Суббота 16.01.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...
    AP Photo/Martin Meissner
    AP Photo/Martin Meissner

    «Этот препарат может снизить смертность от коронавируса в пять раз»

    «Стало модным поносить российскую фармакологию. Но у нас на самом деле есть препараты, которые превосходят зарубежные аналоги по многим параметрам», – заявил «Деталям» профессор Олег Розенберг, руководитель лаборатории медицинской биотехнологии Российского научного центра радиологии и хирургических технологий им. академика А. М. Гранова.

    Этого ученого знают все реаниматологи и пульмонологи России. Он автор или соавтор более 300 публикаций (включая 46 работ в англоязычных журналах и монографии); обладатель 2 авторских свидетельств и 17 патентов.

    Профессор Розенберг еще несколько лет назад вместе со своими сотрудниками и другими врачами создал препарат, защищающий легкие при различных заболеваниях. Теперь разработчики утверждают, что при своевременном применении это же лекарство  может значительно сократить смертность и при тяжелых формах поражения Covid-19.

    Разработанный Розенбергом препарат изначально предназначался для лечения болезней легких. Среди них – синдром дыхательных расстройств у недоношенных новорожденных, ОРДС у взрослых, туберкулез легких.

    Что такое ОРДС? Острый респираторный дистресс-синдром, возникающий  при сепсисе, обильной кровопотере, ожогах дыхательных путей – то есть в состоянии, где смертность  достигает 45-50 процентов.

    В ряде работ и патентах Розенберга показано, что препарат эффективен также при бронхиальной астме, хроническом бронхите, ХОБЛ (хроническая обструктивная болезнь легких) и внебольничной пневмонии. Эти заболевания по распространению занимают одно из первых мест в мире, а самое частое из них – внебольничная пневмония: только в России и в США такой диагноз ставят более, чем трем миллионам человек ежегодно. Причем в 20 процентах случаев внебольничная пневмония протекает тяжело и часто заканчивается летальным исходом, в зависимости от возраста больного и того, какими еще заболеваниями он страдает.

    – Ваш препарат создан на основе вытяжки из бычьих легких?

    – Это многокомпонентный комплекс, он называется «легочный сурфактант». В природе он находится в легких всех млекопитающих: мышей, крыс, собак, слонов. В том числе и у человека, – объясняет профессор Розенберг. – Этот комплекс веществ обеспечивает множество функций, прежде всего механику дыхания – вдох и выдох.

    Дело в том, что альвеолы в легких покрыты очень тонкой пленкой воды, и на ней располагается микрослой сурфактанта. Вода имеет поверхностное натяжение 72,8 мН (Мn) на метр, это очень мощная сила, и мышцы млекопитающих не смогли бы сделать вдох, если бы что-то не снижало это поверхностное натяжение. Вот этот комплекс – легочный сурфактант – и снижает поверхностное натяжение втрое до 25 мН (Мn). За счет этого происходит вдох, для этого хватает сил мышц грудной клетки и диафрагмы. Выдох – тоже очень важная вещь, поскольку важно, чтобы при выдохе альвеолы не слипались. И здесь механизм работает так, чтобы не дать стенкам альвеолы слипнутся в конце вдоха.

    Но легкое дышит не целиком: пока одни участки дышат, другие отдыхают. Введение сурфактанта открывает «спящие» участки легкого. Он также обеспечивает иммунологическую стойкость легкого. Однако при тяжелых болезнях – пневмонии и других воспалительных реакциях – природный сурфактант повреждается. И возникает отек легких. Иногда он возникает потому, что сердце плохо перекачивает кровь, но есть и другой отек – острый респираторный дистресс-синдром. Вот от него и помогает препарат легочного сурфактанта.

    Этот отек возникает по самым разным причинам, в том числе и при тяжелой пневмонии. 40 процентов острого респираторного дистресс-синдрома обусловлены пневмонией.

    – Когда появилась идея создания сурфактанта?

    – Идея производить его появилась в 1998 году, хотя еще в 1959-м два американских педиатра, Мэри Эллен Эйвери и Жар Мид, проводили исследование и впервые выяснили, что недоношенные младенцы, появляясь на свет, не могут дышать, потому что у них не успели созреть клетки легкого (альвеолоциты второго типа), синтезирующие сурфактант!

    Потому новорожденных сразу отправляют на искусственную вентиляцию легких – ИВЛ. Опыты на животных, имеющих патологии легких, начали ставить в европейских и американских лабораториях. В 1980 году, опираясь на результаты этих экспериментов, японский врач Тесуро Фудзивара и его коллеги впервые в мировой практике прибегли к введению десяти новорожденным, которые весили до полутора килограммов, экстракта фосфолипидов из легкого бычков. И тем доказали эффективность данного метода.

    Самым первым препаратом, использующим экстракты из легких животных, следует считать японский «Сурфактен», созданный в 1986 году. Затем патент на препарат приобрели американцы, они усовершенствовали его и назвали «Сурванта». А сегодня уже есть около десятка разновидностей такого рода препаратов, в том числе и синтетические. Правда, последние пока себя не оправдали, а вот природные достаточно эффективны. Но они используются, в основном, для лечения новорожденных.

    – И вы пошли по своему пути?

    – Да. Я много лет работал в лаборатории Центра им. Гранова с этими субстратами, проводил биологические эксперименты. Нам подобный препарат был нужен, поскольку зарубежные были невероятно дорогими. Когда мы начинали свои исследования в 1988 году, они стоили около 500  долларов за ампулу!

    В СССР ежегодно появлялись на свет около 30 тысяч недоношенных младенцев с респираторным дистресс-синдромом. Смертность среди них доходила до 20 процентов. Сегодня в России рождается до 12 тысяч таких младенцев в год, но почти никто из них не умирает, потому что государство обеспечивает их препаратами сурфактанта.

    – Как шел процесс работы над препаратом?

    – Сначала мы разработали технологию получения сурфактанта из амниотической жидкости рожениц. У ребенка на последних неделях беременности начинается движение грудной клетки, это называется «экскурсия легких», и он из себя вымывает сурфактант в околоплодные воды. Врачи-акушеры во время родов собирали эти воды, а мы научились выделять из них сурфактант и очищать его от балластных веществ. Но довольно скоро я понял, что это – безумие, потому что невозможно достать такое сырье в достаточном количестве.

    Все же мы его сделали. Довели до логического завершения, провели доклинические и клинические испытания, получили разрешение регулирующих органов, и начали производить в 1999 году. А параллельно с этим в 1993 году начали делать еще один препарат – из легких бычков. Дошли до клинических испытаний на новорожденных, получили разрешение на применение в 2000 году.

    В то же время я думал, как применять препарат и для взрослых. В 1995 году меня пригласили в Малайзию. Там я впервые вышел в интернет! И нашел блестящий обзор по легочному сурфактанту, плюс еще несколько небольших работ о попытках лечить такими препаратами взрослых. Прочитал все за одну ночь и понял: эти препараты начинают применять слишком поздно! На пятые, седьмые, десятые сутки, когда больному на ИВЛ уже почти невозможно помочь… Лечить нужно вовремя!

    Профессор Олег Розенберг. Фотография из личного архива

    Вернувшись из Малайзии, я сказал сотрудникам: через год мы должны подать заявку на клинические испытания на взрослых людях. Разрешение было получено, правда, только в 1998-м, и четыре года шли испытания в трех клиниках в Москве и еще трех – в Петербурге. После этого наш препарат разрешили для лечения ОРДС у взрослых.

    – Сколько больных получили ваш препарат за все это время?

    – Немного. Около 7 тысяч взрослых и 15 тысяч новорожденных. Но мы смогли доказать, что наш препарат очень эффективен при борьбе с туберкулезом легких. Также препарат успешно проявил себя при лечении пострадавших во время пожаров и терактов. Помните, в Перми сгорел клуб «Хромая лошадь» в 2009 году? Там для спасения людей применяли наш препарат. Препарат использовали для лечения пострадавших во взрывах и пожарах в метро в Москве и в Минске. Но самый поразительный эффект мы зафиксировали при лечении тяжелой пневмонии на фоне свиного гриппа в 2009-2010 годах. Это тоже было тяжелое вирусное заболевание с большой смертностью – по разным данным, около двух процентов.

    Следует напомнить, что вирус SARS-CoV-2, вызывающий COVID-19, своим шипом (S1, белком) цепляется за рецептор, который имеется на многих клетках, но наибольшая его плотность обнаружена на клетках эпителия гортани, бронхов и альвеолоцитов второго типа – клеток, синтезирующих легочный сурфактант. Клетки повреждаются, часть из них погибает, и возникает нехватка сурфактанта в альвеолах. Кроме того, альвеоло-капиллярная мембрана становится «дырявой». Так вот, сурфактант препятствует «прилипанию» этих вирусов к мембране клеток дыхательной системы.

    – И вот грянул коронавирус...

    – Еще в феврале нынешнего года я говорил, что по всем показателям этот препарат должен быть весьма эффективен для лечения пневмонии, вызванной коронавирусом! Собственных данных для обоснования у нас еще не было, но были данные по лечению свиного гриппа!

    Для лечения ОРДС больному, подключенному к ИВЛ, препарат вводили непосредственно в легкие. А профессор Сергей Авдеев, главный пульмонолог минздрава РФ, начал применять препарат раньше, когда больной еще не подключен к аппарату, с помощью современных ингаляторов, так называемых «меш»-небулайзеров. Они доставляют до 43 процентов вещества в пространство альвеол, тогда как старые аппараты – лишь около 10-15 процентов. Первые же попытки показали, что этот метод прекрасно работает!

    Сергей Авдеев отработал методику применения препарата на больных средней тяжести и на тяжелых. Препарат используют, когда больной дышит самостоятельно, получает кислородотерапию в том или ином варианте, у него одышка и сатурация падает ниже 92 процентов. Главное – не допустить перевода больного на ИВЛ.

    В Тюмени в Перинатальном центре с нашим препаратом более 15 лет работает доктор Марина Швечкова. В 2009-2010 гг. у нее лечились 18 беременных и рожениц с тяжелой пневмонией на фоне свиного гриппа, и ни одна не умерла. В этом году у нее получили лечение более 80 беременных и рожениц с тяжелой формой COVID-19 – и ни одного летального исхода, понимаете?! Раньше у нее уходило двадцать упаковок (40 флаконов) «Сурфактант-БЛ» в год, а сейчас они уже использовали более трехсот упаковок. В Алмазовском центре в Петербурге с препаратом работают 20 лет, Сеченовский университет в Москве и этот центр получили на лечение 56 больных пневмонией COVID-19, средней тяжести и тяжелых, которых вот-вот должны были перевести на ИВЛ. Как правило, в 70 процентах случаев больные, находящиеся на такой стадии на ИВЛ, умирают. Но у них из этих 56 скончались 8 человек – это 14,3 процента.

    – Есть какая-то статистика по больным коронавирусом на данном этапе?

    – По данным компаний «Натива» и «Биосурф», до этого дня лечение им получили около тысячи пациентов с пневмонией COVID-19. Самое главное, что препарат дает возможность не доводить больного до подключения к ИВЛ.

    Марк Котлярский, «Детали». AP Photo/Martin Meissner˜

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend