Проблема по имени Газа

В отличие от иранской угрозы, которая многим кажется абстрактной, и «Хизбаллы», войны с которой не часты, конфликт с ХАМАСом реален, осязаем и перманентен. Он тлеет на медленном огне, временами взрываясь «случайными ракетами», теперь уже достигающими и центра страны.

— Проблема Газы возникла не вчера. И даже не после соглашений в Кэмп-Дэвиде, когда президент Египта Анвар Садат переложил, по сути, ответственность за этот сектор на Израиль, — сказал «Деталям» подполковник генштаба ЦАХАЛа в запасе, военный обозреватель Марк Бабот. — Когда в 1948 году было создано государство Израиль, и проложена граница с Египтом – по периметру Газы и по пустыне Негев, вплоть до Эйлата — там, в секторе, египетская разведка создала опорные пункты федаинов. Они проникали на территорию Израиля, совершали теракты, еще и по сей день в Газе можно встретить пожилых людей, ходивших в то время в федаинах. Это были выкормыши египетской разведки.

В 1967 году Израиль захватил Газу, потом Ариэль Шарон, хотя и не подавил террор окончательно, а усмирил его, заключив в некие рамки, благодаря чему армии стало легче с этим террором справляться. Затем — война Судного дня и переговоры с Египтом. Был подписан договор по размежеванию враждующих сторон 1974 года, промежуточный договор 1975 года, а затем Анвар Садат в 1977 году прибыл с историческим визитом в Израиль. И за все это время Египет не выказывал никакого желания вернуть Газу под свою юрисдикцию — предполагалось, что в будущем она станет частью палестинского государства, вместе с палестинскими анклавами Иудеи и Самарии. Причем, по замыслу архитекторов того мирного процесса, ПА должны были обеспечить территориальную целостность, а для этой цели ее части собирались соединить шоссе, железной дорогой, построить туннель или мост… Предложений было много, но ни одно из них так и не реализовали.

А сегодня в Газе, по сути, два правительства ХАМАСа — гражданское и военное. Они весьма слабо координируют свои действия, военное крыло не обязательно подчиняется гражданскому, так что я не исключаю, что ракету, которая привела к нынешней эскалации, запустил самолично какой-то полевой командир хамасовской бригады из Рафиаха.

— До прихода к власти ХАМАСа нельзя было договориться с главами влиятельных кланов сектора, чтобы они контролировали ситуацию?

— Был момент, когда Израиль пытался делать ставку на предводителей крупных кланов. Собственно, в самой Газе многие жилые районы созданы вокруг того или иного клана. Но сегодня из-за повальной исламизации региона ставка на старейшин, или на хамулы, не представляется возможной. Система тамошнего местного самоуправления включает в себя представительство старейшин и глав кланов — в Рафиахе, и в лагерях беженцев — скажем, в Дир Аль Баллах, и в других местах. Но контроль ХАМАСа тотален, ему подчиняются более шестидесяти тысяч бойцов различных структур – военной и армейской разведок, полиции, и т.п. Хамасовцы создали разветвленную сеть военизированных организаций, каждая из них подчиняется какому-то главарю, а все они — двум-трем лидерам ХАМАСа. Так сделано, чтобы они сдерживали друг друга, чтобы ни одна группировка не смогла отнять власть.

Предтечи ХАМАСа — шейх Изз ад-Дин аль-Кассам, похороненный в Нешере, и исламские партии, начиная с салафитов в Саудовской Аравии, которые действовали с 20-х годов прошлого века и воевали против Израиля в Войне за Независимость. Людей, исходящих из религиозных мотивов, логикой уже не просчитать. Тем более, если он готов погибнуть, чтобы обрести святость шахида. Потому говорить о каком-то соглашении с ХАМАСом можно, лишь исходя из исламских формул. Напомню, что есть аналогия десятилетнего перемирия, которое заключил Мухаммад с племенами в Медине. А затем, собрав силы, нарушил соглашение, вероломно на них напал и уничтожил. Объяснение дано следующее: они – кяфиры, то есть неверные, а в борьбе с неверными все средства хороши. А значит, единственная возможность добиться перемирия с ХАМАСОм — это соглашение на десять лет. Ни о каком постоянном соглашении, которое гарантировало бы длительный мир, не может быть и речи.

— Как ХАМАСу удается постоянно вооружаться?

— Оружие поступает не только через туннели. Поставки оружия морем израильские ВВС и ВМФ нередко пресекают, однако нет стопроцентной гарантии, что удается перехватить все. Кроме того, в Газу нередко доставляют сталь или железо для строительства, но его пускают на кустарное производство оружия в местных мастерских. Контрабандой «калашниковых» промышляют бедуины. Игрушечные дроны переделывают в разведывательные. Для своего «морского спецназа» в Египте, в туристических центрах, закупают акваланги, потом доставляют в Газу. Существует и инженерные части, куда вербуются палестинцы, уже получившие инженерное образование, или те, кто отправляется на учебу в Индонезию, Индию, Россию и другие страны.

— Каковы примерные оценки ракетного арсенала ХАМАСа?

— От 50 до 100 тысяч ракет. Только больших ракет — несколько тысяч. Однако дело даже не в количестве, а в том, насколько нам известна диспозиция их ракетных установок. Какие из них мы держим на прицеле и можем сразу уничтожить.

Марк Котлярский, «Детали». К.В. Фото: пресс-служба ЦАХАЛа