Призраки Треблинки в тель-авивском подвале

Снаружи это выглядит, как старая заброшенная кладовая, спрятанная в подвале жилого многоквартирного дома. Но когда Ада Вилленберг просит, чтобы ее гости немного отступили назад и отвернулись, пока она не включила свет, становится понятным, что их ждет нечто необычное.

«Я хочу, чтобы эффект от увиденного был полным», – говорит она. И это, действительно, пугающий эффект, когда при включенном свете оживают трехмерные изображения сцен из концлагеря.

Скульптуры, отлитые из бронзы и словно возникающие из мрака – работы Шмуэля Вилленберга, последнего узника Треблинки и мужа Ады, который скончался три года назад в возрасте 93 лет.

«Шмуэль верил, что эту историю лучше всего поведают скульптуры», – поясняет 90-летняя вдова скульптора.

Необычное совпадение событий привело меня в этот дом. В апреле прошлого года я участвовала в первой в своем роде поездке в Польшу, посвященной жизни женщин во время Катастрофы. Из многих услышанных там историй одна особенно врезалась мне в память: история Рут Дорфман, 20-летней девушки, которая прибыла в Треблинку 18 января 1943 года в одном из последних транспортов из варшавского гетто.

В комнате, где женщинам было приказано раздеться перед отправкой в газовые камеры, Дорфман завела разговор с молодым человеком, которому поручили обрить ей голову – 20-летним Шмуэлем Вилленбергом. Он занимался тем, что сортировал вещи убитых евреев, и его срочно отозвали оттуда, чтобы помочь регулярной команде парикмахеров справиться с работой, поскольку в тот день прибыла необычайно большая группа женщин.

Сидя в предбаннике, голая и дрожащая, пока Шмуэль отрезал ее длинные пряди волос, Рут спросила его, сколько времени пройдет, пока смертоносный газ сделает свое дело, и не причинит ли это боль. Как нам рассказывали, Вилленберг не смог заставить себя что-то ответить девушке. Но, прежде чем Рут отправилась в газовую камеру, она повернулась к Шмуэлю и попросила: «Пожалуйста, если вы останетесь живы, расскажите миру, что была когда-то молодая девушка по имени Рут Дорфман. Пусть мир узнает, что она мечтала стать архитектором и не хотела умирать – она хотела жить».

Позже я узнала, что эта встреча вдохновила Шмуэля Вилленберга на создание скульптурного изображения Рут Дорфман в последние минуты перед смертью. Эта скульптура изображает худую обнаженную девушку, сидящую на стуле; одна часть ее головы полностью выбрита, а с другой свисают длинные пряди. Руки, сложенные на коленях, держат обрезанные локоны.

Когда я спросила Аду, знает ли она что-то об истории встречи этой девушки с ее мужем, Ада добавила деталь, о которой мне не рассказали в Польше. На самом деле, Шмуэль все-таки ответил на вопрос Рут, в течение какого времени начинает действовать смертоносный газ. «Он обманул Рут, – говорит Ада, – он сказал ей, что это займет максимум десять минут. Он знал, что, на самом деле, газ действует не сразу, и что это может занять до получаса. Но что хорошего было бы в том, если бы девушка узнала правду?!»

Около дюжины бронзовых скульптур – не совсем в натуральную величину, но, тем не менее, значительных размеров – выставлены в этой относительно большой подвальной комнате, расположенной несколькими этажами ниже квартиры, где Шмуэль провел последние годы своей жизни.

Ада отмечает, что ее покойный муж в особенности дорожил двумя работами – скульптурой Рут Дорфман и скульптурной композицией, изображающей отца с маленьким сыном в Треблинке. Отец наклонился, чтобы помочь ребенку снять обувь. Объясняя смысл этой работы, Ада сказала, что евреям, прибывающим в лагерь смерти, было приказано немедленно снять обувь и связать ее веревкой, чтобы она оставалась парами. Мальчик сжимает веревку в руках.

Тут же неподалеку – скульптура испуганной молодой девушки в лохмотьях с косынкой, обернутой вокруг головы, несуразно одетой в туфли на высоком каблуке. По словам Ады, и здесь в основе лежит реальная история: эта девушка каким-то странным образом была забыта на платформе после прибытия поезда в Треблинку. Не зная, куда идти и что делать, она начала рыться в оставленных позади ящиках с личными вещами. Офицер СС заметил ее и толкнул в отверстие в заборе, за которым располагалась огромная яма: там убивали больных и инвалидов, которые были не в состоянии дойти до газовой камеры. Через несколько минут после того, как девушка оказалась возле ямы, вспоминал Шмуэль, раздался выстрел.

За то время, что действовал лагерь смерти в Треблинке, – с июля 1942 по август 1943 года – там было уничтожено около 900 тысяч евреев. Известно, что выжило всего 67 человек, и среди них – Шмуэль Вилленберг, чьи воспоминания сохранились в документальном фильме 2012 года «Последний свидетель Треблинки».

Родившись в польском городе Ченстохова, он прибыл в Треблинку в октябре 1942 года вместе с 6000 других евреев. Он был единственным человеком в этом транспорте, который сбежал, спасшись от газовых камер. Друг детства, который узнал его, когда он вышел из поезда, дал ему совет, который, в конечном итоге, спас ему жизнь. «Он посоветовал ему заявить, что его профессия – строитель, – рассказывает Ада. – Конечно, Шмуэль ничего не знал о строительных работах».

После войны Шмуэль служил офицером в польской армии в течение нескольких лет. Ада говорит, что когда они встретились впервые, это был поразительно красивый молодой человек, живший в то время в Лодзи.

Ада пережила Катастрофу, бежав из Варшавского гетто, а затем нашла неевреев, которые согласились ее спрятать. Ей было тогда всего 14 лет, и к тому времени она лишилась родителей. В 1948 году они со Шмуэлем поженились, а два года спустя перебрались в Израиль, где в течение многих лет жили в Удиме (небольшом сельскохозяйственном поселении недалеко от Нетании).

«Я всегда хотела жить в Тель-Авиве, но Шмуэлю хотелось жить в деревне, – признается Ада. – Это было вызвано посттравматическим синдромом, оставшимся от военного времени. Он почему-то чувствовал, что, если бы мы жили в деревне и имели свою собственную ферму, независимо от того, насколько трудной казалась жизнь, у нас была бы пища и кров над головой».

До 70 лет Шмуэль работал в министерстве жилищного строительства, и только после выхода на пенсию начал заниматься ваянием. Значительная часть его работ, посвященных Треблинке, появилась в конце 1990-х и начале 2000-х годов.

Эта коллекция экспонировалась в Германии, Польше и в Музее бойцов гетто на севере Израиля. Хотя выставочный зал в подвале закрыт для публики, Ада регулярно встречает и водит людей, которые слышали о коллекции и проявляют интерес к скульптурам ее мужа.

Орит, единственная дочь Ады и Шмуэля – архитектор, недавно подала заявку на проектирование нового учебного центра на территории Треблинки. Ада говорит, что независимо от того, получит ли, в конечном итоге Орит этот заказ, она намерена передать туда скульптуры, сделанные ее мужем.

«Эти скульптуры должны находиться в Треблинке, и Шмуэль говорил, что тоже этого хочет», – закончила Ада.

Джуди Мальц, «ХаАрец», М.К. К.В.
На фото: мемориал в Треблинке. Фото: Pixabay.