Старики – будущее нашей культуры

Когда дело доходит до потребления культуры, целевой аудиторией становятся пенсионеры. В этом и загвоздка. Пенсионеры составляют основную массу потребителей израильской культуры. Это хорошо для экономики. А для культуры?

Знакомая ситуация. Вы пришли на культурное мероприятие, может, опоздали на несколько минут. Небольшой зал полон до отказа. Негде присесть. Как такое может быть? Это ведь маргинальное событие культурной жизни. Оно никак не разрекламировано. На сцене молодой/ая писатель/ница, кинематографист/ка, художник/ница. Вы обводите взглядом зал и видите только ковер седых голов.

Быть может, вы не туда попали? Быть может, это – конференция на тему «Физкультура для молодых душой»? Вроде нет. Вы находите свободное место, оглядываетесь по сторонам. Рядом с вами дама в возрасте вашей бабушки, за ней господин, который годится вам в прадеды. Творец распинается на сцене. Еще одна пожилая дама раскрывает сумочку и, покопавшись в ней, извлекает леденец от кашля, долго разворачивает шелестящую обертку; кто-то засыпает и начинает похрапывать. У кого-то начинает пиликать старинный мобильник, он пытается его заткнуть, жена раздраженно пинает его локтем под ребро. Кто-то громко шепчет соседу: «О чем это он? Ничего не понимаю! Когда это уже закончится?» Мероприятие закончено. Публика вытаскивает из-за спинок кресел палочки и медленно продвигается к выходу. Спешить им некуда. Разве что откушать штрудель в соседнем кафе.

Пенсионеры, пожилые и престарелые люди – это фундамент, на котором выстроено здание израильской культуры. Они – самая верная и преданная аудитория. Экономика культуры держится на них. Если бы не они, весь этот бизнес давно бы рухнул, я не преувеличиваю. И по части чтения они на первом месте в стране – прочитывают в среднем три книги в месяц, как явствует из исследования, проведенного хайфским университетом.

Пожилые люди занимают первые ряды на встречах с деятелями культуры, они заполняют выставочные залы и всевозможные лекции – неважно, на какую тему. Они держат абонементы в «Габиму», в Израильскую оперу, симфонические и камерные концерты. Вы редко встретите тут молодежь – их эта анахроничная чепуха не интересует.

Старшее поколение достигло пенсионного возраста. Тяготы жизни позади, они честно заслужили отдых, культура – это их утешительный приз. Культура помогает им провести время, которого у них осталось не так много. И большинство из них хочет провести его спокойно. Вы редко встретите пожилых в рок-клубах или на провокационных спектаклях «театра на обочине».

Поймите меня правильно – дело не в формальном возрасте. Есть пожилые люди со свежим мировосприятием и жадностью к жизни, и молодые старички, которым в 20 лет все наскучило. Но речь сейчас о большинстве.

Всякий, кому доводилось проводить культурные программы для пожилой аудитории (а у меня есть подобный опыт), знает, как это непросто. Существует негласный договор между публикой и человеком на сцене: культурные мероприятия должны проходить мирно. Вы демонстрируете со сцены небольшие фрагменты произведений искусства (только ничего спорного, отталкивающего или слишком сложного для восприятия!) и анализируете культурные явления (очень дипломатично!). Как правило, вы лет на тридцать младше вашей публики. Они пристально рассматривают вас из зала: «Молодой человек, вы должны заслужить наше доверие, иначе вас ожидают неприятности!» Поэтому лучше не ставить под вопрос культурные ценности слушателей. И не смейте касаться спорных тем сионизма. Конечно, ни одного дурного слова о тех, кто вошел в пантеон израильской культуры. А уж воткнуть себе флаг между ягодицами? Да где вы находитесь?

Тот, кто не видел пожилую тетушку, покидающую зал во время смелой постельной сцены на показе фестиваля независимого кино в Хайфе или Иерусалимского кинофестиваля, просто не знает, что такое праведный гнев. Вслед за возмущенной тетушкой устремляются и другие ее высоконравственные ровесники. Все должно быть мило и приятно, не более того. Славная книга, приятный спектакль, трогательный фильм. И дело тут не в тех, кто устал от жизненных тягот и ищет в искусстве отдохновения. Не только и не столько они достигли пенсионнного возраста – состарилась сама культура.

Пойдите на литературный вечер или в художественные галереи в Берлине или в Нью-Йорке, и вы встретите 20-летних. Какая живая, а порой и бурная там атмосфера! Ни в одной из областей искусства не царит мертвенная скука. В Израиле же молодые люди оставили артистическое поле пожилым. Быть может, у них просто нет на это времени. Они должны закончить университет или зарабатывать на жизнь. Может, они слишком много сидят в интернете. Но, в любом случае, израильская культура нередко напоминает дом престарелых – те же самые престарелые тетушки и дядюшки становятся центральными героями произведений. И этому есть цена. Потому что потребители культуры определяют суть этой культуры. Заработок деятелей искусства зависит от пенсионеров. И наоборот. Что было раньше, курица или яйцо? Сейчас уже неважно. Важно другое: не стоит злить своего потенциального клиента. Для этого сущестует стопроцентный тест. Вы написали книгу? Дайте прочитать ее вашей бабушке. Ей понравилось? Прекрасно. Нет? Плохо ваше дело.

Но художник не нуждается в том, чтобы его поощрительно потрепали по щеке. Творчество не обязательно должно быть доступным и понятным. Пусть бабушка разинет рот от изумления, пусть она в ярости вскочит со своего кресла. Ничего с ней не случится. В крайнем случае, ее внучата останутся без карманных денег.

Беда в том, что почтенные старцы не испытывают никакой опасности, исходящей от искусства. Им покойно. Им слишком покойно в нежных, теплых и таких привычных объятиях культуры. Отцеубийство? Детоубийство? Зачем? Для кого?

Нисан Шор, «ХаАрец», М.Р. К.В.

Фотоиллюстрация: Томер Аппельбаум


Анонс

Реклама



Партнёры

Загрузка…

Реклама

Send this to a friend