Главный » История » Портреты наших премьеров: 11. Ариэль Шарон

Портреты наших премьеров: 11. Ариэль Шарон

Ариэль Шарон умел играть на скрипке, и любил вспоминать, как его мать бродила босиком по полям, декламируя Пушкина и Лермонтова.

Его родители, Шмуэль и Вера Шейнерман, говорили дома только по-русски, читали русские книги. Отец любил петь русские песни. И у Шарона сохранилось сентиментальное отношение к русской культуре. Он не только свободно понимал, но и при небольшом усилии говорил по-русски. Правда, крайне редко. Но, давая интервью на иврите израильскому радио на русском языке, Шарон внимательно следил за переводом и ловил журналистов на неточностях. Так он вел себя и на официальных встречах в Москве, давая понять российскому переводчику, что знает русский.

Ариэль Шарон родился в деревне, вырос на земле, и она не была для него абстрактным понятием. Если его к чему и тянуло больше всего, так это к земле. В Израиле Шарон знал каждую кочку, каждую тропинку. Мать Ариэля Шарона спала прямо в поле с ружьем под головой, чтобы соседи не отобрали кусок ее земли во имя социализма. Вероятно, все знали, что в случае чего она будет стрелять, поэтому к ее участку никто не приближался, так что он и по сей день на полтора гектара больше, чем у всех жителей деревни. Умирая, мать сказала ему: «Не верь им». Она имела в виду арабов, которым никогда не верила, как и соседям по деревне, да и вообще всем людям.

Ариэль Шарон мог стать агрономом, как отец, или адвокатом, получив юридическое образование в тель-авивском университете. А в Еврейском университете он изучал востоковедение. Но с четырнадцати лет он стал солдатом, дослужился до генерала и прославился во всем мире, как один из самых талантливых израильских воинов. Была у него и другая слава – неуживчивого, упрямого и самолюбивого человека, который добивался своей цели любыми средствами. В 1960 году Бен-Гурион записал в дневнике о Шароне: «Очень самобытный. Если бы он избавился от своих недостатков – говорить неправду и сплетничать, то был бы прекрасным военачальником». Много лет Бен-Гурион не присваивал ему звания генерала.

Переправа через канал

В канун Шестидневной войны, столкнувшись с нежеланием Леви Эшколя упредить неожиданным ударом египетскую военную угрозу, Шарон предложил начальнику генштаба Ицхаку Рабину начать превентивную войну без санкции правительства. Но дальше разговоров дело не пошло.

В самые трудные часы Войны Судного дня начальник генштаба Давид Элазар и министр обороны Моше Даян связались с командующим 143-й дивизией Ариэлем Шароном, который в ответ на их требования беречь танки и не предпринимать самовольных атак бросил трубку, сославшись на плохую связь, и вместе со своими солдатами первым форсировал Суэцкий канал. Этим Шарон спас Израиль от тяжелейшего поражения с непредсказуемыми последствиями.

В военной карьере Шарон дошел до самой вершины, но ни один премьер-министр не хотел назначать его начальником генштаба. К началу ливанской войны Шарон стал министром обороны в правительстве Бегина и воевал по своему плану, пока не произошла резня в палестинских лагерях беженцев Сабра и Шатила.

Созданная тогда же государственная следственная комиссия сняла с Шарона личную ответственность за резню, но навсегда запретила ему занимать пост министра обороны. По этому поводу давний соратник Шарона, журналист Ури Дан пророчески сказал: «Тот, кто в свое время не хотел видеть Шарона начальником генштаба, увидел его министром обороны. А тот, кто не хочет видеть его сейчас министром обороны, увидит его на посту главы правительства».

«Друзей я не ем»

После демобилизации Шарон купил большую ферму в Негеве, ставшую с годами одним из крупнейших частных хозяйств. Сын агронома, Шарон любил работать на ферме сам. Он ездил на тракторе, ходил за стадом, выращивал лучших в стране быков. Ферма сделала Шарона очень богатым человеком. Ферма стала адресом для представителей политического и делового мира, равно как и для иностранных гостей. Ужиная с Шароном, палестинский премьер Абу-Ала спросил: «А что, барашек-то – местный, с фермы?» Шарон засмеялся и ответил: «Друзей я не ем».

На реплику «Террористы хотят вас убить» Шарон, не моргнув глазом, ответил: «За что? Что я им сделал плохого?»

Как-то раз Шарон и Перес сидели рядом на пресс-конференции. Сто шестьдесят лет на двоих. Два старых, умных еврея, которые все видели. Услышав вопрос из зала: «Можно ли считать, что Перес сдвинул вас влево?», Шарон перевел взгляд на Переса и сказал: «Шимон, конечно, в очень хорошей форме, но все же посмотрите на него и на меня. Разве он может вообще меня сдвинуть?»

Природный юмор не раз оказывал Шарону неоценимую службу, а его обязательность и пунктуальность вызывали настоящий шок у министров, которые на опыте Нетаниягу и Барака не привыкли, чтобы премьер отвечал им на звонки и начинал совещание точно в назначенное время.

«Бульдозер» уходит в политику

В политическом мире у Шарона несколько десятилетий была репутация чуть ли не экстремиста. Министр финансов Симха Эрлих сказал: «Как только Шарон дорвется до власти, он пойдет танками на кнессет». Но прозвищем Шарона стал не «Танк», а «Бульдозер».

Вдохновитель поселенческого движения, Шарон прилагал огромные усилия для его поддержания и расширения. Тридцать лет подряд он учил поселенцев Иудеи, Самарии и сектора Газы, как занимать холмы, как застолбить участки и ставить разные израильские правительства перед свершившимся фактом.

Шарон голосовал против мирного договора с Египтом. Но, когда Менахем Бегин отдал египтянам Синай и нужно было демонтировать тамошние еврейские поселения, взрывать дома и эвакуировать две с половиной тысячи поселенцев, эту работу сделал Шарон. Он выполнил полученный приказ, что не повредило ни его карьере, ни его репутации.

Шарон осудил участие Израиля в Мадридской конференции, а в годы правления Ицхака Рабина возглавил наиболее активную оппозицию: он обвинил своего старого товарища по оружию в предательстве, когда тот подписал соглашение с террористами о создании Палестинской автономии. Во время массового митинга в Иерусалиме с балкона одного из домов, набитого руководителями Ликуда, неслись слова Шарона: «Левые снова нагоняют страх и снова, по своей привычке, выдвигают против правого лагеря кровавый навет: якобы жизни главы правительства угрожает опасность».

В кнессете Шарон голосовал против норвежских соглашений, против «хевронского соглашения» и не поддержал даже мирного договора с Иорданией.

Трансформация израильского де Голля

Перед победой Шарона на выборах в 2001 году 43 процента опрошенных израильтян сказали, что его избрание усилит опасность войны.

Точно так же израильтяне думали после избрания Менахема Бегина. Но немногим более пяти лет спустя после убийства Рабина Шарон признал право на существование палестинского государства, а также необходимость положить конец «оккупации территорий», и согласился на эвакуацию еврейских поселений, вдохновителем которых он же и был.

Шарон, который всю жизнь воевал с арабами и не верил им ни на йоту, полярно изменил свои взгляды, избрав диаметрально противоположную политическую линию. Теперь его обвиняли в предательстве и ему угрожали смертью.

Шарона не раз сравнивали с де Голлем, который много лет выступал за «французский Алжир», а потом даровал алжирцам независимость. У Шарона появилась мощная оппозиция не только среди поселенцев, но и в собственной партии, над которой он потерял единоличную власть. Его верные друзья стали врагами, а заклятые враги – друзьями.

Теперь он уже по-другому думал о покойном Рабине и, тем более, о покойном Бегине, приказавшем «вернуть египтянам весь Синай до последнего миллиметра». Теперь они оба стали для него не предателями, а прагматиками, которые в силу изменившихся обстоятельств поняли неизбежный ход событий. К Шарону политический прагматизм пришел на восьмом десятке лет.

Под ударами судьбы

В первую очередь Шарон всегда считал себя евреем. И только потом – израильтянином. С его точки зрения, самое важное – быть евреем. Сионизм он видел, как единственную успешную революцию XX века, но не мог простить, что сионизм оторвал евреев от еврейских корней: сегодня евреи не знают ТАНАХа, не знают еврейской истории. А поскольку сегодня еще и нет еврейского воспитания, говорил Шарон, у многих нет ощущения неоспоримого права евреев на Эрец-Исраэль, которое всегда испытывал он сам.

Шарон перенес в жизни много ударов. Он дважды еле выжил: после ранения в живот во время Войны за Независимость и ранения в голову во время Войны Судного дня; он потерял в автокатастрофе первую жену, а за ней и маленького сына. Но все удары Шарон переносил стоически.

Младший сын Шарона стал депутатом кнессета, старший – бизнесменом, и оба они вместе с отцом оказались в эпицентре уголовного скандала, который закончился для младшего сына тюрьмой. Шарон и этот удар перенес стоически, сказав: «Слава Богу, моя покойная жена всего этого не видит. Это причинило бы ей огромную боль».

Шарон привык к опасностям, безвыходным положениям и критике. Он не раз говорил, что для него жизнь не кончается на политике, и, если ему придется уйти с поста премьер-министра, он с радостью вернется на ферму.

Шарон добился всемирной славы, наград и почестей. Дважды побеждал на выборах: в 2001-м и в 2003 годах. Трижды создавал правительства. Он так и не объяснил, чем была вызвана его идеологическая метаморфоза: размежевание с палестинцами и эвакуация еврейских поселений из сектора Газа. Ему было суждено дважды войти в одну и ту же реку: в 1982 году Бульдозер снес бульдозерами Ямит, а в 2005-м сделал то же самое с поселениями Гуш-Катиф.

В том же году, на ежегодной церемонии памяти Бен-Гуриона, которого он боготворил, Шарон произнес речь, в которой ответил своим недругам цитатой первого премьер-министра Израиля: «Когда перед нами стоял выбор между неделимостью страны и еврейским государством, мы выбрали еврейское государство».

Последний из поколения фермеров-воинов, Шарон стоял под ударами политических противников с тем же спокойствием, с каким стоял на поле боя под пулями.

В кабинете Шарона висела картина: старое оливковое дерево, не согнувшееся под напором бури. Шарон был на него похож. Но что дерево, что человек – они не вечны.

Последний израильский вождь

В январе 2014 года после двух инсультов и восьмилетней комы Ариэль Шарон умер. «Он ушел тогда, когда решил уйти», — сказал его младший сын Гилад. Так это и выглядело, хотя человек в коме ничего не может решать. Но Шарон всех удивлял при жизни и точно так же удивил, уйдя в мир иной. Не тогда, когда все ждали, а когда врачи стали надеяться на чудо.

С уходом Шарона закончилась эпоха вождей. Он смело мог равняться с теми, кто был до него. Хотя сам Шарон всегда повторял: «Прежде всего я еврей», для всех его поклонников и противников он прежде всего был воином. Отчаянным, отважным и несокрушимым.

Биография Шарона намертво переплелась с биографией Государства Израиль, которому он принадлежал душой и телом и за которое был готов на все — и на атаку, и на отступление. Он строил поселения и разрушал их, вызывал народную любовь и ненависть, начал первую ливанскую войну и был готов к миру. Последнее сделало его врагом для части народа, но, за исключением кучки одержимых, в скорби по Шарону народ избежал раскола – он умер, и все его земные счеты сочтены.

Шарон стал вторым (после Бен-Гуриона) израильским премьер-министром, которого не похоронили в Иерусалиме на горе Герцля, где упокоились отцы-основатели. Ариэль Шарон завещал похоронить его на ферме рядом с любимой женой Лили – на том холме, где по весне так буйно расцветают маки.

Владимир Лазарис, «Детали»
На фото: 1 Ариэль Шарон на пресс-конференции, 2003
2 На западном берегу Суэцкого канала, 1973
3 В кнессете, 1988
4 С внуками, 2002
Фото: 1, 2, 4 - Моше Мильнер, 3 Яааков Саар. GPO, Национальная фотоколлекция

 


Читайте также в рубрике «Портреты наших премьеров»:

  1. Давид Бен-Гурион
  2. Моше Шарет
  3. Леви Эшколь
  4. Голда Меир
  5. Ицхак Рабин
  6. Менахем Бегин
  7. Ицхак Шамир
  8. Шимон Перес
  9. Биньямин Нетаниягу
  10. Эхуд Барак

500 лет еврейской истории и 25 лет поисков в израильских и зарубежных архивах легли в основу книги Владимира Лазариса «Среди чужих. Среди своих».

«Детали» публикуют избранные главы из этой, единственной в своем роде, хроникально-исторической книги. В основу статей легли и рассекреченные цензурой протоколы, и архивные материалы о самых неожиданных сторонах еврейской жизни в Диаспоре до и после Катастрофы, и множество неизвестных документов, публикуемых впервые на русском языке.

Приобрести книгу «Среди чужих, среди своих» или другие произведения Владимира Лазариса можно, обратившись на его сайт: www.vladimirlazaris.com

тэги

Реклама

Реклама

Партнёры

Загрузка…

Реклама

Партнеры

  • Все новости | Cursorinfo: главные новости Израиля
  • Error
  • Error
  • Error

На еврейском кладбище в городе Вестхоффен под Страсбургом свастикой и антисемитскими граффити распис ...

Как пишет CBS Boston , иммигрант из Молдовы, владелец бизнеса и влиятельный человек в Массачусетсе, ...

Целоваться можно и нужно, но предосторожность еще никогда никому не вредила. ...

Американский журнал Time посвятил главную статью номера президенту Украины Владимиру Зеленскому и вы ...

В Париже полиция применила слезоточивый газ против митингующих во время одной из крупнейших забастов ...

RSS Error: WP HTTP Error: Предоставлен неверный URL.

RSS Error: WP HTTP Error: Предоставлен неверный URL.

RSS Error: WP HTTP Error: Предоставлен неверный URL.

Send this to a friend