Saturday 04.12.2021|

    Партнёры

    Партнёры

    Партнёры

    Загрузка...

    Последняя битва Нетаниягу

    В начале эпидемии глава правительства предостерег, что в Израиле будет миллион больных и 10 тысяч мертвых. А сейчас? Сейчас появилось «исследование», показавшее, что Израиль – самая безопасная страна в мире во всем, что касается коронавируса. Все эти «исследования» и заявления вроде «как пишет журнал "Форбс"», конечно, чистейшая липа, но его электорат в восторге — и к чертям факты. Система здравоохранения, безработица, восстановление экономики – всего этого не было и в помине за столом коалиционных переговоров.


    В последние 10 дней юристов и политиков «Ликуда» и «Кахоль-лаван» заботил только один вопрос: защитить Нетаниягу от Верховного суда. Они не планируют правительство национального единства, а добиваются создания правительства, которое проведет необходимый закон для отмены решений суда.

    Нетаниягу требует настоящий крепостной бастион. Чем выше стена, которую строит вокруг себя человек, обвиненный в получении взяток, мошенничестве и злоупотреблении служебным положением, тем больше его страхи и аппетит. Его не волнуют ни ХАМАС, ни «Хизбалла», ни Иран.

    Даже ярость его жены и сына, которые дергают за ниточки, тревожат его меньше, чем судьи. Нужно почитать полубезумные тексты его сына в «Твиттере» против Верховного суда, чтобы понять, откуда пришел Нетаниягу: сын пишет то, что думает отец.


    Переговоры Нетаниягу с Ганцем, которые прерываются, возобновляются и снова прерываются, когда премьер отказывается от всех обещаний и договоренностей, напоминают другого партийного лидера и другого начальника генштаба Шауля Мофаза. В 2012 году он вошел в коалицию Нетаниягу, перемазанный с головы до ног обещаниями «равной военной службы» касательно ультраортодоксов и «изменения системы правления». После 80 дней пустопорожнего диалога его ждала политическая кончина.

    Стратегия волокиты

    Взять к примеру комиссию по назначению судей. Нетаниягу всегда просчитывает положение на несколько ходов вперед. Ему ясно, что его процесс состоится, и он предполагает, что его осудят. Его следующая – и последняя – надежда на Верховный суд, куда он обжалует приговор. Он хочет по возможности склонить баланс в сторону правоориентированных судей, которые разделяют его взгляды и смилостивятся над ним.

    Его семья верит, что если они не устроят перетряску этой комиссии, истинный Сатана, он же – бывший госпрокурор Шай Ницан вернется после затяжных каникул в мантии члена Верховного суда. Об этом они и говорят целыми днями.

    Короче, «Ликуд» требует право вето на любое назначение в Верховный суд.

    Для Нетаниягу все это имеет критическое значение. Поэтому пока различные ведомства обсуждают «стратегию выхода», юридическая система остается независимой, разрабатывая график своих действий. Это означает начало судебного процесса Нетаниягу, который был отложен на два месяца. Он затягивал расследование, ссылаясь на то, что он – глава правительства, так что теперь он сможет затягивать судебный процесс: в конце концов, «только он несет ответственность за стратегические связи со сверхдержавами».


    Судей будут поносить каждый день. Нетаниягу готовится к долгому процессу. Ему нужны измотанные свидетели и умирающая со скуки публика, несмотря на все подстрекательства. Но главное, чего он хочет — тянуть все это насколько возможно. В конце срока еще не существующего правительства ему будет 74 года, и если его планы сбудутся, его процесс дойдет только до половины. Это и есть его юридическая стратегия выхода. Иногда волокита – лучшее оружие.

    Человек, который когда-то тесно работал с Нетаниягу, сказал, что он страдает от трех видов паранойи. Одна реальная, когда его в самом деле преследуют. Другая абсолютно вымышленная, и он это понимает, но все равно не может от нее избавиться. Наконец, третья – самая забавная и в то же время самая тревожная: она начинается, как ложь, но со временем он начинает в нее верить.

    Добавьте в этому тяжелейшие обвинения и суровый суд, и эта смесь паранойи взорвется в лаборатории, называемой «голова премьер-министра».


    Месть не хуже Сатаны

    Как сказал источник, знакомый с ситуацией, «дома Биби должен доказать, что он проигрывает. Только тогда Сара и Яир дают ему зеленый свет двигаться вперед. Пока они думают, что он выигрывает, они не дадут ему сделать ни шагу вперед. Это именно то, что произошло в 2015 году в последние два дня коалиционных переговоров после того, как Либерман пошел на попятную. Пока казалось, что у Биби будет правительство с НДИ, Сара и слышать не хотела, чтобы Айелет Шакед стала министром. Только когда земля затряслась у него под ногами, Шакед стала министром юстиции и членом узкого военно-политического кабинета».

    Судя по другим источникам, сейчас Сара и Яир поддерживают «правительство национального единства» до тех пор, пока его условия им выгодны.

    Во-первых, никто из них не верил, что они получат еще полтора года в резиденции главы правительства или альтернативную резиденцию после ротации со всеми довесками: мотоэскортом, охраной, телохранителями, шоферами (разумеется, и для обоих сыновей тоже).

    Во-вторых, они воспринимают это, как уникальный шанс прикончить соперников Нетаниягу из правого лагеря – Нафтали Беннета и Шакед, вышвырнув их в оппозицию вместе с левыми и арабами. Для Сары – это цель ее жизни. Месть раздосадованной жены бывшим сотрудникам канцелярии премьера произвела бы впечатление даже на самого Сатану.

    Теперь становится ясно, что Ганц, наконец-то, осознал – частично – все свои ошибки в ходе переговоров с Нетаниягу, поняв главное: он был не генерал-лейтенантом, а всего лишь зеленым рядовым, который попал в приготовленную ему ловушку, куда вошел безоружным.

    В такой ситуации Ганцу было бы легче всего посмотреть в глаза народу и сказать то, что сказал Эхуд Барак, вернувшись разочарованным из Кемп-Дэвида: «Мы перевернули каждый камень, но не нашли партнера на другой стороне». Может, Ганцу поверят больше.

    Конец невинности

    Один из приближенных Ганца предложил проверить его действия через призму, отличную от общепринятого взгляда: Ганц вовсе не такой идиот, каким вы его делаете – он быстро учится. Начиная с прошлого сентября, он набрал большой километраж бесед с Нетаниягу – с различными взлетами и падениями. Он увидел, как тот себя ведет, и научился разбираться в его трюках и лжи. Он знает «возможный курс действий», привычный для Нетаниягу.

    Теперь Ганцу ясно: все что было раньше, оказалось сущим вздором – Нетаниягу ни на минуту не собирался подписывать соглашение. О такой возможности не было и речи. Поэтому он с такой легкостью согласился на план президента и законодательство, призванное гарантировать, что Нетаниягу выполнит соглашение о ротации – то самое соглашение, которое он сейчас пытается разорвать на кусочки еще до того, как оно было сшито. У Нетаниягу нет и намека на искренность или честные намерения.

    Теперь Ганц сражается за следующую цель, по сути первичную: закон, который свяжет Нетаниягу по рукам и ногам, а то и создание правительства меньшинства. По словам другого приближенного Ганца: «У нас есть план выхода из этой истории, мы просто немного переждем. И неважно, что СМИ будут нас высмеивать. Когда этот план станет реальностью, всем будет ясно, кто – порядочный человек, а кто – мошенник».

    Наконец, еще один из доверенных лиц Ганца добавил: «Если до исхода субботы, 18 апреля. ничего не будет подписано, мы прервем все контакты. 20 апреля мы соберем оргкомиссию кнессета, быстро подготовим нужные законы и вынесем их на предварительное голосование кнессета».

    Если говорить о застрявших переговорах, оказалось, что, несмотря на все сообщения, вопрос, кто и какое министерство получит, все еще не решен. На прошлой неделе Нетаниягу пытался убедить «Кахоль-лаван» отказаться от МИДа. Ему нужно компенсировать бывшего спикера кнессета Юлия Эдельштейна, который принес себя в жертву на алтарь переговоров своим позорным актом неподчинения Верховному суду.

    В «Кахоль-лаван» сыграли в эту игру. Хотите МИД? Отдайте минздрав. На это Нетаниягу не мог согласиться: для него удовлетворить министра здравоохранения Яакова Лицмана намного важнее, чем Эдельштейна.

    Здесь они начали говорить о портфеле министерства образования, но этот вопрос решает тот, кто и должен занять этот пост: Габи Ашкенази. А его мнение твердо: только МИД. Не из-за дипломатических приемов с коктейлями, которых еще долго не будет, а главным образом для того, чтобы остаться ключевым игроком в дебатах об аннексии, когда они начнутся.

    Йоси Вертер, «ХаАрец», Р.Р.

    Фото: Моти Мильрод, Томер Аппельбаум˜

    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
    МНЕНИЯ
    ПОПУЛЯРНОЕ
    Размер шрифта
    Send this to a friend