Происхождение вируса «короны» под вопросом, опасность работы с вирусами — несомненна

В начале июня стало известно о выводе в отчете, посвященном изучению происхождения коронавируса SARS-CoV-2: теория, по которой вирус просочился из китайской лаборатории в городе Ухань, правдоподобна и заслуживает дальнейшего разъяснения. 8 июня The Wall Street Journal опубликовал основные положения отчета, подготовленного учеными из Ливерморской национальной лаборатории в Калифорнии еще в мае прошлого года.


На слушаниях в сенате США в прошлом месяце по вопросу об усилиях по борьбе с эпидемией «короны» сенатор Рэнд Пол из Кентукки спросил доктора Энтони Фаучи, главного советника Белого дома по коронавирусу, финансируют ли Национальные институты здравоохранения (National Institutes of Health, NIH) исследования, которые наделяют патогенный вирус некоторыми особенностями, наподобие тех, что проводились в лаборатории в городе Ухань в Китае. «Как вы знаете, этот тип исследования придает вирусам, которые естественным образом переносятся животными, способность заражать людей», — сказал сенатор, чьи слова цитирует «Нью-Йорк таймс».

Фаучи, видный специалист по инфекционным заболеваниям в США, категорически отверг это утверждение: по его словам, NIH никогда не финансировал и не финансирует работы по направленной доработке вирусов вроде тех, что велись в Уханьской лаборатории.

Это диалог вызвал большой интерес, особенно со стороны тех, кто утверждает, что вирус «короны» не был передан от животных человеку, как полагает большинство экспертов, а создан в лаборатории.

После вызвавших споры опытов на вирусе, вызывающем птичий грипп, в 2012 году правительство США изменило свою политику в отношении исследований определенных типов патогенов. Но критики в научном сообществе говорят, что политика слишком строга, а ее проведение далеко не прозрачно.


Обсуждение этого вопроса имеет очень большое значение. Если на исследования, посвященные новым вирусам, будут наложены слишком жесткие ограничения, мы можем оказаться не готовы к эпидемиям, которые разразятся в будущем.

Но если слишком мало внимания будет уделяться опасностям и безопасности в исследованиях, может возрасти риск, что экспериментальный патоген выскользнет из лаборатории и вызовет вспышку эпидемии.

Найти баланс между рисками и пользой — весьма сложная задача. Жесткая политика и теория о вирусе, утекшем из лаборатории, угрожают вытеснить профессиональное обсуждение научной проблемы на периферию дискуссии.

Эксперименты по разработке вакцины против птичьего гриппа вызвали опасения, что некоторые исследования могут включать небольшой, но реальный риск опасных вирусных вспышек. В 2014 году власти США объявили о приостановке 18 таких исследований. Исследования были сосредоточены не только на вирусах гриппа, но и на видах коронавирусов, вызывающих SARS и MERS.

Три года спустя правительство приняло новую политику, установив рамки P3CO (Potential Pandemic Pathogen Care and Oversight) для исследований «сильнодействующих патогенов, вызывающих потенциальные эпидемии». Правила требовали проводить специальную научную экспертизу заявок на гранты для каждого подобного исследования. В 2019 году после такой научной экспертизы был дан зеленый свет возобновлению двух исследовательских проектов по гриппу. Решение вызвало спор, была ли проверка достаточно тщательной.

В вопросе, который в прошлом месяце сенатор Пол адресовал Фаучи, он имел в виду один из самых известных примеров исследования «приобретенных способностей»: опыты с коронавирусом, проведенные Ральфом Бариком из Университета Северной Каролины, результаты которых опубликованы в 2015 году в журнале Nature Medicine.

На основе данных, предоставленных доктором Ши Чжэнли, директором Института вирусологии в Ухане, Барик и его коллеги создали новый коронавирус из существующего. Все работы выполнялись в лаборатории в Северной Каролине. Чжэнли или другие исследователи из ее лаборатории в Ухане не были партнерами в эксперименте.

По словам Барика, созданный вирус был не более патогенным, чем исходный. «Это исследование было одобрено NIH, прошло экспертную оценку и проверку P3CO», — написал он. Он также отметил, что исследование касалось «совершенно другого коронавируса, чем возбудитель COVID-19».

Риск, связанный с этим конкретным штаммом, невелик, но Барик и его коллеги предостерегли в своей статье от подобных исследований: «Необходимо взвесить нужду в подготовке к будущим вспышкам и возможности их сдерживания, в сравнении с опасностью создания более опасных патогенов»

Дэвид Ралман, микробиолог из  Стэнфордского университета, член Национального научного консультативного комитета по биологической безопасности, считает, что политика P3CO имеет один существенный недостаток: она применяется только к процессу утверждения грантов, присуждаемых организациями, входящими в систему Министерства здравоохранения и социальных служб США.

Он сказал, что опасные исследования могут получить гранты от Национального научного фонда, Пентагона и других государственных институтов. По его словам, такие исследования также необходимо пересмотреть.

Ричард Эбрайт, молекулярный биолог из Университета Ратгерса в Нью-Джерси и один из активных сторонников теории утечки коронавируса из лаборатории, призывает к гораздо более жесткому надзору за исследованиями опасных патогенов. По его мнению, идеальным решением является создание независимого органа для наблюдения за опасными работами, который работал бы аналогично Комиссии по ядерным исследованиям радиоактивных материалов.

«Детали», по материалам информационных агентств, И.Н. Фото: Pixabay

Популярное

Холостой программист, житель центра Израиля выиграл 40 миллионов шекелей

После 20 розыгрышей без победителя в минувший вторник, 9 августа, в лотерее «Мифаль ха-паис», единственный...

Жителям обстреливаемого юга предлагают бесплатно отдохнуть за границей — и в Израиле

Израильская авиакомпания «Аркиа» 6 августа предложила жителям приграничных с Газой населенных пунктов...

МНЕНИЯ