборищами, угрожая арестами и применением силы. Когда это не помогло, – а это никогда не помогает – демонстрации начали разгонять с помощью конной полиции и водометов.

    Пять важных вещей для Нетаниягу

    Постоянный шум у резиденции помешал премьеру, и без того занятому собственными проблемами, обратить внимание на пять важных новшеств, отличающих нынешние демонстрации от массового социального протеста 2011 года.


    1. Плакаты

    На демонстрации 25 июля ее участники несли сотни самодельных, рукописных плакатов на иврите, арабском, английском и русском языках. Некоторые — почти подстрекательского характера: «Муссолини, Чаушеску и Каддафи тоже отказались уйти в отставку». Другие были гораздо тоньше: «Мы тебя слышим, а ты - нас?»

    У нескольких десятков их противников из лагеря «Только Биби» тоже были плакаты, но все отпечатанные в типографии.

    2. Численность

    Меньше, чем за две недели число участников демонстраций увеличилось от нескольких сотен до 10 тысяч в минувшую субботу. Но не менее важно обратить внимание на растущее число задержанных, которые к этому готовы и принимают это в расчет: когда полицейский спецназ и пограничники начинают растаскивать их за руки и за ноги, они не сопротивляются. 23 июля задержали 55 человек, 25 июля — еще 12. Почему меньше? Потому что полиция, по всей вероятности, поняла, что задержания только разжигают протест. Как сказал один из молодых людей, «за каждым задержанным на следующую демонстрацию придут 20 его друзей».

    3. Выбранное место

    Есть большой смысл в том, что эти демонстрации проходят не на тель-авивской площади Рабина, а на Парижской площади — к большому озлоблению иерусалимских хулиганов ультраправого толка, которые материли демонстрантов и орали: «Валите в свой Тель-Авив!», и к большому раздражению соседей главы правительства, которых лишили привычной жизни.

    А тем временем демонстрации проходят по всей стране и уже докатились до Кейсарии, где находится частная вилла семьи Нетаниягу, что вызвало у него и его домашних дополнительную озабоченность.

    4. Второе дыхание

    Демонстрации на улице Бальфура длятся много часов, но грохот барабанов не ослабевает и не умолкает ни на минуту. Тот, кто говорил с участниками протеста, знает, что они переполнены праведным гневом и глубочайшим разочарованием. После долгих часов стояния и криков среди них есть сотни тех, кто готов оказаться под струями водометов и копытами полицейских лошадей. Ядром демонстраций стали бессемейные молодые люди в возрасте до 30 лет, большинство которых остались без работы после начала эпидемии, что сделало их намного упрямее среднего и традиционного израильского демонстранта.

    5. Слабость правого лагеря

    Несмотря на брошенный «Ликудом» клич к своим сторонникам под девизом «Биньямин Нетаниягу никогда не будет идти в одиночку», на него отозвалось не более 200 человек: в основном, немолодые и хорошо известные активисты столичного партфилиала «Ликуда». Остальные предпочли в такую жару сидеть дома под кондиционером.

    Что дальше?

    Как написал Хеми Шалев, «истерическая реакция главы правительства, загнанного в угол судебным процессом, только прибавила энергии демонстрациям, которые он пытается остановить.

    Если они достигнут критической массы и включат растущее число недовольных избирателей «Ликуда», протест может подорвать положение ведущих политиков правого лагеря, а также дестабилизировать и без того неустойчивую коалицию Нетаниягу, что станет угрозой для него самого.

    Его изображение демонстрантов «большевиками-анархистами» вкупе с необоснованными утвержденими его подручных, что они распространяют коронавирус, воспринимаются сейчас обычной политической пропагандой. Вместе с тем они могут помочь Нетаниягу подготовить почву для применения чрезвычайных полномочий, данных ему недавно кнессетом, чтобы подавить протесты правительственным декретом и приказать полиции разогнать демонстрантов со всей необходимой силой».

    Нир Хасон, «ХаАрец», Л.К.

    На фото: демонстрация протеста в Иерусалиме. Фото: Ronen Zvulun, Reuters˜

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend